дольше. Мы сменили множество поз, и способов доставить друг другу удовольствие. Она достигала оргазма ещё несколько раз, я просто балдел от наслаждения. Комнату наполняли наши стоны, всхлипывания и еле слышное поскрипывание кровати.
Вот пришло время и моего финала. Момент наслаждения застал меня в позе по собачьи. Я опять стиснул её груди, и нас обоих затрясло от обоюдного оргазма. Я кончил прямо в неё. В момент оргазма, я думал, проткну это великолепное тело насквозь. Я рухнул на кровать без сил. Таня, теперь я могу её так называть, положила мне голову на грудь, обняла, и покрывала мою грудь поцелуями. Так мы понежились ещё какое то время, вместе приняли душ, и я стал собираться к себе. Таня не возражала, она понимала, что не нужно афишировать наши отношения перед мамой. Я вернулся в свой номер, там царила тишина. Дверь в комнату мамы была открытой, и я заглянул туда.
Мои девочки сладко спали, Анька развалилась поперек кровати, положив голову маме под правую грудь, мама же, спала на спине топлес, в одних трусиках, мирно посапывая. Я тихо ушёл к себе, и как мне показалось, моментально уснул. Это и не мудрено после столь бурно проведенного вечера. Проснулся я от топота нашей маленькой бестии, которая носилась по номеру как угорелая. Они с мамой собирались на завтрак, и просто не знали как меня разбудить. В моей голове шумело. И еще к нему примешивался шум дождя за окном. Как что в голове была дискотека. Мама поинтересовалась, как я провел вечер, на что я ответил что то не внятное и опять уткнулся в подушку.
Я не мог дождаться, когда же они уйдут, что бы ещё поспать. Проснулся я в первом часу дня, голова успокоилась, дождь тоже прекратился. Посмотрев по сторонам, я обнаружил, что кроме меня в номере никого нет. Приняв душ я позвонил маме, что бы узнать, где они, и не нужна ли ей моя помощь. На что мама ответила, что помощь моя не нужна, и они находятся в детском кафе, играют в автоматы. Я тоже собрался выйти погулять. Выйдя из номера, на ручке двери я увидел табличку «не беспокоить», заботливо повешенную мамой. Я перевернул табличку обратной стороной, и пошел прогуляться.
От дождя, шедшего утром, не осталось и следа. Меня потянуло к морю. Народу на пляже было не слишком много, сказывалось невыносимое пекло, стоявшее на улице. И охота искупнуться в море как то быстро отпала, захотелось куда-нибудь в прохладу. Так как остаточные спирты в голове начинали закипать. И я отправился в детское кафе. Своих, я нашел без труда, они играли в хоккей. Я занял очередь играть с победителем. То ли мама поддавалась нарочно, то ли действительно была такая неуклюжая, победила Аня. И мы стали стали сражаться. Я и не знал, что моя сестра так мастерски играет в хоккей. И мне, как абсолютному профану в этой игре, как продуть с треском, этой маленькой хоккеистке.
Мы стали думать, чем же себя занять в оставшуюся часть дня. Мама предложила сходить пообедать, а после, поиграть в боулинг. Возражений с наших сторон не последовало, и потому так и решили. За обедом нам играл скрипач. И обед оказался вдвойне приятней. За обедом я с удовольствием выпил бокал вина и в голове сразу посветлело. В боулинге нам сказали, что для игры нужно записываться за сутки раньше, а пока нам был доступен лишь бильярд. Шары гонять совсем не хотелось, и мы отправились смотреть кино. Как оказалось, этот фильм я уже видел, и оставив маму с сестрой в кинотеатре, я пошел проведать Таню.
На мою удачу, она оказалась в своем номере, как выяснилось, еще никуда не выходила. Женщина страдала от сильнейшего похмелья, и к себе в номер меня не пустила. Она не хотела, что бы я видел её в таком состоянии. Мы пообщались через дверь, и я ушел. Татьяна обещала мне позвонить.
Переодевшись, я пошел на пляж. Купался, загорал, ел мороженое, и опять сначала. Позже ко мне подтянулись и мои девочки. Мама была одета помимо купальника, ещё и в юбку. И совсем не купалась. На мои вопросы она коротко ответила, что так надо. Так пролетел весь день. Вечером, мы повели Анютку в лунопарк, там она накаталась на всевозможных каруселях, и естественно на паровозике. После закрытия лунопарка, там же началась детская дискотека. Аня танцевала не сложные танцы вместе с аниматорами, и светилась от радости. После ужина мы пошли на концерт Нюши, который она давала в нашем отеле.
