Ох, мамочка, скорее неси, Дениска, милый! А он в ванну занёс и не на унитаз, а на ванну меня сажает.
- Аня, вот так ножку свешивай. да, так. А второй в ванну упрись. Сейчас я тебя помою.
- Денис! Я писать хочу! А ты меня в ванну. И как ты собираешься меня мыть?
Почти кричу. Вот же дурак какой. Неужели мне при нём писать? И мыться сама привыкла. Я же со стыда сгорю. Мужик бабу подмывает. Расскажи кому, умрут со смеха. А он невозмутимо
- Ну так писай. Всё равно смоется всё. Подумаешь, в ванну пописала. Давай, не терпи.
А у меня и правда уже нет мочи терпеть. Как не крепилась, а это сильнее человека.
- Ты хочешь смотреть? И не стыдно?
Головой мотает. Не стыдно ему. А у меня лицо огнём горит.
- Дениса, милый, я же со стыда сгорю. Ну хоть отвернись.
- Не сгоришь. Холодной водичкой полью, ты и остынешь.
Он ещё издевается. Ну смотри, если так хочешь. У меня просто всё потекло. Вылупилась на него, а а сама ссу. И морда, чую, огнём горит. А он дождался, пока из меня перестало течь, как из прохудившейся посуды, настроил душ и намыливает пизду. Мамочка, да я же сейчас совсем рехнусь! Стыдно, а всё равно чувствую, какие у него сильные и нежные руки. Как ласково прикасается. Вымыл. не сгорела. И даже тушить не пришлось. Только в горле комок. Кто из моих бывших ухажёров был способен на такое? Да никто. Сунуть свой хуй, затолкать и спустить. А потом, Анька, твои проблемы. Прокашлялась.
- Денис, можно тебя спросить?
- Да.
- Где ты научился такому?
- Чему?
- Дениска, не кажись глупее, чем ты есть на самом деле. Извини, не то сказать хотела. Денис, так подмывать женщину нужно долго учиться. Я бы сама лучше не сделала. Где? С женой?
- Аня, у меня две младших сестры. Совсем младших. Это сейчас они студентки. А раньше были совсем малявки. Мама работала, чтобы нас прокормить. А я был сестричкам и за маму, и за папу, и за брата. Мыл, и одежду латал, и варил. Всяко было. А жена... Она была против того, что я часть денег отдавал маме и сёстрам. Аня, понимаешь, я не могу оставить их без помощи.
Ох, блядь, и досталось же мужику! И эта курва, хотя я не знаю её, всё равно курва, пожалела денег родне такого мужика. Так, Анька, если не хочешь потерять такого мужчину, пора брать быка за рога. Или за что там ещё их берут. Так, прокашляться, чтобы голос звучал бодрее. Я не проситель, я равноправный партнёр. Да - так да. Нет - значит не судьба. Просто один день, да мой. Ты, милый, только не падай. Стой ровнее.
- Денис! Послушай, что я скажу. Мужчины сейчас пошли совершенно инфантильные, нерешительные. Не перебивай меня, пожалуйста. И потому женщинам приходится всё брать в свои хрупкие руки. денис, я прошу тебя, возьми меня в жёны, а.
Вот же блядь, дура. Это А прозвучало так жалобно. А он стоит и смотрит. Сейчас повернётся и уйдёт. И будешь ты, Анька, сопли размазывать, сидя на этой ванне. Ой, мама, что это? Подхватил на руки, прижал к груди, кружит. Денис, дурак такой, здесь же тесно, разнесём всё вдребезги. Да и хуй с ним со всем! Давай, милый, круши тут всё! Сегодня Анька счастливая! Я не знаю, как сложится в дальнейшем, но сегодня я счастлива. Остановись, мгновенье! А он несёт меня в комнату, на ходу целует. Положил на диван, ставший нашей брачной постелью.
- Аня, ты лежи. Можешь подремать. Сейчас я тебя укрою, ты согреешься и отдохнёшь.
