раз переводчика позову.
— Тогда это будет уже не парная игра. Есть, правда, и такие «Фанты», но это не сейчас! — рассмеялась Настя, забирая у Яна фант.— Итак, фант номер тридцать два. Читаю задание!
Секс и свобода, раскрепощенность и комплексы, условности и вседозволенность. Не особо увлекаясь, но и не сдерживаясь, фантующий пять минут философствует на эту актуальную сейчас тему.
— Ой, Янчик, так прямо хочется услышать, что ты по этому поводу думаешь! У тебя целых пять минут на это.— Ей явно хотелось пошалить.
— Нет вопросов.— Ян отпил вина, собираясь с мыслями.— Секс и свобода, говоришь? Хорошая тема! Тогда слушай, что я по этому поводу думаю, коли уж у нас такая игра.— Откашлявшись, он, глядя Насте в глаза, начал свою речь:
— Уж если мы вдвоем с моей русской подружкой уселись рядом на диванчике, то, конечно, не может быть никаких комплексов. Когда ты начинаешь играть с девушкой в эти чудесные «Фанты», нужно забыть обо всех условностях. Самое правильное — позволить друг другу делать все, что захочется. Ведь комплексы для тех, кто не умеет наслаждаться жизнью. Раскрепощенность — главное условие творчества, а в нем — самое большое удовольствие. Жизнь интересна приключениями. Нужно почаще устраивать себе их. «Фанты» — всегда приключение. Это когда ты забываешь обо всем, кроме игры и девушки, которая с тобой. Отсутствие всяких условностей — лучшее, что может быть в жизни. Ты просто смотришь в глаза подружки, видишь в них азарт, и сразу хочется выполнять все ее задания.
— Все, все, все?!
— Все без исключения! Что бы она ни затеяла. Таковы правила игры, и никому не позволено их нарушать. А если ты вдруг надумаешь отказаться хоть от одного задания, тебя могут тут же выставить на мороз. Настоящий игрок должен быть готов ко всему. Иначе ему вообще нечего здесь делать. Свобода — это, в первую очередь, независимость от предрассудков, а главная задача игры — получить как можно больше удовольствия! Получить его самому и подарить наслаждение партнеру. Все остальное не имеет никакого значения. Игра, ты и твой партнер — больше ничего! Вот! — выдохнул он.— Как мой экспромт? Правильно я понял эту игру?
— Господи! Как ты хорошо сказал! Сразу хочется продолжать дальше.
— Тогда разыгрываем следующий фант! Тащи фишку.— Ян вновь вытянул вперед руки, сжатые в кулаки. Настя хлопнула по правой.— Опять не угадала.
Вытянув новый фант, Ян протянул его Насте:
— Держи, зачитывай задание, это номер двадцать.
Раскрасневшаяся Настя нетерпеливо схватила карточку.
Взяв небольшой кубик льда в рот, мужчина передает его девушке в рот. Через мгновение она так же возвращает его назад. И так раз за разом, пока кубик не растает окончательно. Тот, у кого он исчез во рту, становится проигравшим и снимает с себя одну часть одежды. Но только вы оба обязаны поступать честно!
— Ух, ты! Какое непростое задание! У тебя есть дома лед? Даже не знаю, как удастся справиться с этим фантом.
— А вот сейчас и посмотрим, какой из тебя игрок! — Настя, смеясь, достала из холодильника лед.
Кубик все уменьшался в размерах. Прикосновение теплых губ Яна по сравнению с холодом льда было удивительно контрастным. Положив друг другу руки на талию, они пихали языками туда-сюда льдинку, стараясь не подавиться от смеха и возбуждаясь от этой игры, все больше захватывающей их обоих.
— Ай! — Настя не успела протолк нуть в рот Яна последний стремительно тающий кусочек, и тот превратился в холодную капельку у нее на нёбе.
— Yes! Я выиграл! Мне повезло. Какая хорошая игра! Даже не предполагал, что мне так понравится! — по-детски радовался Ян.— Что там у нас делает проигравший?! Снимает одну часть одежды. Ну что, давай, не стесняйся, это же просто игра,— с довольным видом подбадривал ее Ян.— Выпей еще глоток вина для смелости, расслабься — и вперед!
— Игорный долг священен! Как хорошо, что я прямо с работы и сверху блузки у меня есть пиджачок.— Настя со смехом сняла его, постаравшись сделать это как можно изящней.
— Боже, насколько красиво ты это делаешь! — игриво облизнулся Ян (возникло ощущение, что голос у него стал чуть хриплым).— Как мы удачно начали! — тасовал он колоду.— Мне должно повезти. Я везучий в играх!
