и не желают зла. Так же, как и она сама. И с ещё большим недоумением он представлял, точнее, не представлял её, терпящую домогательства того, кто не склонен прислушиваться к желаниям других, кто не подходит ей ни наружностью, ни темпераментом. Привыкнет ли она? Смирится ли? Будет ли счастлива, как с ним сейчас? Он почти не сомневался, что – нет. Но что поделать, обстоятельства сильнее их желаний, так захотел тот, обладающий возможностями, не захотевший делить её с ним и пожелавший её в полное распоряжение.
Почему-то уверенный, что она не откажет. Что с тем ей будет лучше. И он отдает её, как случалось уже не раз в его жизни. Евгений даже гордился тем, что ему удавалось сосватать своих бывших протеже. И пристроить иногда удачно в хорошие руки состоявшихся мужчин. Которые были признательны ему за красивых, умных любовниц и даже жён. Посмотрим, чем закончится предстоящее мероприятие, тут не угадаешь! Тебе кажется, что - нет, пара неподходящая, а они как-то договариваются и бывают удовлетворены отношениями.
Дождавшись потемнения и увеличения клитора, а от Лизы – стонов, он сжал её бедро, побудив ускорить темп скольжения на члене, и короткими быстрыми толчками пальца в точку удовольствия довел её до исступления, а её мышцы – до спазмов. Которые он удовлетворенно ощутил снующим в ней пенисом. Быстро целуя её, упавшую, он покрепче ухватил её за бедра и, приподняв, принялся биться в неё снизу, перед самым своим извержением громко вздохнув несколько раз. Полежав на нем и исцеловав всего, она убежала в крошечный туалет, чтоб провести необходимые защитные процедуры. Слушая звук льющегося душа, он ещё раз убедил себя, что ей не в чем упрекнуть его: он заботился о ней и по-своему был привязан.
Игорь
Прошла почти неделя после ресторанных переговоров со спонсором; директор каждый день напоминал Лизе о поездке в гости к бизнесмену, как будто она могла забыть о столь малоприятном приглашении. Отвертеться не получалось, Евгений настаивал, к тому же уверял, что она получит удовольствие от красивых загородных пейзажей, барбекю, бильярда и сауны – всего, что было обещано гостеприимным хозяином. На предложение девушки пригласить какую-нибудь актрису-приятельницу, любовник пообещал узнать мнение бизнесмена.
Как ни странно, мимолетное ресторанное знакомство с любителем автографов продолжилось самым обычным образом: он ожидал её около служебного выхода после спектакля, и пока она ждала автомобиль Евгения, умудрился добиться от неё обещания встретиться с ним. Приятно удивленная его настойчивостью, она несколько раз назначала встречу в кафе около театра и в перерыве репетиций приходила туда пообедать с ним. Игорь оказался предпринимателем средней руки, немного старше её, занимающимся перевозками. Он не был театралом, просто изредка, по случаю, за компанию посещал театр. Её давно приметил и впечатлился увиденной игрой. Они сначала с трудом находили темы для разговора, и парень даже показался ей скучноватым, не чета людям искусства, окружающим её. Но он шутил над ней и над собой, рассказывал с неподражаемым юмором о своей работе, путешествиях (он был туристом, охотником и рыбаком), так что она уже не скучала во время обеда и вновь соглашалась встретиться с ним, снисходя к его искренним просьбам. Признательно ловила девушка его заинтересованные взгляды, ей льстило, что он не отвечал на телефонные звонки во время бесед с ней и отключал аппарат, если его беспокоили. На её шутки, что его поклонницы одолели, Игорь серьёзно отвечал, что это все по работе и он свободен.
Прибавлял, что с радостью был бы занят ей, если бы она захотела. Но не имеющая времени на посторонние глупости, хотя и польщенная, Лиза каждый раз утомленно врала, что не имеет возможности для встреч, т. к. очень-преочень занята работой. И прибавляла, что они и так хорошие друзья, и последние пару раз даже позволила поцеловать себя в щёчку. Руку Игорь целовал ей при встрече без напоминаний. Каждый раз он дарил ей какой-либо маленький подарок, будь то цветок, сладость, игрушка или фарфоровая статуэтка. Она складывала их в ящике столика в гримерной. И счастливая, садилась после спектакля в машину Евгения, чтобы пару часов в «лилипутском домике» таять от страсти в крепких объятиях любимого . А он последние дни был так ненасытен и нежен, что она и думать забывала о ком-либо ином. У иных просто не было шанса.
