диву дается тому, что они ведут разговор на равных, а не ограничиваются короткими, обидными репликами как раньше. Решив до конца исполнить долг признательности: - Ты как сегодня хочешь? Только скажи… Я… - Да я совсем тебя не хочу!
Опять лицо сделаешь, как будто тебя по кругу пустили… - Я? Лицо..? Ну, зачем ты так? – Тебе ж не нравится, как я люблю! - Я… я привыкну… потерплю… Мне… нравится… иногда… Передразнив её: - «Иногд а»… Может тебе мало, не хватает? - Нет, много… и… часто... даже очень… Мне всего хватает! - Да разве вы, бабы, не этого хотите всегда? Не дотрахай вас – себе дороже! - Наверное, есть такие, которые всегда…
Время доверительности и искренности прошло, возникнув ненадолго между ними. Лежа на боку, обняв любовника ногами и руками, посасывая его язык, девушка последний раз столкнулась с ним потным телом. Перестав трястись в её объятиях, уже сонно закрывая глаза, тот спросил: - На сегодня твоя душенька довольна? И скривившись на её очередную благодарность, засыпая, пробормотал: - Будешь должна… - и захрапел. Лежа без сна, Лиза так и не решила для себя, полностью ли она рада тому, что приняла его помощь, вложив ему в руки очередное оружие для собственного шантажа.
Маму устроила гардеробщицей в театр Лиза, поговорив с директором, а юрист Александра устроил ей прописку в общежитии. Лиза просила только не слушать театральных сплетен, на что мама уже через неделю работы выговаривала ей: - Да вот, говорят, дочка,.. как бы это выразиться?.. с плохим человеком ты живешь… с бандитом. И он старше… - Мама, мне легче от того, что говорят? - Зачем же ты тогда..? - Мама, не надо об этом!.. Я сама подумаю, хорошо!? Александр наотрез отказался знакомиться и встречаться с лизиной мамой, выразившись, что ему достаточно девушки без её родственников – своих хватает. – Чего надо – пусть передаст через тебя, а так – нечего!
Веселые картинки
О своем долге ему не пришлось беспокоиться: уже вскоре Лиза пыталась отговорить его от безумной идеи - снять фильм с ними в постели. Он был непреклонен, уверяя, что это -общепринятая практика в его кругу. Отбиваясь от дикого требования из последних сил, она предположила: - Всем показывать станешь? В Интернет поместишь? - Да, твоё лицо закрою кубиками, а свое не стану – пусть народ завидует. – Саша, ты знаешь, как мне это неприятно; почему так поступаешь? - Это благодарность такая за всё? - А разве благодарить надо порнографией!? - Тебе самой понравиться потом смотреть, вместе посмеемся. Оператор, уже знакомый Лизе по эротической фотосессии, снимал их занятия любовью 2 дня, живя у них. Александр велел «не делать такое лицо», и девушка, натянув маску равнодушия, прилежно выполняла все указания любовника, не проявляя своей инициативы.
Механически прыгая на нем, она только первые часа 2 стеснялась близкой камеры и лица оператора, потом её охватило ленивое безразличие, позволившее вести себя раскованно. А Александр был в своем репертуаре: оживлен и страстен, будто не замечая постороннего вмешательства. Угощая оператора, невзрачного мужичка, Лиза, стесняясь все же спросила, правда ли ему приходилось снимать подобное. Тот хладнокровно, не меняя выражения лица, не прекращая процесса поглощения пищи, подтвердил, прибавив, что снимал жен и любовниц, голубых и розовых, первые брачные ночи - эти много! И ничего особенного здесь нет – прибавил он. Она решила подтвердить мелькнувшую догадку, спросив, делал ли он подобные ролики Александру ранее. Тот открыл, было, рот, начав кивать, но опомнился и переадресовал её с вопросом к любовнику. Узнавать подробности расхотелось.
Девушка темпераментно нанизывается попкой на член мужчины, откинувшись на его колени и предоставив тому хозяйски проворачивать пальцы в её истерзанной им вагине: мягкие темные губки вывернуты наружу, отверстие широко раскрыто и пульсирует. Перекатывая меж пальцев горошину клитора и заставив её задерживать дыхание, он вспоминает: - Кино готово! А ты и не спросишь. Сейчас закончим и посмотрим! Зная, что последует за просмотром, девушка не торопится заканчивать, думая утомить любовника длительным единственным сеансом любви. Она мужественно терпит манипуляции безжалостных пальцев меж ляжек, и, повинуясь подталкиванию рук мужчины, переместившихся на бедра, увеличивает темп скольжения на члене и ждёт, пока его оставят судороги.