Они вновь разыграли фишку, и теперь фантующей оказалась Настя.
— Зачитываю следующий фант,— вытащила она новую карточку.— Это номер двадцать три. Что там у нас? Ага, опять ты рассказчик. Как я люблю слушать умных мужчин! Итак...
Любите хороший и чувственный стриптиз? Забыв о приличиях, мужчина представляет, что девушка — стриптизерша. Откровенничая, он фантазирует, в какой одежде мечтал бы увидеть танцующую для него партнершу. Красочно и образно описывает, как сексуально выглядит при этом ее извивающееся в танце полуобнаженное тело. Затем рассказывает, как, играя и дразня, она снимает одну часть одежды, потом вторую и, наконец, остается в последней, явно совращая зрителей своим действом.
Если эта история достойна награды, девушка нежно целует своего кавалера и он выбирает любой следующий фант.
— Признавайся, Ян, любишь стриптиз?
— Обожаю. А ты могла бы быть стриптизершей? Честно скажи, если бы тебя никто не знал, могла бы поработать в стрип-баре?
— Хочешь нанять в свой бар?
— Конечно! Такая девушка! Все клиенты будут мои. Представь, что ты приехала отдыхать в далекую страну и у тебя все украли. Надо лететь домой. А ни билетов, ни денег нет. Ты на острове, но надо найти решение. Тебя здесь никто не знает — ни друзей, ни знакомых. Ты приходишь ко мне в бар и просишь взаймы. Я предлагаю отработать стриптизом. У тебя нет выхода. Согласишься?
— В бар, к такому мужчине?! — подхватила игру Настя.— Боже, как мне повезло! Тем более что никто меня не знает, а я так хороша собой, у меня идеальная фигура... Почему бы и нет? Ну что же, расскажи тогда, что я делаю, коли попалась, бедная, в твой капкан. Подловил порядочную девушку в безвыходной ситуации.
— Грех было не воспользоваться такой возможностью! — Ян мечтательно закатил глаза, потом окинул оценивающим взглядом ее фигуру и, подчеркнуто аппетитно облизнувшись, начал свой рассказ:
— В зале темно, освещена только сцена. Ты никого не видишь и полностью поглощена своими ощущениями. Знаешь, что мужчины любуются тобой, пожирают твое тело глазами, глотают слюни, возбуждаются и дрожат от желания. Их лиц не видно, перед тобой только дымка вокруг сцены, размытый круг подиума, холодный блеск стального пилона и музыка, гипнотизирующая тебя. Двигаясь под музыку, ты знаешь, что красива и грациозна, что тебе принадлежит весь зал и что ты полностью владеешь его тайными мечтами.
Не спеша и грациозно ты выходишь на сцену, упиваясь ощущением своей собственной красоты, красоты и власти над залом. На тебе изумительное черное белье: откровенный бюстгальтер, чулочки на поясе и трусики поверх него. На ногах надеты туфли на высоких тонких каблучках, на руках — длинные до локтей перчатки, а на голове — изящная шляпка с тонкой вуалью. В этом — тайна и загадка, ведь ты не хочешь, чтобы кто-нибудь видел твое лицо. Это белье вызывающе подчеркивает все безупречное совершенство твоей фигуры, словно оправа, обрамляя его бесценный бриллиант.
Будто загипнотизированная своей красотой, отражающейся в расположенных вокруг зеркалах, ты начинаешь медленно танцевать в такт полумистической музыке, льющейся откуда-то с потолка. Твое тело изгибается и раскачивается, извиваясь и дрожа от пробегающих вдоль него волн страсти. Словно откликаясь на невидимые флюиды, наполняющие зал, желание постепенно разгорается в тебе, растекаясь сладким теплом под кожей. Легким взмахом руки ты небрежно сбрасываешь бюстгальтер, открывая жадным взорам свою обнаженную грудь, ощущая и видя, как десятки глаз с вожделением впились в ее плоть. Не отрываясь ни на минуту от этого зрелища, они словно лижут, мнут и ласкают ее аппетитные округлые формы, и ты почти физически ощущаешь это. Упругие полушария чуть покачиваются и вздрагивают в такт твоим ритмичным движениям, дразня всех своим вызывающим совершенством.
Ты сама возбуждаешься от этих ощущений, чувствуя, как высоко поднимается от дыхания твоя грудь, как наливаются пульсирующей кровью темно-коричневые бугорки сосочков. Танцуя, продолжаешь наслаждаться тем, что все вокруг безумно хотят и желают тебя, все до одного захлебываются нетерпеливой похотью. Они видят твое возбуждение,
