доченька… доброе утро!... (войдя в кухню, папуля поцеловал меня в щёку, и широко улыбнулся)… Завтрак на столе уже? Умничка!
Он похлопал меня по голой попке. Потом достал из кармана маленькую спринцовку, наклонил меня над столом, и впустил мне в дырку немного ледяной воды. Я сладострастно застонал и задвигал ягодицами. Открыв холодильник, папа достал из морозилки ледышку, обсосал её, чтобы сгладить острые края, и засунул мне в жопу. Я весело взвыл, и запрыгал на одном месте, стуча каблучками по полу.
-Это авансик опять небольшой тебе, - улыбнулся отец, - ща поем, и на природу поедем…
…Гараж находился прямо во дворе нашего дома, и меньше чем через полтора часа мы с папой уже сидели у костра, в пригородном лесу, и жарили шашлыки с картошкой. Дома я одел спортивные брюки и футболку прямо поверх своего эротического костюма, а теперь – снял их, и, напялив обратно вместо кроссовок туфли, намазал яркой малиновой помадой губы и сосочки.
-Папуль, Вы должны будете сегодня наказать меня ещё раз, - допив шампанское, и потупив глаза, сказал я.
-За что, козочка моя?
-Я изменил Вам всё-таки один раз, со взрослым мужчиной… (я имел в виду брата)… Только я не могу Вам сказать, с кем. Не требуйте от меня этого, пожалуйста. Лучше выпорите меня посильнее – ну, сильнее, чем если бы я сказал Вам, кто это…
Папочка задумался.
-Ну ладно, девочка моя. Это хорошо, что ты сама призналась. Но я надеюсь, ты не собираешься больше изменять мне с мужчинами, да? Ну вот и хорошо. Но наказать я всё равно должен свою нехорошую девочку! Сейчас мы шашлычков поедим, и я больно отстегаю тебя по попочке, и вы…бу мою сладкую шлюшку – в ротик, и в твою развратную сладкую дырочку…
Минут через двадцать я уже стоял на четвереньках со связанными руками, оттопырив попку, и отчаянно, во весь голос, орал:
-Ай! Папочка! Не надо!!! Я не буду изменять больше! Пощадите! Ау! Аааааааа!!!...
Ремень обрушивался на мою истерзанную задницу с чудовищной силой, и я дрыгался и заливался слезами, как сопливый мальчишка (а вернее – девчонка). Вскоре пошёл слепой летний дождь, и по моей попке, помимо отцовского ремня, забарабанили тугие мощные струи воды. Ремень вскоре намок, и от этого папины удары получались ещё тяжелее…
-Ну ладно, грязная моя похотливая шлюшка, - сказал, наконец, отец, - перерывчик сделаем. Ползи вон туда, вон под ту ветку – видишь?
Я послушался, и подполз под нависавшую над полянкой крепкую дубовую ветку. Дождь прекратился так же внезапно, как и начался…
Запястья мои уже были связаны. И папа, связав мне щиколотки, крепко стянул мне руки и ноги вместе – так, что я оказался уже максимально обездвиженным, и абсолютно беспомощным. Перекинув длинную верёвку через ветку, отец привязал один её конец к моим скрученным вместе конечностям, и потянул за другой… Постанывая, я постепенно поднялся примерно на метр над землёй. Папик привязал свободный конец к какому-то торчавшему из земли корешку, и похлопал меня по раздвинувшимся ягодицам:
-Сейчас мы ещё раз попочку твою помоем, доченька…
Взяв в руки спринцовку, и канистру с водой из багажника, он смазал мне дырочку кремом, и воткнул туда на всю длину наконечник, придерживая меня за яйца… Я не мог не то что сопротивляться – даже просто пошевелиться было почти невозможно! Единственной моей свободной от верёвок «конечностью» оставался член (яички, кстати, папа тоже перетянул шнурком) – и он быстро поднимался, увеличиваясь в размерах. Дрянная маленькая шлюшка ощущала над собой полную, безраздельную власть сильного активного мужчины!..
Залив воду, папочка заткнул свою «доченьку» анальной пробкой, и, снова взявшись за ремень, принялся раскачивать беспомощное хрупкое тельце на верёвке. Отлетая от него, я пару раз ощутимо стукнулся затылком о ствол дерева, а подлетая к папе – получал жестокие удары ремнём по заду. Сил на то, чтобы кричать, у меня уже не было, и я только тихонько скулил и постанывал – но терпел, зная, что я заслужил это своим блядским, недостойным поведением…
Вынув пробку, отец начал стегать меня, пытаясь попасть ремнём точно в район ануса, и перебить хлынувшую оттуда грязную струю. И тут я бурно, ярко кончил, задёргался на верёвке всем телом, и издал громкий, протяжный вопль!.. Я всё ещё продолжал качаться по инерции, и папа пару раз промазал, попав мне по мошонке – отчего я отчаянно взвыл, и прокусил себе губу до крови.
-Папочка, пожалуйста! Миленький!!! Ну не надо! Прости свою глупую козочку!..
-Ну ладно, хватит с тебя, шлюха. Ты своё получила. Надеюсь, это станет для тебя хорошим уроком. Не будешь изменять своему папочке больше…
Отец спустил меня с дерева. Мне предстояло удовлетворить все его изощрённые сексуальные потребности. И от осознания этого, от ощущения собственной развратности и беспомощности, по всему телу у меня разлилась тёплая приятная волна возбуждения…
