сучёнок! Раздевайся! - приказала мне Лиза.
-Но Елизавета Викторовна! Может я останусь в этой одежде?
-Ты зачем суда тварь приехал? Ты приехал сюда в качестве домашнего животново! Если ты не будешь подчинятся, вылетишь отсюда в одну секунду! Но только твоим домом на ближайшие лет пять, станет тюрьма! Считаю да трех! Раз! Два!
Я скинул куртку, затем рубашку, брюки и т.д Лиза пнула мои вещи в угол и с ухмылкой осмотрела меня - совсем обнаженного и стыдливо прикрывающего ладонями свои гениталии. Затем посмотрела на Настю, которая явно была в шоке от такой картины.
-В этой сумке твои новые вещи, надевай их! - приказала она мне.
В сумке лежала полосатая роба как у зэков и широкий, собачий ошейник с шипами и цепью.
Надев робу, остался ошейник, я незнал нацеплять его самому себе или нет. Но Лиза вдруг выхватила его у меня из рук.
-Подожди сучёнок! Ошейник я сама на тебя надену, но перед этим будет небольшой ритуал, твоего посвящения в рабы! -гордо воскликнула Лиза.
Она швырнула мне листок на котором были записаны некие слова.
-Этот текст из нескольких предложений ты должен будешь выучить до завтрашнего утра! Утром ты станешь полноценным рабом!
Лиза посмотрела на Настю. -Так, а с тобой что делать? Мы на тебя не рассчитывали, но кормить я тебя просто так не буду! Если выбрала быть со своим парнем значит будешь работать - горничной!
Из гостиной вышел Геннадий Алексеевич. -Так сейчас я отведу вас в свой подвал, мы с Лизенькой хотим провести хороший вечер, правда милая?
-Да дорогой! -целуя его в губы прошептала Лиза.
-Милая, приготовь на стол, а я пока отведу их в новые апартаменты.
Спустившись в подвал, мы прошли в самый его конец. Там были две маленькие камеры с решеткой, расположенные друг напротив друга. Меня он посадил в одну, Настю повел в другую.
-Раздевайся детка! - милым голосом произнес Геннадий Насте.
-Зачем, мне же будет холодно, я не буду. -тихо и испуганно сказала она.
-Ох как я не люблю когда меня не слушаются. -сказал он ей.
Одним рывком он расстегнул ее джинсы, сорвал кофточку и лифчик. Оставив в одних трусиках. Своей рукой он взял ее между ног.
-Хочеш быть наказанной шлюшка? -тихонько шепнул ей на ушко.
Настя дрожа от холода и страха. - Ненадо прошу вас!
-Не плачь малышка, я тебя не обижу.
Хлопнув ее по попе он закрыл камеру на замок и ушел...
Наши камеры были в пяти шагах друг от друга, мы всю ночь тихонько разговаривали и почти не спали. Адреналин играл в моих жилах. Мое тело горело огнем от стыда и унижения, сегодня меня опустили так - будто я конченая шалава. На меня надели тюремную робу и посадили в клетку, а чужой мужчина лапал мою девушку и называл шлюхой. Все эти мысли терзали меня. Еще эта бумажка которую надо выучить...
Утром за нами пришел Геннадий Алексеевич. Нас с Настей выгнали на улицу,прямо в центр огромного двора, где уже ждала Лиза с ошейником и кожаным ремнем в руках.
Геннадий и Елизавета были тепло одеты, мы же в том в чем были вчера, Настя закрыв руками грудь дрожала от холода. В середине площадки, стояла табуретка.
-Ну что скотина выучил текст? - грозно спросила она.
-Да выучил. - униженно сказал я.
-Вставай на колени и громко кричи!
Я словно смерд, разорванный унижением и гневом, опустился перед ней на колени. Внутренний голос пытался успокоить меня, в глазах стало искрится от такого позора.
-Быстро начинай! Чем быстрее закончим тем быстрее твоя потаскуха отправится в тепло, пожалей ее.
Я посмотрел на залитые слезами глаза Насти и на ее озябший вид. Что же, придется подчинятся...
-Ваше высочество Госпожа Елизавета Викторовна...
-Громче скотина! -крикнула она.
-Ваше высочество Госпожа Елизавета Викторовна, с этого момента я становлюсь вашей вещью и вашей собственностью. Вы становитесь моей Госпожой и хозяйкой. Я обязан подчинятся всем вашим командам и выполнять любые ваши приказы. Я обязан всегда, в вашем присутствии стоять на коленях, если вы не прикажите занять другую позу. У меня больше нет имени - я раб. Моя воля и личная жизнь всецело принадлежат вам. Говорить мне запрещено, можно только мычать и скулить. За неподчинение или отклонение от обязанностей, следует наказание, которое вы сами для меня определите. Я горжусь быть вашим рабом, спасибо вам за вашу доброту!!! Все выше пересказанное действует пожизненно и повсеместно!!!
