закончилось, когда я однажды - из-за Насти, сказал ей «нет». В тот день я последний раз оттрахал ее - жестко, так, как ей нравилось, а в завершение – анально, пока она не кончила. Единственная из моих девушек, она кончала от секса в попку. Довел до изнеможения ее и себя, и после этого объяснил Дине, что в наших отношениях больше нет места сексу. Ее реакцию на мое решение нет смысла описывать. Так реагируют кошки, когда у них забирают любимых котят.
А сейчас ее очередная атака, которую мне нужно выдержать. Нужно, потому что нет в моей новой жизни места старой!
Она лизнула языком в очередной раз, обхватив яички, и заглотила член глубоко, я затрясся от охватившего меня возбуждения. Ох, как приятно. Еще секунда, и мое тело потребует большего, я повалю Дину на пол, и тогда ничто не остановит измену. Губы девушки стали всасывать вовнутрь то, что Дина считала своим. Но она ошибается.
Я собрал последние остатки воли, и оттолкнул ее. Девушка опешила. Факт, что ничего не будет, быстро дошел до ее мозгов, но тень непонимания я прочел на ее красивом восточном лице. Женское сердце верит в то, что хочет верить, и Дина, облизав языком губы, прошептала:
- Милый, ты же не оттолкнешь меня? Я скучаю по тебе…
Я быстро встал и застегнул брюки. Подавленное возбуждение и желание вагинального секса, которого у меня уже два месяца не было, я в очередной раз загнал куда-то вовнутрь.
Дина встала, обняла меня сзади. Я спиной, сквозь рубашку почувствовал, как упирается в меня ее упругая грудь. Сам удивился, как я смог отвыкнуть от ее сисек. Она сказала:
- Женись, на ком хочешь, твоя жена никогда ни о чем не узнает, но дай мне возможность быть с тобой, я ничего не прошу взамен. Тебе со мной было так хорошо.
Она права во второй фразе, но обманывает меня в первой. Такая как Дина – яркая и самодостаточная – захочет быть вторым номером лишь на какое-то время. И тогда мое счастье с Настей может смениться торжеством сексуальной и целеустремленной самки. Я этого допустить не могу.
- Нет, Дина, нет – спокойно, насколько смог успокоиться, отвечаю. – Я люблю Настю, и с тобой у меня может быть только дружба.
Кому-то я уже говорил эти слова.
Дождался, когда Дина в расстроенном состоянии поправит блузку, попросил ее заказать мне билет в Москву на следующий день и отправил ее домой. Уже поздно, и рабочее время нужно сменять временем личным, когда Дине можно попробовать влюбиться в кого-нибудь другого.
На следующий день Настенька проводила меня в аэропорт, и я пообещал в скором времени вернуться. Мы поцеловались перед недолгой, как хотелось верить, разлукой.
И вот я в Москве. Быстро добрался до ресторана, где меня ожидал заказанный на вечер столик. С решимостью и настроением захожу вовнутрь, присаживаюсь и смотрю на часы. Столик ждет еще и господина Антониолли, с которым я договорился о встрече, и ожидания еще на 15 минут. Окружающая публика – бизнесмены с их яркими и сексапильными спутницами – негромко переговаривались друг с другом, обсуждая вопросы различной стоимости. К ним присоединился и я – предприниматель с провинции, но с амбициями начинающего олигарха. Я готов к очередной схватке, сегодня как никогда.
Итальянец появился точно вовремя. Высокий, с поджарой фигурой, смуглой кожей и черными, как смоль волосами, он в своем деловом костюме выглядел как предводитель итальянской «коза ностры». В принципе, как должен выглядеть чувак, выкупающий и перепродающий российские заводы и угольные шахты? Именно так я себе его и представлял, Антониолли меня не удивил.
Но удивило меня нечто другое. Итальянец был не один, и я взглядом застыл на его спутнице.
Если бы я в этот момент был на ринге, то испытанное чувство точно можно было бы назвать нокаутом.
Высокая стройная блондинка в ярком красном платье с фигурой топ – актрисы, длинные ноги, переходящие в округлые сексуальные бедра, подтянутая пышная грудь вызывали восхищение. Выразительное лицо с зелеными глазами – безукоризненной красоты. Все прочие ресторанные красавицы, приглашенные для антуража делового ужина, не шли с ней ни в какое сравнение. Это была женщина, обладать которой могли мужчины, чья карьера по-настоящему удалась. Она плыла своей эротичной походкой рядом с итальянцем, как компас, притянув взгляды парней со всего ресторанного зала. И мой!
