По принуждению /Я и моё тело – 12 лет спустя. Часть-3. Первые испытания.
мои груди и ещё больше их расплющить.
Тогда мне показалось, что все девчонки и ребята хотели узнать, до какого предела их можно растянуть и даже Таня уже ликовала, когда увидела их в первый раз, плоскими и огромными, и я оказалась права. С каждым днём их вера в то, что я вернусь, и вернусь вообще ли, таяла и рушилась. Возможно это и спасло меня, и придало им решительности в их действиях.
В пятницу вечером после работы, за несколько дней до годовщины, они подняли лист, и даже никто не удивился тому, что они увидели. Мои груди, как две огромные лепёшки, размером с крышку от 20литрового бачка, лежали по обе стороны от решётки. Лист был небольшой, и оставалось не больше десяти сантиметров и они вылезли бы за его пределы. Димка небрежно прошёлся по ним и ляпнул такую фразу.
- Хорошие коврики для машины получились.
- А что если её положить где-нибудь на дороге и так же оставить – пусть и другие покатаются - предложила Таня.
Все были удивлены и дружно, как по команде посмотрели в её сторону.
- Запрещаю что-нибудь делать – неладно, я виновата.
- Предлагаю – тоже неладно, снова я виновата – смущённо сказала Таня.
- Мы просто от тебя этого не ожидали, но это отличная идея и я знаю даже где это можно сделать – сказал Виталик.
Оставив меня, т.е. моё тело, лежать на полу, они пошли в сторону кочегарки. Там осенью ремонтировали теплотрассу, и грунт просел, и была отличная траншея, чтоб положить в неё меня, т.е. моё тело. Всем понравилось, и дружно взялись за работу. Немного раскопав, они положили меня, т.е. моё тело в траншею, а голову накрыв железной ёмкостью, замаскировали на обочине. Остальное всё присыпали землёй и вытащив из отверстий бутылки, тоже заполнили их эластичной грязью.
Бутылка могла внутри раздавиться. Мои груди расстелили по обе стороны от траншеи, ближе к правой стороне дороги и подсыпали землёй и сажей, а потом прокатили туда и обратно пустые колёса, чтоб создать вид, что тут кто-то проезжал. Рано утром все ушли домой и я, т.е. моё тело лежало на дороге и ждало первую машину. Она появилась в понедельник рано утром и проехала именно там, где было подсыпано, и дорога была более ровная, а именно по моим грудям.
Потом проехали ещё, и ещё и уже через полчаса проехал Виталик. Он хотел сначала притормозить, но услышав сигнал, ехавших за ним гружёных пиломатериалом машин, проехал по моим грудям и приняв вправо – остановился. Вера и Таня вылезли из машины, и пошли в мою сторону. Мимо прошли два грузовика с досками и следом Камаз тоже с пиломатериалом. Они стали возле крана под разгрузку. Девчонки вместе с Виталиком - стали делать вид, что что-то обронили, а сами внимательно рассматривали, как там мои груди и как траншея, не сильно ли продавлена. На всей поверхности были видны следы от протекторов и сами груди ещё больше расползлись в разные стороны.
Что-то сделать и предпринять они всё равно не могли – кругом были люди и как выкопать моё тело средь бела дня незамеченным. Решили уповать на случай или как говорится на авось. Я, т.е. моё тело, пролежало там до вечера, но так больше никто и не пришёл попроведать и узнать, что и как. Я всё понимала, что первоначальный интерес уже погас, а что делать дальше – они не знали и я, чтоб не остаться и не витать в облаках, не должна была им подсказывать. Так велела мама и бабушка. Я с ними общалась и ждала момента, когда мои друзья сделают всё, и я смогу вернуться, но они как было видно, и не думали торопиться.
Я, т.е. моё тело, пролежало в траншее на дороге возле кочегарки четыре дня и с утра до вечера по нему ездили заводские машины и всё больше и больше раскатывали мои груди. Снова наступила пятница, и Тане всё же удалось уговорить всех остаться и забрать меня, т.е. моё тело, пока его совсем не раскатали в пыль. Солнце хорошо пригревало, и земля быстро просыхала от влаги, а лужи постепенно исчезали с дорог.
Поздно ночью, когда уже никого нигде не было, Дима и Виталик раскопали траншею, а подруги стали сворачивать мои груди. Они были плоские, грушевидной формы и свисали до лобка и полностью закрывали живот. Ещё немного и можно было бы ими прикрываться и вообще ходит без одежды. Они были такие плоские, и на это было забавно смотреть. Я сама удивлялась, что моё тело было как пластилиновое, но что-то не давало ему расплющиваться, как бумажный лист.