-Молодец! Хороший раб! Теперь ложись животом на табуретку, снимай штаны и считай удары.
Я спустил свой срам и лег. Настя попыталась отвернутся чтобы не видеть как меня будут пороть, но Геннадий развернул ее обратно и приказал смотреть. -Смотри как твоего паренька будут сечь!
Елизавета подошла ко мне и начала бить. -Ноги раздвинь пидор... Шире сука! И кричи удары!
-Разз...Два...Три...Четыре...
Я корчился от сильной боли, она с садизмом била все сильнее и сильнее, пытаясь попасть между ног и раздвигая их своими сапогами. Число ударов перевалило за 30, а она не собиралась останавливаться. Вдруг в моей голове что то щелкнуло и я вдруг ощутил свою беспомощность и покорность. Во мне что то говорило - это твоя госпожа, а ты смерд, ты уже потерял свою честь и достоинство - упади, заплачь, умоляй о пощаде!
Вдруг я заревел и со словами -Умоляю ненадо больше, прошу вас! Я все осознал, я раб, я раб!!! Упал к ее сапожками и стал их целовать. Она пнула мне в лицо своим острым носочком и громко засмеялась. Она повернулась к Геннадию - Вот видишь дорогой как такие кабели быстро ломаются?! Еще неделю назад он сидел в дорогом кресле и отдавал мне приказы, а теперь это животное просит пощадить его!
Я знал как это выглядит со стороны. Меня только что публично выпороли, унизили и теперь я реву как шлюха, лежа у ног моей мучительницы и слезно прошу не бить меня. Мое достоинство было уничтожено, а воля сломана. И все это видит моя девушка.
-Встать на колени сука! - с упоением крикнула она.
Своими изящными тоненькими пальчиками она застегнула на мне ошейник. Я закрыл глаза от стыда, опустил по швам руки и не смел пошевелится. Мне трудно передать что я чувствовал в тот момент, было так стыдно, было так унизительно. Я насекунду приоткрыл глаза и увидел те самые хищные черные глазки, которыми когда-то так восхищался. Теперь я понял что за ними скрывалось - эта хищная, дикая кошка, которую я обидел, она вольная и гуляет сама по себе, а я пытался приручить ее. Она смотрела сверху вниз, как на жертву которая попалась в ее сети.
Я ощущал ее силу, ее власть, ее характер... Ее руки затягивали кольцо моего позора и унижения. Я чувствовал как с каждой секундой становлюсь податливым и покорным...
Ее стройные, длинные ножки в блестящих леггинсах, вызывали возбуждение в низу. Инстинктивное желание обладать женщиной, смешивалось со страхом и слабостью.
Смачно плюнув в мое лицо, она приказала натянуть штаны и ползти в дом.
Шли дни. Жизнь, если ее так можно назвать, кипела! Я уже понемногу стал привыкать к Лизеной грубости и жестокости. Наше с Настенькой существование проходило по ее строгим правилам, которые мы старались не нарушать.
У нас были свои обязанности по дому. Мой день начинался в 6 часов утра, Настя спускалась за мной в подвал и выпускала меня из клетки. Я в первую очередь принимал холодный душ и брил свое тело(так велела Госпожа). Душ, а точнее шланг с ледяной водой тоже находился в подвале, там же рядом был туалет.
Затем, Настя давала мне указания от Елизаветы. Если ничего особенного не было, я поднимался в прихожую и до чистоты натирал ее обувь. Обуви у Елизаветы было очень много, к каждым сапожкам или туфелькам нужен быль свой крем. Сперва я путался, но потом все усвоил. Чистка обуви было чем-то типа утренней разминки, затем я отправлялся в гараж, где стояли две новенькие, дорогие иномарки, которые я мыл и полировал. Эти процедуры я выполнял каждый день, независимо чистые ли машины или грязные, я все равно их мыл (так хотела госпожа). Весь день, я что нибудь мыл, чистил, убирал, в общем выполнял всю самую унизительную работу. Унизительным было еще то, что все действия я делал в своей робе и ошейнике, который никогда не снимал.
Настя же, была чуть в более выгодном положении. Она выполняла роль горничной: готовила, стирала, убиралась в личных апартаментах Елизаветы, исполняла роль ее служанки. И когда Госпожа находилась в доме, Настя все время бегала за ней, ожидая новых указаний.
Насте было разрешено
