еще по большей части черно-белых телевизоров, даже и не пытались. А тут…. Всё это происходит именно со мной! Было, отчего разволноваться. Несколько минут спустя, когда я, все еще находился в легкой прострации, Татьяна, присаживаясь рядом со мной, произнесла:
— А ты, ничего, — она облизнула губки, — мне понравилось.
— Ты только не говори мне, что раньше никогда ЭТОГО не делала!? — провокационным голосом сказал я.
— Не а. — Татьяна покрутила головой.
— Знаешь, а мне так не показалось, уж больно ты как то… — Я не знал, как окончит фразу, — ловко!
— Я, на огурцах с бананами тренировалась. Ну, а ты-то, откуда знаешь, как правильно? — Вызывающе посмотрела на меня Таня.
Я пожал плечами и сморозил:
— В кино видел. — Татьяна громко рассмеялась, а я, вдруг смутился, словно нашкодивший ученик, которого поймала за руку директриса.
— Тебе понравилось? — Перестав смеяться, спросила Таня.
— Конечно!!! — Искренне ответил я.
— Долг платежом красен… — Таня подмигнула.
— То есть…? — Не «врубился» я.
— А то и есть. — Татьяна откинулась на спинку дивана и слегка подтянула подол платья, открывая бедра больше чем до середины. Я закашлялся.
— Ну, так как? — Таня недоверчиво скосила взгляд. Конечно, не понять того, на что она намекала, мог, пожалуй, лишь полный идиот. Поскольку я, таковым не был, я занял колено приклоненную позицию у её колен и…. Впрочем, объяснять мои дальнейшие действия, нет особой нужды. Здесь, опять же выручили меня немецкие кинематографисты, которые своими шедеврами научили нас, темных жителей провинциальных городков, тайным приемам занимательной игры под названием «кунилингус». И признаюсь, без теории, которую я, получил из этих источников, на практике я, выглядел бы как новичок, пришедший на ледовый каток и впервые в жизни ставший на коньки. То, что я, неплохо знал теорию, я понял по приглушенным стонам Татьяны и её вцепившимся в мои волосы пальцам. В отличие от меня, Татьяна оказалась куда более «стойкой» так же быстро как ей, мне от неё отделаться не удалось. У меня уже сводило челюсти и болел язык, когда Таня наконец то зашептала:
— Ну, все, всё, хватит…, не могу больше… о-о-о… — Она, расслабилась и, мне показалось, на несколько минут впала в какой-то ступор…
*
… — Да, такое не забудешь, — отсмеявшись, сказала Татьяна, подливая мне чай.
— Да уж! — Подтвердил я, — а главное, крышу-то, крышу, мы так ведь и не починили! — Мы посмотрели друг на друга и вновь прыснули от смеха.
— Ну, да, бабулька моя, потом долго подтрунивала над тобой, говорила что руки у тебя не с того места растут.
Мы опять долго смеялись, а потом я вдруг решился её спросить:
— Ну, а ты?
— Что «я» — не поняла Таня.
— Ну…, ты…, ты верная жена? — Я поднял ладонь и добавил, — случай с Испанцем не считать.
— Когда как. — На полном серьезе произнесла Таня.
— Это как!? — Теперь уже я не понял. Она пожала плечами и не ответила, сказала другое:
— Давай завтра в кафе сходим. — Я смотрел в её глаза и видел в них озорную девчонку из моего детства, девчонку, которая играла со мной в свои взрослые игры, а я был всего лишь игрушкой для неё, я понимал, что опять попал на её удочку, что опять не смогу отказаться от её игр. Что я снова всего лишь её игрушка, но, черт побери, как же мне нравилось быть её игрушкой…
2
Вечер школьных воспоминаний в кафе, плавно перетек в ночь «дикой страсти» в гостиничном номере. Тело у Татьяны сохранилось в идеальном состоянии. Плюс её занятия фитнесом, и, не самое дешевое бельё, надетое под облегающим платьем, делали из неё весьма «аппетитную штучку» Я с жадностью голодного пса над костью, ласкал её тело. Теперь, уже я был не тот мальчик «скорострел» как было когда-то. Теперь, я всё делал не спеша, с расстановкой, внимательно следя за реакцией партнерши на мои действия. Татьяна извивалась в моих объятиях, сжимала меня руками и бедрами. Ногти Таня предусмотрительно в ход не пускала, на этот счет, я дал ей точную рекомендацию: «Следов своих на мне не оставлять!» — И она не оставляла, была сама нежность.
С нею я снова, как и когда-то, взлетел на самые вершины блаженства. Не сказать, чтобы моя Лена была не искусна в любви. Нет, напротив, многие вещи у Лены, получались куда как лучше чем у Тани, но вот, было в ней что-то…, я не знаю даже, что это. Вроде бы и груди у неё меньше и губы чуть тоньше, и бедра поуже, а вот что-то…, я не могу сказать что именно, меня ТАК тянуло к ней. Когда наши глаза встречались, меня, словно вспышка пронзала, словно в голове взрывалась новая звезда, Лена никогда не смотрела в мои глаза во время любовных игр, Таня же напротив. Её взгляд прожигал меня, заставлял трепетать всё нутро, так что даже дыхание моё прерывалось. Вот и сейчас, мы смотрели друг другу в глаза, а я, медленно двигался в ней и, в этот момент, для меня уже не существовало ничего. Не рожавшее лоно Татьяны, охватывало меня тесной, горячей мякотью.