- Зря мы послушались Татьяну – ворчала старшая подруга.
- Пусть бы она тут лежала и ни кому не мешала, пока мы что-нибудь не придумали – поддакнула ей её напарница по цеху.
Но эти замечания остались без комментариев и меня, т.е. моё тело, снова принесли в цех.
Кто-то предложил увезти меня в город и положить на дороге, чтоб там тоже покатались по моему телу, грудям – машины, и чтоб не торчать на заводе все выходные. Все дружно согласились. Дима предложил свой вариант и все опять позевая согласились. Кто-то хотел спать, а кому то всё это уже надоело и он соглашался, что бы быстрее освободиться.
Недалеко от гаража была прекрасная лужа, полная грязи и в неё откуда-то стекал небольшой ручеёк.
- Такая лужа всё лето не пересохнет – сказал Виталик.
- А она всё лето и стоит тут – ответил Димка.
Прокопав траншейку между колеями, они уложили меня, т.е. моё тело, в неё, а голову опустили ниже. Посреди дороги её оставлять было опасно и первая же машина её раздавит. Замаскировав всё и разложив мои плоские груди по сторонам, прикидали их немного грязью и разъехались по домам. Желания смотреть на это ни у кого не было, и только Димка каждый день докладывал, как я, т.е. моё тело, тут и на месте ли мои лепёшки. Ответ был почти всегда один.
- Лепёшки на месте и втоптаны в грязь. Траншея не вскрыта. Просьб не поступало.
Все над его фразами посмеивались и приговаривали.
- Если Маринка что попросит, ты нам обязательно скажи. Хорошо? – и Димка соглашался. Так прошла неделя, и наступали майские праздники. Никто ничего не советовал и я, т.е. моё тело, продолжало лежать в грязи, а мои груди проезжающие по ним машины вдавливали в грязь всё глубже. Все праздники мои друзья провели дома, и даже никто не приехал и Димка, который оказывал мне знаки внимания, уже четвёртый день не появлялся в гараже. Воду в луже разогнали колёсами машины, а грязь притоптали, и она уже подсохла. Только небольшой ручеёк пересекал дорогу чуть подальше моих ног.
Когда Димка приехал 4мая в гараж, чтоб поставить машину, он испугался. Лужа и грязь испарились, а на поверхности дороги не было видно даже краешка моей груди. Утром на работе он срочно всем рассказал об этом, и тогда только начали беспокоиться. А старшая подруга ликовала.
- Ну наконец то, хоть одну б…ь в асфальт закатали.
Её подруги стали одёргивать, но остановить её словарный запас, пока она его весь не выдаст, было очень трудно. Вечером все дружно приехали ко мне, т.е. узнать состояние моего тела, и дождавшись полной темноты, стали осторожно его раскапывать. Сложнее всего пришлось повозиться с грудями. Они в разных местах были притоптаны на разной глубине, и с трудом можно было узнать, где копать, а где не копать, чтоб не повредить их. Рассматривать было некогда, и погрузив меня, т.е. моё тело, в багажник, они поехали на завод. Положив меня, т.е. моё тело на пол посреди цеха, все стали рассматривать и охать. Выглядело всё конечно ужасно, особенно грудь. Она была плоская и очень огромная. Ей можно было теперь прикрываться, как мини юбкой.
- Нужно ей срочно сделать массаж – предложила Вера.
Таня принесла смазку и зачерпнула немного мазута. Так было легче и руки легко скользили по телу. Девчонки весело принялись за работу, а старшая подруга и её напарница по цеху присели между ног и массировали область прямой кишки и влагалища. Через полчаса кто-то заметил, что они делают какой-то странный массаж и обратили на них внимание. Ночью в полумраке, когда ещё сонный, и что то делаешь, по сторонам смотреть не приходится. Воспользовавшись этим старшая подруга так размассировала влагалище, что туда теперь точно могла войти трёхлитровая банка, но по крайней мере двухлитровая то точно, да и задний проход был не меньше литровой.
- Вы что наделали – возмутилась Вера.
- А что тут такого, грудь гораздо страшнее выглядит.
- Да ладно, делайте, что считаете нужным. Мне теперь уже всё равно – сказала с грустью Вера.
Наверное с ней согласны были многие, потому что

 Назад Вперед 

Главная

Online:20