кроме вязания и вышивки у меня не было, поэтому я с радостью освоил эту технику. Так как жили мы уединённо, и рядом было мало соседей, я не стесняясь катался на велосипеде в Верином халате, в чулках, повязав голову платком, чтобы не опознали во мне юношу.
Я выезжал из калитки на краю сада, которая выходила в проулок и ехал в сторону моста, через речку к роще, там по тропинкам и грунтовым дорогам, по полям, иногда выезжая на тракт. Машин на дороге было мало, чаще гужевой транспорт, редкие прохожие внимания на меня не обращали, и это меня очень забавляло, приятно возбуждало и вносило какую-то интригу в мои проказы. Ни мои новые родственники, ни моя жена в моих чудачествах не видели ничего предосудительного.
Однажды, когда я проезжал через берёзовую рощу у велосипеда слетела цепь. Пришлось остановиться для устранения неполадки. Я слез со всего транспорта, завёл его немного за кусты, присел и взялся натягивать цепь. Но вдруг кто-то сильной рукой обнял меня за пояс, второй рукой зажал рот и потащил в сторону.
- Будешь кричать, задушу, поняла? – услышал я и замычал давая понять, что кричать не буду. Я и так перепугался до смерти, думая, что меня сейчас будут душить, что меня ожидает я и не предполагал.
Мой похититель оказался мужчиной лет 30-35, он повалил меня на траву, вновь приказал не кричать, спустил свои штаны и трусы, обнажив свой возбуждённый член, потом навалился на меня, задрал полы моего халата и стащил мои трусы. Во мне всё замерло от страха, я до ужаса испугался разоблачения, думал, что он меня обязательно убьёт, когда поймёт, что я не девушка.
- Ого! – он оторопел, увидев то, чего никак не ожидал увидеть. - Так ты парень что-ли?
- Да. – еле выдавил я из себя глотая слёзы. – Только не убивайте, пожалуйста.
Он слегка отодвинулся, оглядел меня всего.
- Ну прямо как девчонка, - сказал он как-то не злобно, подумал немного, что-то прикидывая в уме и приказал,- ну тогда соси, раз уж так вышло.
Он приблизился к моему лицу и ткнул членом мне в губы. Я немного успокоился, почувствовав, что он не будет меня убивать, утёр слёзы, и чтобы угодить своему насильнику взял в рот его возбуждённый член, я тогда не понимал, что это означает и не видел в этом ничего плохого, ну разве что нечто постыдное, унизительное, но ведь вокруг никого не было и стыдиться было некого.
Я стал сосать его член, надеясь, что он останется довольным и отпустит меня, а он положил ладонь мне на затылок и регулировал глубину и частоту проникновения члена в мой рот. Но больше всего меня поразило то, что это мне очень понравилось, я так сильно возбудился, мой член тоже встал и не находил места в трусах, я жадно сосал издавая при этом чмокающие и чавкающие звуки, вынимал член изо рта, облизывал со всех сторон, целовал и потом опять загонял его как можно глубже в горло. Его волосы приятно щекотали мой нос, а я руками массировал его яички. Мужчина, видя моё состояние, убрал руки, откинулся и лёг на траву, прислонившись к берёзе. Он закрыл глаза и издавал стоны, выражающие его удовлетворение происходившим, лишь изредка произнося «сильнее, глубже, быстрее».
Я был в восторге от того, что я выглядел как женщина, одет был как женщина и мною пользовался мужчина как женщиной, и я сам чувствовал себя в эти мгновения женщиной. Я хотел, чтобы это длилось бесконечно. Но вот у меня во рту что-то стало пульсировать, выбрасывая из себя нечто густое и похожее по консистенции на яичный белок, я сжал свои бёдра, и у меня в трусах тоже забилось, и в трусы полилось накопившееся семя, мужчина застонал от избытка удовольствия, а я опасаясь, что рот переполнится и всё это выльется наружу, обозлив моего партнёра, стал жадно глотать изливавшуюся сперму.
Наконец напряжение спало, член во рту успокоился, в моих трусах тоже всё успокоилось, я ещё сделал несколько сосательных движений и вынул член изо рта, выдавил из него остатки спермы, слизнул их, сделал глотательное движение, проглотив всё, что осталось во рту и оставил мужчину в покое. Надо было заняться собой, я снял трусы, которые были измазаны спермой, и стал вытирать ими свой живот, снимал остатки семени с чулок, с пажей, потом свернул трусы и положил в карман халата, домой я мог доехать и без них.
Мужчина тем временем заправил штаны, закурил, сделал глубокую затяжку, выдохнул клубы дыма и произнёс.
- Да, хорошо сосёшь, молодец, умеешь, - помолчал и спросил,- понравилось хоть?
- Да, понравилось, - не счёл я нужным скрывать очевидное,- очень понравилось. Даже не думал, что это так приятно.
- Первый раз что-ли? - удивился он.
- Да.
- Ну если понравилось, приезжай тогда завтра сюда же в это же время.
- Завтра не могу,- честно я признался, - в четверг только, пятницу и в субботу.
- Ну тогда давай в четверг, – согласился он, убедившись, что я тоже желаю продолжения,- только вазелин прихвати.
- Зачем? – не понял я.
- Пригодится. – ответил он, загадочно улыбнувшись.
На том мы и порешили, я заново повязал платок, сбившийся с головы, стряхнул с халата и чулок прилипший сор и направился к велосипеду, натянул цепь, повернулся в сторону мужчины, улыбнулся на прощание и кокетливо, как только мог, помахал ему рукой.