Насилие
Поездка за город была недолгой, около часу. Сплошь унылыми пейзажами: началась ранняя весна, покрытые снегом большие участки земли чередовались с оттаявшими черными фрагментами; голые ветки темных деревьев наводили на тоскливые размышления. Каковыми и была заполнена головка Лизы, жалующейся Евгению на скуку, ожидающую их там. Чем-то недовольный любовник игнорировал её жалобы и не разговаривал с ней. Приехавших гостей встретила только охрана и прислуга, хозяин обещал подъехать позже. Когда гости уже осмотрели дом, а Лиза присела с журналом на кресло в красивом зимнем саду, прибыл Александр. Он долго громко говорил с директором театра – Лиза не мешала им и наслаждалась видом и запахом крупнолистных растений. Вошедший хозяин подтащил к ней другое кресло и подсел.
Тщетно девушка крутила головой в ожидании любовника: он остался в холле и не спешил выручать её. Пришлось поддерживать беседу с разговорчивым толстяком, который принялся развлекать её анекдотами. Лиза вежливо смеялась шуткам и делала комплименты его дому, которые он с удовольствием принимал, рассказывая об особенностях содержания особняка. Вызвался показать ей дом, не обратив внимания на то, что она уже бегло осмотрела его. Взяв её под руку и прижав к себе, невысокий, примерно её роста, энергичный толстяк основательно и долго водил её по всем 3-м этажам, подробно и гордо рассказывая и показывая. Видно было, что он любит свой дом. Уставшая и голодная девушка вновь воздавала похвалы хозяину, на что тот не то серьезно, не то шутя предлагал остаться здесь хозяйкой. И правда, ни женских, ни детских следов Лиза не заметила.
Потом хозяин угощал обещанным вкусным мясом на улице, в беседке; замерзшую девушку собственноручно укутывал в плед и пытался обнимать. Лиза вежливо улыбалась и глазами призывала Евгения помочь ей отвязаться. Тот тоже вежливо посмеивался и не помогал. Только хозяин искренне веселился и весьма топорно шутил над гостями.
Промерзшую пару толстяк поволок в заранее протопленную сауну. Отпиравшуюся девушку уговорил пойти Евгений: она отказывалась париться с 2-я мужчинами, одного из которых совсем не знала. Он убедил, что все будет так же, как и в сауне с ним, кроме секса и обнажения, конечно. На первый взгляд, все было безопасно: завернутые в простыни, они блаженно отогревались под горячим паром. Лиза выходила под душ – мужчины хлестали друг друга вениками. Она плавала в круглом бассейне – они подкреплялись за столом. Она смотрела телевизор – они беседовали в бассейне. Сквозь звук ТВ ей показалось, что говорили о ней, она приглушила звук и прислушалась. Расслышала она только некоторые слова и фразы: «не против,.. ждать неожиданностей,.. не знаю, чего от неё ожидать,.. временем привыкнет,.. она необычная,.. мало опыта,.. относиться бережно,.. договоримся,.. сами разберемся,.. теперь она – моя забота,..» – больше ничего разобрать не удалось. Лиза не знала, стоит ли ей волноваться: она не была уверена, что из подслушанного относиться к ней.
Потом они с Евгением целовались в парилке, что было неудобно и даже смешно по причине жары; он уговорил её лечь и, сняв простынь, хлестал веником. Когда она перестала визжать, а он смеяться, на полках уже сидел хозяин, вошедший незаметно для неё, и пожирал её глазами. Он не отвернулся, насмешливо глядя, как она поспешно заворачивается в мокрую, скрученную простынь. Ей стало неловко, и она вышла. На цыпочках вернувшись к двери, она приникла к ней ухом. Но услышала только «… потрясающая задница». Ничего другого она и не ожидала от тонкого ценителя женских форм и, показав двери язык, Лиза направилась к выходу из сауны.
Увидев её сидящей перед незажженным камином, толстяк поинтересовался, видела ли она настоящий. На сцене бутафорский