- А ты куда? Ты мне не ответил. Ты совсем уходишь? Денис, я дура. Ну не оставляй меня, пожалуйста. Не бери меня в жёны. Я согласна быть просто любовницей.
- Ань, а вот теперь ты действительно дура. Правда красивая. И любимая.
- Денис! Денис! Повтори, что ты сказал!
- А что? Неправду сказал. Дурочка моя, любимая и красивая.
Целует, да сладко-то как! Оба голые и совершенно не обращаем на это внимания. Придурки влюблённые. Ладно я, а он. Неужели правда любит. Да не бывает так, не верю. Врёт ведь. Пусть врёт.
Плед принёс. И как сразу нашёл. будто всю жизнь тут провёл и знает, где что лежит. Укрывает. Подоткнул под спину, под бока. наклонился и в лоб поцеловал. Совсем как мама когда-то. Ухватила его за руку, прижалась щекой и разревелась. Он меня успокаивает, а я остановиться не могу. Всё в этих слезах: и годы ожидания, и мама, и эта моя неожиданная любовь, и счастье. От счастья ведь тоже плачут. Гладит, что-то ласковое шепчет, успокаивает. Не выпуская его руки, прижавшись к ней щекой, будто тонущий к спасательному кругу, заснула.
Проснулась от вкусного запаха. Неужели мне всё это не приснилось? Захотела встать. Ох, совсем не приснилось. Вскрикнула. Денис тут же влетел в комнату.
- Ты куда вскакиваешь? Ноги хочешь лишится?
Ой, не могу! Простой вывих и сразу ампутация. А он продолжает допрос
- В туалет? Давай отнесу. Нет? А куда?
- Денис, хороший мой. Что там у тебя так вкусно пахнет? У меня слюни текут.
Будто в подтверждение моих слов у меня в животе громко заурчало. Рассмеялись
- Верю. Сейчас накормлю. Сиди смирно.
Прикатил столик сервировочный. У меня такого точно никогда не было.
- Откуда?
- Оттуда. Ты не забыла, что я по совместительству ещё и твой сосед.
- А ещё кто, кроме соседа?
- Ты что? Заспала? Да ты так ловко меня окрутила и женила на себе. До сих пор в себя прийти не могу.
- Денис! Хороший мой! Ты согласен?
- А раньше не могла догадаться? Куда мне деваться? Ты обесчестила меня. Но как благородный человек, предложила мне взять тебя в жёны. И теперь я законный муж. Не совсем. Мы ещё никуда не ходили, чтобы подать заявление. Говорю сразу: по квартире я тебя носить согласен, а до ЗАГСа не понесу. далеко очень.
Он издевается. Попыталась изобразить из себя обезьянку, вцепившись в своего мужа. Какое сладкое слово - муж! А он носит меня на руках, попку гладит, целует.
- Ну всё, всё. Не старайся лишний раз прокатиться у мужа на руках. Теперь это надо будет заслужить. Ты зря радуешься. Ты ещё не представляешь, какой я тиран и самодур.
- А я самодура.
- Всё, отцепляйся. Кормить тебя буду. А то как я буду любить тебя, такую голодную. Я тебя целую, а у тебя в животе быр-быр-быр. Ешь.
- Денис, - смотрю на порцию, что он мне навалил, - ты думаешь, что я всё это смогу съесть?
Плечами пожимает.
- А мои какие проблемы? не съешь - за воротник вывалю. Хотя да, судя по твоей одежде, точнее по её отсутствию, вываливать будет некуда.
Ой, дура! Я же голая сижу. Попыталась встать. Денис остановил меня
- Ты куда?
- Денис, я совсем с ума сошла. Я же голая. Мне хоть что-нибудь накинуть надо.
- Зря я это сказал. Такой натюрморт испортила.
- Какой натюрморт.
- Накрытый стол, а за столом красивая обнажённая женщина. Мммм! пальчики оближешь!
- Да ну тебя. Некрасиво за столом.
- Кто это сказал?
- Ну... так принято.
- Кем?
- Просто неприлично за столом голой сидеть.
- А мне нравится. Тем более, что ты не совсем голенькая. Вон даже накинула что-то на плечики. Плед, кажется. Точно, плед. Просто индианка в сари.