Все последующие дни я жил лишь воспоминаниями об этом дне и с нетерпением ждал четверга, когда сменился с утра и впереди был выходной и две смены в ночь. Я не стал заходить на квартиру, потому что тётя была в отъезде, а Вера на работе, в доме я немного поспал, потом сделал всю работу по хозяйству, прибрался, сварил обед, накормил тётю Клаву и стал собираться на свидание. Мне хотелось выглядеть как можно привлекательнее, я надел тонкие капроновые чулки с рисунком, бюстгальтер, выбрал платье, которое ожидало своего покупателя, повязал яркий платок и посмотрел на себя в зеркало. Потом полез в комод и достал оттуда тюбик помады, которой Вера никогда не пользовалась, и немного подкрасил губы, когда клал помаду назад, увидел вазелин и вспомнил, что его надо взять с собой.
На этот раз я, кажется, ехал намного быстрее. Вот знакомая тропинка, я спешился и повёл велосипед в чащу, издалека увидел своего нового друга, который сидел на том же месте и курил папиросу. Прислонил своего железного коня к соседнему дереву и поприветствовал друга.
- Я уж думал, что не приедешь. – ответил он на моё приветствие.
- Ну как не приеду? Договорились ведь.
Я присел рядом с ним, он обнял меня и мне стало так приятно и уютно, что я возбудился.
- Какая ты сегодня красивая. – сделал он мне комплимент. – Тебя, кстати, как зовут?
- Валя.
- Надо же и имя у тебя женское, Валентина. Ну что, начнём, наверное.
Он расстегнул ремень и спустил брюки и трусы, обнажив своё хозяйство. Я взял в руки его член и стал его гладить и массировать, он налился силой и отвердел в моих руках, нагнувшись я принялся его ласкать губами и языком, потом всунул его в рот, закрыл глаза от удовольствия и стал посасывать его, издавая звуки наслаждения.
- Вазелин привезла? – услышал я.
Я лишь промычал в ответ, не прерываясь от занятия.
- Давай сюда. – скомандовал он.
Я вынул из кармана тюбик с вазелином и протянул ему. Взяв его он скомандовал.
- Вставай раком.
- Как это раком? – не понял я, в то советское время мы были совершенно дремучи в вопросах секса.
- На четвереньки, значит.
Я выполнил команду, с готовностью встал на карачки и ждал продолжения. Он завернул подол моего платья на спину, стянул мои трусы до колен, обнажив мой зад. Мне было любопытно, что он задумал, а он раздвинул мои ягодицы и стал медленно вводить в мой зад свой член, головка которого была густо намазана вазелином. Сначала было больно, я застонал, а он не торопясь вводил член всё глубже и глубже.
- Потерпи, Валюша, немного, это с непривычки больно сначала, а потом будет приятно, тебе понравится.
Я ощутил у себя внутри его член, который стал двигаться туда-сюда, он меня не обманул, стало в самом деле приятно, хотя болезненные ощущения не проходили, член мой тоже набух и готовился разрядиться. Я положил свою голову на руки, закрыл глаза и лишь стонал от удовольствия. Он сделал ещё несколько движений, потом руками крепко притянул к себе мой таз, и у меня внутри стал пульсировать и дёргаться его член, выбрасывая семя. Потом всё успокоилось, мой друг вынул свой обмякший член из моего ануса и лёг отдыхать, а я присел на корточки, из ануса вытекала его сперма, а член так и стоял возбуждённый, не получив разрядки. Я вытер зад тряпочкой, привезённой с собой, потом его член тоже протёр от вазелина и спермы. К моему удивлению член его не был в говне, я поднёс его к носу и понюхал, даже запаха говна не было.
Я взял в рот член, стараясь разрядиться, он был такой мягкий и сморщенный, легко помещался во рту, я массировал его руками, стараясь привести его в возбуждённое состояние, но он не поддавался.
- Подожди немного, - сказал мой друг, -отдохнёт и тогда продолжим.
Он курил, выпуская клубы дыма изо рта, а я баловался его членом в ожидании, когда же он опять примет боевую стойку. Друг что-то спрашивал у меня, я отвечал, о себе он не рассказывал.
Я дождался своего, член затвердел, и я начал усиленно его массировать и сосать в ожидании разрядки, мои усилия не пропали даром, в конце концов член выпустил мне в рот немного спермы, глотая которую я сильно сжал бёдра, освобождаясь от своей спермы. Мы расслабились, я ещё немного пососал его обмякший член и откинулся на траву, в заднем проходе ощущалось что-то не привычное для меня, будто хотелось сходить по-большому. Немного отдохнув, я стал приводить себя в порядок, обтёр от излившейся спермы своё платье, чулочки и пажи и стал собираться домой, хотелось вернуться до того, как Вера вернётся с работы, за испачканное платье мне бы влетело.
- Завтра приедешь? – спросил меня друг.
- Да, - ответил я, - конечно приеду.
- Знаешь, Валентина, ты про это никому не говори, ладно, - попросил он,- а то посадят нас обоих в тюрьму.
- Ладно, - согласился я, хотя и не думал об этом распространяться, да и не кому, - не скажу. ,
Мне было не понятно, почему нас за это могут посадить в тюрьму, что мы сделали такого не законного? Но законов тогда советские граждане не знали, а были уверены лишь в том, что любого могут посадить за что угодно.
Я сел на велосипед и не спеша двинулся домой, задница тёрлась о седло и причиняла неприятные ощущения. Заехав во двор, я слез с велосипеда и не торопясь повёл его под навес, двигаться было больно.
На следующий день я опять мчался на встречу своим новым впечатлениям, жизнь казалась прекрасной, и я чувствовал себя счастливым.