Антониолли нашел меня, мы познакомились. Цепкое рукопожатие и красивая женщина рядом составили мое впечатление об этой акуле бизнеса.
- Это – моя девушка - представил спутницу итальянец. У Антониолли я отметил прекрасное владение русским языком, а в ней пытался на миг зацепить реакцию в ее взгляде. Увидел ее удивление с легкой усмешкой, но так и не понял степень ее дружелюбности. Мы начали переговоры, она молча сидела, потягивая «мартини», и разглядывая ресторан и окружающих. На меня красавица не смотрела.
Все то время, пока мы обсуждали сделку, мне стоило усилий не обращать на девушку внимания. Я заставлял себя не отвлекаться на нее, отгонять все мысли, связанные с ее присутствием в моей жизни. Это была борьба! Я был настроен бороться в этот вечер, но только не с ее близостью. Даже не глядя на нее я чувствовал возбуждающий аромат ее духов. Уже дело дошло до обсуждения цены, и Антониолли на бумажке написал мне сумму, за которую он готов уступать завод. Я на этом же листике написал свое предложение – в полтора раза меньше, и итальянец, как высококлассный торговец рассмеялся и демонстративно сжег бумажку в пепельнице. Я ожидал этого - абсолютно нормальный ход для первого раунда переговоров, на миллионных сделках не бывает по-другому. Знал, что заплачу больше, чем предлагал, но меньше, чем «мафиози» хотел.
Тут у итальянца зазвонил телефон, он, извинившись, ушел пообщаться в холл. Наступил момент, которого я ждал целый вечер – мы остались одни. Ждала ли она этого? Я хотел, чтобы она заговорила первой. И я дождался этого.
- Здравствуй, чемпион – сказала она.
- Здравствуй, Алена.
Оба понимали, что наше приватное общение ограничится минутами. Обменялись несколькими фразами обо мне, о ее жизни. О роде ее занятий я не расспрашивал.
Я пожирал Алену глазами, она спокойно реагировала и слегка улыбалась. Хотел поймать на ее лице память о причиненной мною обиде, но ничего не находил. Складывалось ощущение, к моему удивлению, что Алена даже рада меня видеть.
- Скажи, ты простила меня? – твердо спросил я, зная, что не уйду без ответа на вопрос, промучивший меня двенадцать лет. – Я просто не понимал, что тогда на меня нашло.
- Да ладно, перестань – спокойно ответила она – Что было, то было, и в том, что ты со мной тогда сделал, мне пришлось найти свои плюсы.
Я решил не спрашивать об этих плюсах, потому что знал – сейчас у на нет времени на откровения. А откровения создали бы новые вопросы.
И я просто сказал то, о чем думал постоянно. Весь вечер или 12 лет?
- Алена…. Давай встретимся.
Она молча, ничего не говоря, достала из сумочки листик бумаги и быстро черкнула мне цифры. Посмотрела на меня, протянула бумажку, и я прочитал в ее лице интерес. Неужели она меня простила?
Вернулся Антониолли, и мы договорились продолжить переговоры через три дня. Ему нужно подумать. А что нужно мне? Ответ находился сам собой, когда при прощании я пожимал Алене руку, и мне показалось, что она на долю секунды задержала мою руку в своей.
Я после расставания с итальянцем и его спутницей знал, что на весь период, пока не заключу сделку, останусь в Москве.
Только поздно вечером зазвонивший телефон напомнил мне о Насте и о приближающейся свадьбе.
- Любимый, ты целый день не звонил – услышал я легкий упрек своей невесты.
Звонок Настеньки вернул меня к реальности. Мне осталось лишь извиняющимся тоном сослаться на свою занятость.
Даже после этого я не уснул. Как только я улегся в постель набраться сил перед трудной неделей, позвонил Андрей:
- Босс – обратился он весело – Выяснил по Маринке. Ты знаешь, кто у нее муж?
- Неужто благотворитель, который раздает таким пацанам как мы бабки без процента? – устало сострил я.
- Ага, почти. Только раздача может быть еще та – ответил мой зам и наконец озвучил: - Градов!
- Кто-кто? Чувак, мне послышалось? – моему удивлению не было предела, но знал – «левую» инфу Андрюха не стал бы мне задвигать.
- Г р а д о в – по буквам подтвердил Андрей, явно в восторге от сообщаемой
