– А я тут подарки раздаю. Посмотрим, что у меня для бухгалтера? – закрыв дверь, он шагает к ней; она поднимается, и соскучившиеся любовники обнимаются. Такими их и застает замдиректора, тихо открыв дверь и так же неслышно её закрыв. Он отходит и ждет у директорского кабинета. Прождав минут 10, покачав головой, уходит к себе, а счастливые влюбленные, сидя на одном кресле в обнимку никак не могут разомкнуть объятий.
Одарив девушку дешевыми безделушками – дорогие сложно было купить при жене – мужчина вдруг проявляет необъяснимую нерешительность в вопросе немедленного свидания: - Сегодня никак. Ну что ты, детка, не хмурься! Конечно, увидимся! Жена пригласила кого-то, надо быть дома. Пойду к себе – там бумаг накопилось… Вы с Виктором Н. тут не запустили дела, часом!? Ловлю на слове! Ну, значит договоримся! Чувствующая себя обманутой, Вика долго не может приступить к работе, спрашивая себя, что же случилось.
Встречаются любовники только через пару дней. Опершись на руки, запрокинув голову, Денис блаженствует, пока она, истосковавшись, сосредоточенно сосет его пенис, сидя у него между ног. Кончив ей в горло, внезапно он начинает собираться, как-то невразумительно оправдываясь семейной необходимостью. Обида душит Вику, а разве он не её семья, тревожно интересуется девушка. Она – самый близкий ему человек, уверяет любовник, и, смягчившись, повинуясь её объятиям и поцелуям уже в дверях, возвращается и раздевается, соглашаясь задержаться ещё немного.
Лениво раскинувшись на кровати, он перебирает её волосы, пока она рукой мастурбирует его, потом недолго вылизывает её соскучившееся лоно и капризничает: нет, он не хочет так, лучше в попку, он скучал там по её тесной дырочке… Сидя на нем на корточках, девушка аккуратно нанизывается на член, ожидая других, более интимных ласк. Он с готовностью протягивает руки к её раскрывшейся вагине и ухватывает за пухлые губки. Сначала слегка постукивая по ним, потом ритмично погружая туда пальцы, затем массируя острый клитор, он умело подводит её к высшей точке наслаждения и вдруг прекращает стимуляцию. Она возмущенно кричит и молит его не останавливаться. Расхохотавшись, он продолжает начатое и несколькими энергичными касаниями доводит её до полураспада на нем. Больно смяв её упругие груди, он регулирует последние фрикции и бурно извергается в неё.
– Моя ненасытная! Ты ещё сомневаешься во мне? Нё сердишься? – покровительственно спрашивает одетый Денис в дверях у прижавшейся к нему Вики. – А теперь Ромку позовем. Как обычно. Приготовишь что-нибудь, чтоб мы с голоду не умерли? – Не надо Ромку! Он мне здесь надоел! – почти проговаривается девушка, вовремя прикусив язычок. – Давай только вдвоем, как раньше! Зачем нам кто-то? Я больше не хочу его. Мужчина сердится и намекает, что ему-то ещё ничего не надоело, он-то соскучился по настоящему сексу, пока кис на курорте с женой. – И пока вы тут развлекались! – непонятно к чему двусмысленно добавляет он, берясь за ручку. Встревоженная Вика не осмеливается больше ни о чем просить, замалчивая скользкую тему.
Первым в её лоно как обычно излился Денис (она заметила, что с ней нае-дине он не был так скорострелен) и, отвалившись в сторону и понаблюдав, как приятель оседлал её, стоящую на четвереньках, сзади, протянул к ней руку и вонзил туда, откуда только что вынул иссякший член. С восторгом слушая всхли-пывания бурно кончающей девушки, любовники неспешно закончили совокупле-ние, одновременно выдернувшись из неё. Оставив изнеможенную Вику лежать поперек кровати, мужчины вышли выпить и закусить, а она задремала. Короткий странный сон приснился ей: они все – свингеры на одной большой кровати, неяс-ное четвертое лицо… Проснувшись и понежившись на постели, она оделась и подошла к двери; мужчины разговаривали. Взявшись за ручку, она прислушалась.
