от халата. Брюки и трусы Сергея стаскиваю я, одновременно активно обрабатывая язычком и губками его чудный поршень. Мужчины при этом непринуждённо обсуждают мои стати и прелести. И что-то в этом обсуждении наталкивает на мысль о том, что мои клиенты врачи. Причем – хирурги. Впрочем – хоть окулисты. Лишь бы люди были хорошие!
Ну вот, уже точно хорошие! Вон как у них стоит!
Далее мне предлагается взобраться на колени Сергею. Ага, играем в лошадки. Сильные добрые руки хирурга аккуратно насаживают меня моей розочкой прямо на мощную оглоблю, а сильный добрый член другого хирурга устремляется в мою заднюю калитку. Причем, вот они – профессиАналы: Христофор молниеносно смазывает мой анус перед употреблением, оба мальчика без напоминаний надевают презервативы. Ух ты, мои любимые: с пупырышками и привкусом клубники. Аххххх!!!!
Какое-то время корме этого «Аххххх!!!!» я больше ничего не могу сказать, хотя ротик мой и свободен. Я всем своим существом яростно и неотвратимо насаживаюсь на эти чудные крепкие и одновременно упругие и эластичные фаллосы. Эх, вот могут медики доставить удовольствие девушке со знанием дела и анатомии!!!
И ведь они, как и положено истинным ученым, в постоянном творческом поиске! Их руки обшаривают все эрогенные зоны моей счастливой и податливой тушки. От этого я работаю с еще большим энтузиазмом. Как глубоко и синхронно они в меня проникают! Какое это неописуемое блаженство! Тот самый темп, тот саамы размер! Ребята, не знаю, как вы, а я сейчас улетаю!
Аааааааххххх!!!!
- Смотри, Христофор, наша Лотта кончает!
- Согласен с Вашим диагнозом, уважаемый коллега!
Я сейчас напоминаю самой себе куклу, со мной можно делать все, что угодно, так мне хорошо. И они делают! Меняют позицию! Теперь я стою в пресловутой «коленно-локтевой» позиции, а попросту – раком, Серёжа имеет меня сзади, а Христофор – в рот. Ах, как вкусно! А Сережка, забавник, то в девочку меня наворачивает, то в попочку, не дает девушке расслабиться. Меняются. Теперь сзади снова Христофор и он – однолюб. Понятно, что любит он мою шоколадную фабрику. Ну ладно, давно там никто не бывал. А сегодня – праздник анала. Сергей сейчас навеки снесет мои гланды, связки и прочее, его головка, похоже, уже где-то в лёгких. Скоро я вся изнутри буду с ароматом клубники….
- Серый, давай!!!!
В очередной раз мои мужчины вонзают в меня свои брандспойты уже без презиков и синхронно начинают кончать, заполняя меня с двух сторон. Интересно, где их струи встретятся? В желудке? В гортани? В прямой кишке?
Нет, похоже – на мне, потому что теперь они кончают туда же, где кожица уже стянута выделениями моего первого сегодняшнего клиента. Освежили… Глотаю, все, что удается, у Христофора, потом к нему присоединяется Сергей. Объеденье! Накормили по самые нихочу!
Мальчики любуются мною так же, как, наверное, Барма и Посник некогда любовались свежепостроенным храмом Святого Покрова. Вижу в зеркале над столом, что за зрелище представляю. М-да! Мечта порнографа!
- Лотта, пожалуйста, последний штрих!
Меня загоняют в ванну, я сажусь на колени, открываю рот, и… веселый золотой дождичек с журчанием устремляется в меня и на меня из тех самых шлангов. Вот честно – терпеть не могу это развлечение, всегда считала и считаю его действительно извращением. Но ребята так славно меня вздули… А потом – издержки профессии, куда деваться. Давясь, глотаю мочу в смеси с остатками семени моих кормильцев-поильцев, а потом они с хохотом пускают воду и, что приятно, весело меня обмываю, не забыв пощупать все, что им понравилось. Столь же любезно меня вытерли, а потом Христофор с умильной рожей пожелал посмотреть, как Лотта писает…
Ну, смотри, голубчик, смотри, попить не хочешь, как я? Нет? Ну, ладно. Уплачено! Расстаемся лучшими друзьями с надеждой обязательно встретиться еще.
Возвращаюсь к Алле и с ее помощью возвращаю себе товарный вид. Теперь у меня другой парик – я роковая брюнетка, еще более наглый макияж, я с шеи до пяток затянута в крупноячеистую черную сетку, только рабочие зоны доступны для посещения. Ох, как я нравлюсь мужикам в таком костюмчике…
Мое преображение проходит в быстром темпе: уже имеется новый претендент на мои дырочки. Ничего не понимаю, а что здешние сотрудницы-то делают? Я не против, только рада их заменить, но все-таки? Алла объясняет – часть девочек тут же в сауне, четверо – по номерам, но есть свободный номер – его арендовал для постельных утех какой-то греховодник. Вот я и опять востребована. Понятненько! Я готова! Идём!