Там мы встретили и Татьяну. После концерта мама с Аней отправились спать, а мы с Таней остались, якобы посидеть в баре. А на самом деле незамедлительно отправились к ней в номер, где вечер продолжился бурным сексом. Мы наслаждались нашими ощущениями от взаимных ласк. Вернувшись к себе, я смог наблюдать сонную идиллию матери и дочери. Анька все так же спала поперек кровати под маминой правоь грудью, но мама на сей раз, спала в штанишках от пижамы, но без верха. Упав на свой диван, я опять отключился моментально. Еще четыре дня прошли практически как день сурка, за исключением небольших ньюансов. Это касалось развлечений и то, что мы с Таней иногда встречались днем.
После последней проведенной вместе ночи, на утро она уезжала, я, как обычно, вернулся к себе в номер. Там я смог наблюдать такую картину. Мама и Аня спят в своей постели абсолютно голыми, при этом свою дверь не закрыли как и раньше. Я ещё немножко постоял, полюбовался на замечательный вид маминого обнаженного тела и отправился спать. Утро началось как обычно, за исключением того, что мама ходила по номеру так же как и спала, то есть без ничего. Я не показав своего удивления отправился в ванную.
Принимая душ, я стал опять анализировать мамино поведение. И не сделав никаких конкретных выводов одевшись, вышел из ванной. За время моего отсутствия ничего не изменилось. Мама сидела все так же обнаженной и накладывала макияж на свое лицо, Анька же смотрела мультики. Потом был завтрак, после которого мы пошли проводить Татьяну. Мы с ней, так что бы не видела мама, крепко поцеловались, и договорились встретиться в Москве. Проводив Таню, мы вернулись в номер, где мама предложила поехать на нудистский пляж. Без каких либо возражений с моей стороны, предложение было принято. Мы собрали все необходимое и отправились в путь. Благо путь не длинный, пляж находится в конце Лазаревского в сторону Сочи. Такси нас туда домчало буквально за пять минут.
Спустившись с горы вниз к морю мы увидели что на пляже не многолюдно. Люди разбились на пары и тройки и находились на почтенном расстоянии друг от друга. Было видно невооружённым глазом, что не все здесь раздеты наголо. Большая часть мужчин была в плавках, женщины же преобладали топлес. Где то 30% от всей массы были обнажены полностью. Я обратил внимание, что возраст большинства находящихся на этом диком пляже, превышает пятьдесят лет. Это касается обоих полов. Мы выбрали себе место, мама расстелила покрывало, взятое из отеля, и начали потихоньку раздеваться. Аня разделась первая, на втором месте оказалась мама, я же был последним.
Повернувшись к ним задом, я снял с себя плавки. Когда я повернулся, Анька смотрела широко раскрытыми глазами на мои генеталии, мама же просто искоса посматривала на моё хозяйство. Насмотревшись на меня вдоволь, Анька понеслась к морю, мы же с мамой легли на покрывало загорать. Мама, одев солнечные очки, легла на спину, выставив солнцу своего бобрика. В промежности мамы все было подбрито очень красиво, небольшой бобрик, и ничего лишнего.
Я же лег на живот. Мама попросила намазать её кремом для загара. Конечно же я согласился. Мама перевернулась на живот и протянула мне крем. Выдавив крем из тюбика, я стал натирать им спину мамы. После спины я перешел на попу и ноги мамы. Я проделывал эту процедуру множество раз, но теперь я это делал сравнивая тела мамы и Тани. Они были приблизительно одного возраста, но мама выглядит намного моложе своих лет.
Так же и тело мамы по упругости превосходило упругость тела Татьяны. Когда я закончил мазать кремом спину, мама, повернувшись, подставила мне свою грудь. Вот здесь обычно она обходилась сама, без моей помощи. Ещё выдавив крем из тюбика, я стал аккуратненько размазывать его по маминому животу, медленно поднимаясь к груди, смотревшей на меня сосочками-вишенками. Мамина грудь на ощупь оказалась во сто крат лучше Таниной. Я с удовольствием натирал грудь мамы кремом, заодно наслаждался этим великолепием.