Он ещё смеётся. Сам полностью одет. А когда он успел переодеться? Ах, да, он же мой замечательный сосед.
- Денис, я правда уже не могу есть. Мне некуда. Не надо мне никуда ничего вываливать. Я потом доем. Честно-честно!
- Верю. Сейчас отдохни, соберись с илами, а я пока приберу и посуду помою.
- Денис, милый! Ну не позорь ты меня.
- А чем я тебя позор?
- Баба развалилась, как корова, а мужик посуду моет. Срамота!
- Вот теперь ты выглядишь дурочкой. Правда красивой.- Он всегда будет говорить мне про мою красоту? А то я не знаю, что я просто обычная женщина. О какой красоте речь? Но чертовски приятно! - Ты больна. Вот когда ты сможешь сама что-то делать, тогда ты узнаешь, какой я рабовладелец и садист. Ты не представляешь, какой я тиран. У-уу! Боишься?
- Да. Сильно. Так, что аж писать захотела. Помоги мне встать.
- Ещё чего. Сам отнесу.
И отнёс. И на горшочек посадил. И проследил, чтобы я пописала. И назад отнёс. На кровать положил в спальне.
- Лежи, сил набирайся.
- Для чего?
- Сейчас я приберусь и буду любить тебя долго и страстно, нежно и грубо. Тебе как нравится?
- Милый, мне всяко нравится. Диня, хороший мой, ну её, эту посуду. Ты совсем дурак? Или это у тебя такая изощрёная форма истязания меня бедной? перед тобой лежит голая женщина, ждёт от тебя любви и ласки, а ты про посуду. Денис, я, в конце-концов, твоя жена! Вот и исполняй свой супружеский долг. Тебе на русский перевести?
-Хотелось бы услышать, как ты это скажешь.
- Он ещё скалится, зараза. А у меня уже всё внутри трепещет, я мокрая. Как тебе сказать? Хорошо. Только учти, что это ты вынудил меня.
Присела на кровати, упёрлась спиной в подушку.
- Денис! Я ебаться хочу! выеби меня. Выеби в разных позах, как тебе нравится. Заеби меня так, чтобы я не могла шевелиться. Ну, Денис! Мне на колени встать?
Ржёт, скотина! Раздевается, а сам ржёт.
- Анька, чудо моё зеленоглазое! Колдунья моя! Радость моя золотоволосая!
Нашёл золотоволосую. Рыжая. Обычная рыжая лахудра. Про глаза правда, кошачьи. Блядские глаза. Охххх, мама! Как сладко! Какие у него губы! А руки! Ой! Он меня порвёт! Терпи, Анька! Да какое терпи, это наслаждение. Ещё! Ещё, милый! Это я ору? Плевать! Пусть соседки кипятком писают от зависти.
Хорошо-то как! Полностью выжатая, как лимон. Потная, уставшая, но счастливая. Полностью, по самые края заполнена семенем любимого мужчины. Так накачал, что вытекает. Простынка мокрая, попа в сперме, на ляжках засыхает. Откуда в нём столько? Украдкой попробовала на вкус. Приятно. Вкусно. тем более, что это от любимого мужчины. Моего мужа. Анька, ты счастливица! Его тяжёлая рука на животе, гладит, сжимает лобок, поднимается до груди.
Ох, как сладки его прикосновения! Сопит во сне, а сам отпустить боится. Неужели он меня любит? До сих пор не верю, что это так. Сон. Боюсь заснуть и проснуться, а его нет. Даже встать и подмыться боюсь. Потревожу, а он проснётся и уйдёт. Спи, милый, спи. Мой Денис, Дениска, Денисочка, Диня! Анька ещё нарожает тебе детишек. Кучу. Нет, две кучи. Красивых, крепких, умных. От тебя иных и быть не может. Ой, титю сосёт! Ребёнок, как есть ребёнок! Не знаю с чего, только начала похлопывать его легонько по спинке и запела, замурлыкала
- Баю, баюши, баю...