Оказывается, клиент еще не прибыл. Можно спокойно проследовать в номер, помочь Алле сервировать столик на двоих. Раз уж я – рождественский подарок – Алла повязывает меня красивой муаровой голубой ленточкой, завязав бантик аккурат между сиськами. И в ожидании клиента еще успеваем немножко поласкать друг друга. Но вот звонит колокольчик над входной дверью, и Алла срывается в свой кабинет. А я остаюсь ждать свое новое счастье. Принимаю рабочую позу: ноги призывно расставлены на максимальную ширину, сама откинулась и прогнулась, опершись на руки, улыбка на все 64 зуба, взгляд томно-похотливо-призывный. Ну, где ты, мой витязь?
А вот и он, Алла вводит в номер невысокого брюнета-очкарика среднего возраста.
- Знакомьтесь, это – Лотта, она – просто волшебница! – раздвигаю ноги еще шире (хотя, кажется, это уже не реально, но товар надо демонстрировать пиздой, то есть лицом), улыбка уже на 96 зубов, а взгляд предельно порочно-зазывный. Возьми меня, скорее, я вся твоя!
- Виталий! – выпаливает мой витязь, масляно поглядывая на все, что я ему демонстрирую. – Вы правы, Алла, она очаровательна!
Из недр одежды вынимается объемистое портмоне, из коего в руки Аллы переходят красивые купюры. Не хуже, чем у Сережи с Христофором! И по той же таксе… Это очень хорошо!
- Ну, оставляю вас, мои голубки, воркуйте! Смотрите, только не курите! – она выходит, я прыскаю, вспомнив замшелый, но актуальный анекдот, а мой голубок испуганно и удивленно косится на пепельницу.
- Курите, курите, я очень люблю, когда мужчины курят, это так мужественно! - повышаю я его самооценку. Честно говоря, как раз не люблю никотин во всех проявлениях, но тут – как с золотым дождичком: любой каприз за ваши деньги.
Клиент расслабляется. Помогаю ему снять дубленку, шапку, начинаю расстегивать пуловер, но он отстраняется. Что такое? Ах, всё-таки покурить! Ну ладно, хорошо. А как насчет выпить за наше случайное знакомство? Не перечит! Закурил жадно, как семиклассник на переменке, сам открыл шампанское, лихо стрельнув пробкой в потолок, налил себе и мне. Заодно, конечно, брызнул ледяным вином мне на грудь и живот… Гусар, блин! Радостно взвизгиваю, делаю вид, что холодный душ, это то, о чём я мечтала всю свою предыдущую жизнь и пригубливаю шампанского, закусив галантно предложенной конфеткой. А шоколад-то неплохой, откуда бы? Ого, Греция, вкууусно! Спасибо, милый Виталик, щас отблагодарю.
Виталик еще мечтательно потягивает шампанское, а я скромно и ненавязчиво взгромождаюсь к нему на колени и начинаю томно елозить по ним своей ненасытной дырочкой, тереться об него своими сосочками, уподобляясь героине Элизабет Беркли в фильме «Шоу-герлз». Там она подобными манипуляциями клиента до преждевременной кончины довела. То есть до скоропостижного оргазма. Но мне такой радикальный результат не нужен. Просто слегка разогреть мальчика, разбудить в нём самца. Он же за этим приперся? Он уже не мешает расстёгивать пуловер, рубашку, разогрелся…. Сейчас я тебя еще больше разогрею. Кай, твоя Герда пришла! Сейчас она растопит ледышку в твоем сердце!
Так, пуловер – долой, рубашку – долой, это что? Ого, егерское бельё! Долой! Вот так! Ну как нам сосочки Лотты, трущиеся прямо о голую грудь? А как нам французский поцелуйчик? Я сейчас своим язычком до твоего желудка доберусь, зайчик! Кстати, а какой торс-то у зайчика, а мускулатура – какой-нибудь Сталлоне нервно курит в сторонке!
Ага, дыхание участилось, щечки красненькие, одна лапка еще держит бокал, но вторая уже изучает мои рельефы. Вот это чудненько. Извини, милый, мне пора!
Соскальзываю рыбкой с колен, расстегиваю ширинку и… Ну, читатель, ты меня понял. Виталик начинает осознавать все прелести рождественского минета. Ух, какая у нас тут сразу эрекция-то! Браво, маэстро! Что, боишься, что откушу