– Иди сюда! – зовет он, и, устроившись спиной у него на груди, девушка направляет взгляд в экран планшета. Его рука, лежащая меж её грудей, то нетерпеливо прыгает, когда он азартно указывает ей на особо удачную мизансцену, то прижимает её к нему для поцелуя, то мнет её груди при особо возбуждающих его кадрах. Она подавленно наблюдает за переходящими одно в другое совокуплениями на экране, делая нейтральное лицо, когда он тянется к ней губами, и грустно думает, где и когда могут всплыть эти непристойные кадры, если она вздумает опять проявить характер и перечить ему. – Тебе интересно? – отдавая ей планшет и прижимая к себе. – Не так чтобы очень… - Сейчас увидишь, как это все одновременно заводит; сначала я тебя поглажу, потом ты меня.. Он подсаживает её на свои ноги, разводит ей бёдра и потирает промежность в предвкушении более интимных последующих ласк. У неё дрожат руки с экраном, пока он натирает ей нижние губки, пробираясь все глубже внутрь.
Она давно уже не смотрит, откинув голову ему на плечо, испуская стоны, но следует окрик, чтоб она подняла монитор и не опускала его. С трудом дождавшись, пока он, по его мнению, достаточно возбудил её, доведя до крупной дрожи и криков, вытерев мокрые от выделений пальцы ей о лицо, она обессиленно валится на спину, прикрывая рукой свербящую промежность. – Ну, раз ты устала, лежи, ладно… - он нависает над её лицом и опускает ей в рот длинные яички, не прерывая просмотра. – Ещё не все, зря ты досмотреть не хочешь… Она послушно всасывает мягкие мешочки по одному и старается не слушать его непристойные комментарии. Ночь непредвиденного сближения стала забываться, и была ли она вообще, сомневается сейчас Лиза.
Безрезультатный разговор
- Мне кажется, - раздельно с трудом говорит Игорь, - что ты обманываешь меня, придумывая какие-то несерьезные причины, чтоб не уходить от него ко мне. Ты ничего не объясняешь, просишь ждать и снова ждать и не торопишься, заставляя меня мучиться от мыслей, что ты там с ним, и вам хорошо, и он с тобой… Ты говоришь – «поверь мне! я все решу сама!», но ничего не решаешь… Представь на минуту себя на моем месте. Ты б ждала меня вечно? Была поздняя осень, и у Игоря были все основания для обид. После счастья минуло уже 3 месяца… Лиза взяла его за руку, но парень осторожно высвободил её. – Прости меня, я знаю, мне нет оправдания… Я обязана ему… я люблю тебя… - невпопад к чему-то произносит девушка, не имеющая возможности многого рассказать парню. Решившись, она пересказывает историю с мамой уже месячной давности. – И ты не попросила помощи у меня?! Разве я не сделал бы для тебя того же, не шантажируя тебя после?!
Лиза рассказывает, что к первому за помощью она обратилась к нему, но он не отвечал ей, не взяв трубку, и вот тогда ей и пришлось… Игорь переспрашивает о датах и признает, что был в командировке, а за городом не всегда ловит сеть. Потерянные, сидят они в сквере на холодной уже скамейке, не в силах расстаться. Перебирая его пальцы, Лиза сожалеет, что она не может ему рассказать и о насильно прерванной беременности, и о страхе перед любовником, и о своей такой горькой любви, и о том, что не представляет для себя смысла жизни, если он её сейчас бросит, и о том, что она живет надеждой - им, … - Ты, наверное, не любишь меня, просто жалеешь, а вот его - наоборот; и поэтому никак не сделаешь выбор… - Я люблю тебя больше всего на свете и буду несчастна, если ты не дождешься меня…
Я, наверное, пойму тебя, если ты… уйдешь… - Уйдешь… мне легко уйти от тебя?! - Знаешь, я подумала, если ты не против, мы могли бы иногда.. тайно встречаться у тебя, только это редко получится… - Мы будем тайно встречаться, а ты будешь дрожать от страха, спешить, торопить меня, думать о нем, и бояться быть раскрытой… И после наших встреч идти домой и ложиться с ним, которому нечего бояться… А ты сама-то сможешь так жить? Ответа нет. Ни до чего не договорившись, в который уже раз расстаются. И Лизе кажется, что Игорь не так страстно целует её на прощание, как в прошлый раз и в позапрошлый…
Последующие несколько недель прошли как-то сумбурно, похожие одна на другую. Работа – дом – редкие встречи с Игорем и звонки ему. Лизу радовала лишь мама, обжившаяся в незнакомом городе и больше не нервничавшая из-за пьяниц. Та регулярно звонила домой сыну – тот с отцом каким-то непостижимым образом выживали. Отношения с любовником достигли некоего постоянного уровня и застыли на нем. Лиза определила бы его как вечное ожидание перемен. Она ждала, и Александр незаметно присматривался к ней: что она может выкинуть, не вполне доверяя.