Я, старался войти в неё как можно глубже, моя бы воля, я наверно сейчас весь втиснулся бы в неё, слился бы с её упругим телом. Наконец, Татьяна прикрыла глаза и задержала дыхание. Я знал, я помнил, что это значило. Я, сделал последнее самое мощное движение и замер. Таня обхватила мою талию своими стройными ногами и, издала протяжный стон. В следующую секунду, я ощутил пульсацию её лона.
И я тоже взорвался в Таню мощной горячей струёй. Таня все же не удержалась и впилась ногтями мне спину, а я, укусил мочку её уха….
*
Мы лежали на широкой измятой кровати абсолютно нагие. Я, гладил Таню по груди. Татьяна вздохнула и, открыв один глаз, произнесла:
— Ты изменился.
— Да!? И в какую же сторону? — Таня лежа пожала плечами, — опытнее стал. Помнишь, тогда на чердаке?
— Конечно, разве ТАКОЕ забудешь!
— Ты многому научился с тех пор. Тогда ты был нежен, но, не опытен, а теперь… Ленка тебя многому научила!
— Ты тоже. — Я тронул пальцем уголок её губ, — гораздо опытнее стала и, нежнее… — заглянул я в её глаза. Таня схватила меня зубами за палец, и, обхватив палец губами, принялась ласкать его языком.
Я отобрал у неё свой палец и прильнул к ней губами, когда мы прервались чтобы вдохнуть, я сказал:
— А ты все такая же!
— Какая? ¬— Лукаво спросила Татьяна.
— Ненасытная! — Таня рассмеялась…
*
Было уже глубоко за полночь, когда я вернулся домой. Входная дверь была заперта на замок, на два оборота ключа. Уже с порога я понял, что дома никого нет. В квартире было темно. Я прошел в комнату, заглянул в спальню, Лены не было.
«Хм — хмыкнул я про себя, — м-м-м…, значит все же пошла..., интересно, где они…, хотя, — подумал я, — так, даже лучше, мне не придется ничего объяснять!» — Я умылся и уже когда зашел на кухню, увидел на столе рядом с накрытым салфеткой ужином белый прямоугольник. Я взял в руку лист, вырванный из обычной тетради в клетку. Торопливым, Лениным почерком там было написано: «Я тебе звонила, но телефон твой был выключен, я с подругами иду в кафе, встречаюсь со своими сотрудницами, мы посидим, если я задержусь не переживай…» — Я посмотрел на свой телефон. Он и, правда, был выключен. Кухонные часы показывали 3:25 ночи. «Так-так! — подумал я, — с подругами, до половины четвертого!!?» — И тут меня разобрал смех, «а сам-то, сам!» — Я уже отсмеялся, когда услышал, как к воротам подъехала машина. Спустя минуты три щелкнула входная дверь.
— О! А ты чего не спишь!? — Удивленно уставилась на меня Лена.
— Ты в курсе, который сейчас час? — Спросил я хмурясь.
Лена потупилась и перешла в наступление:
— Ну, подумаешь, я в кои-то веки, с подругами задержалась в кафе, а ты…
— В кафе! До полчетвертого!? Занятно… хотя…. — Я пожал плечами, — проехали….
Лена стянула салфетку со стола и удивленно посмотрела на не тронутый ужин.
— Ты чего не ужинал? — Удивленно спросила она.
— Нет.
— А почему!? — Лена заглянула мне в глаза.
— Да, я сам только пришел. — Решил пока не лгать я.
— Да!? — Удивилась Лена, — а где же ты был!?
— У Толика в гараже. — Выдал я уже заготовленную отмазку.
— Да!? — Лена недоверчиво глянула на меня, — а чем же вы там занимались до трех ночи!?
Я пожал плечами и проговорил:
— Ну, сначала в колымаге его ковырялись, не веришь, у Зинки спроси, — я конечно, рисковал, но не очень сильно, вряд ли бы Лена, ночью стала звонить Зине и спрашивать действительно ли я был у её мужа в гараже, — а потом, — продолжил свое «откровение» я — мы с ним, ты не поверишь, в шашки играли…. Ну, а вы как посидели?
Перевел я разговор.
— Отлично, — Лена довольно вздохнула, — давно уже так не отдыхала.
— Да!? — Только и спросил я. Не совсем понимая, что она вкладывала в смысл фразы: «давно так не отдыхала»
— Угу, — кивнула Лена, — а у вас как?
— Где!? — Не понял я. И напрягся.
— Ну, в гараже, в шашках?
— А-а… — я расслабился, — да так, ничего, машину починили, а в шашках… в шашках — один-один у нас. Ничья пока у нас…! — Я притянул Лену к себе и, обнимая жену, подумал: «Наверно хорошо, что ты не догадываешься о реальном смысле фразы «один-один» Надеюсь у нас с тобой теперь ничья. Пока ничья, моя милая, вот только, надолго ли?…»