- …вобщем, она теперь рада, как дурочка, и боится долго оставаться одна. Просит приходить не поздно. Ну, первое время, пока она с ума сходит, буду, ну, чтоб там не дай бог ничего… А потом посмотрим, глядишь - успокоится, и все пойдет как раньше. Потом она родит, и ей будет, чем заняться; оставит меня в покое. Блин, ребенок! Даже не знаю, хорошо это или плохо. – Ты потише, вдруг она встала. Мужчины прислушиваются, Вика замирает за дверью. – Нет, спит, как сурок. Пойду, пока она не встала, а то опять начнется «подожди, останься!». – Когда скажешь ей? А то она тут нафантазировала себе ваше «большое и светлое чувство»… - Да знаю! Я сам виноват, не разубеждал её. Теперь вот мучайся с ней!
- Она тут меня убеждала, что вы будете вместе совсем скоро. Ты, придурок, думал, когда обещал ей это? – Да уж, глупо получилось… Да нет, куда я без моей Наташки! Она – своя, надежная. А эта – только развлекаться, да в бухгалтерии соображает – одна радость. – Бросишь её? - Да нет , зачем? Ты бы бросил такую штучку? – Даже не знаю? Стерва она хорошая! Страшновато с ней, удавит ночью и не поморщится. А потом ещё и отвертится! Смельчак ты! - Да ладно! Не так страшен черт… Ты остаешься или со мной? Проверю – не проснулась ли?
Приоткрыв дверь, Денис видит по-прежнему спящую девушку. Её мокрого лица и дрожащих кулаков он не замечает. Склонившись над ней, он нежно целует её и шепчет, что ему пора. Полусонная девушка кивает и машет ему рукой. Она не встает проводить друзей, чтоб скрыть распухшее от слез лицо и не расплакаться прямо при них. Или не впасть в ярость.
Вскоре раздается звонок в дверь. Равнодушно прослушав его минуту, идет открывать: она знает, кто это. – Телефон забыл, поищу, - ухмыляющийся Рома проходит мимо неё и начинает разуваться. – Впустишь? Она пожимает плечами и закрывается в ванной. Изучив в зеркале трагичное выражение своего лица, она меняет его на обычное и, постаравшись взять себя в руки, умывается холодной одой и выходит. Мужчина ждет её в постели, и она привычно раздевается. Без предисловий садится ему на лицо и тискает свои груди, пока он сосет её влагалище. Опасно улыбаясь, приникает к полувставшему члену и, щекоча его язычком, замечает: - Прикусить слегка? Ну, для остроты?
Мужчина принужденно смеется и тянет её наверх. Скача на нем, вдруг смыкает руки на его шее и чувствительно сжимает. С улыбочкой поясняет: - Так ярче эмоции. Поиграем?! Все последующее совокупление он следит за её руками, интуитивно защищая шею. Следя за его конвульсиями под собой, она серьезно замечает: - Все-таки сволочь ты.
У нас с Денисом всё серьезно, а тут ты мешаешься. Когда поймешь и отвалишь? На этих словах он успокаивается и скидывает её с себя.
Ночь Вика не спит, плача и обдумывая ужасную ситуацию. Мысли об одино-честве перемешиваются с какими-то неясными планами мести. Ей вдруг многое становится ясным: «будешь жить в моей квартире», «я все устрою – только подо-жди», «я не могу уйти от жены так сразу», семейное ММС, «а Денис в курсе?», и последние «эта - только развлекаться». Эти знаки кричали ей об опасности, только она была глуха в своей «великой взаимной» любви. Как он назвал её? Штучка! Он ошибся: за 2 года их связи он сделал из неё шлюшку. Вседоступную! И первый поделился ею – «развлеки её!». Слепая! Когда и как она ослепла, она, считающая себя умной и предусмотрительной!? Так и не выработав сколь-нибудь ясной линии поведения на будущее, Вика заснула перед самым рассветом.
