в шесть, выйти на весельной лодке к скалам (место я прекрасно знал, не раз уже ходил), и натягать на удочку-донку пару ведер камбалы - на обед или на ужин. Камбала у скал всегда брала на зорьке очень хорошо, и проблем с рыбой не было. В качестве наживки мы брали мидий или мантию гребешка. Ходил я на промысел обычно с Лешкой и Ильей. А вот в этот раз брать Илью что-то не хотелось, с его утренним настроением. Вместо него на этот раз будет Женька.Легли с Женькой спать по вчерашнему варианту. Не успели как следует нагреть постель, в дверь поскреблись.-Кто там? - спросил я.-Это я, Лешка. Я запустил его внутрь, немало удивленный этим столь поздним визитом.-Лень, Жень, можно я сегодня с вами спать буду? А то Илюха завтра точно с нами увяжется, сам сегодня слышал, как он дежурного просил его разбудить. А так мы пораньше встанем и фюить! Нет нас.Меня бросило в жар, затем мороз продрал по коже. Я никак не мог предположить, что еще одной моей мечте суждено-таки сбыться.-Давай, только у нас тут тесно.-Да ничего, я худой, много места не займу.Я поставил будильник на пять, и мы улеглись. Мальчишки уснули, а я долго не мог прийти в себя. Укрылись мы одним одеялом все втроем, и пацаны прижимались ко мне с двух сторон своими горячими телами. Дождавшись, пока Лешка крепко уснет, я начал потихоньку подбираться к его трусикам. Его член уже стоял по стойке смирно, как будто в предвкушении предстоящего развлечения. Я тихонько сжал его головку через трусики. Она тут же затвердела и увеличилась в размерах. Я сдвинул трусики вниз, обнажив то, что под ними скрывалось. Кожица почти полностью съехала с головки, оголив ее маслянистую поверхность. Я попытался натянуть ее обратно на головку - получается, но с трудом. Член вздрогнул, на его конце появилась капелька. Аккуратными движениями я начал теребить кожицу, доставляя мальчику наслаждение, пусть даже во сне. Я видел, как он улыбался, как будто видит прекрасный сон. Но вот его член еще сильнее напрягся, головка начала раздуваться... И тут зазвенел будильник. Пять утра. Я как сумасшедший выдернул руку из Лешкиных трусов, хлопнул по будильнику и выглянул в окошко. Темно - хоть глаз коли. Луна то ли села, то ли зашла за тучи. Шепотом выругался: ну не вставать же в такую рань. Разбудил Лешку.-Тебе что-нибудь снилось? А то ты так классно улыбался во сне.-Не помню... - смущенно прошептал он. - Лень, а может, не будем так рано вставать, давай еще немного поваляемся, а то так темно, наверно, рыба спит еще.-Давай. Только, чтобы не уснуть, нужно чем-то занять себя. Хочешь, я сделаю тебе массаж, такой же, как на острове?-Хочу, - он расплылся в улыбке.Я лежал спиной к спящему Женьке, и поглаживал Лешке плечи, грудь, живот, потихоньку опускаясь все ниже и ниже.-Леш, есть еще такой вид массажа, называется мастурбация. - С этими словами я положил руку на его возбужденный член.-Что же это за массаж такой - хрен дрочить? - спросил Лешка внезапно осипшим голосом, но руку мою не убрал и ничем не выразил, что мои действия ему неприятны.-Леш, это раньше когда-то считалось, что мастурбация вредна. А сейчас ученые говорят, что как раз наоборот. - Я говорил, говорил, нес какую-то чушь, а тем временем движения моей руки становились все смелее и смелее. - Ты не стесняйся меня, Леш.-Да я тебя не стесняюсь, вот только Женьку...-Да он еще спит без задних ног. А ты что, сам себе никогда такого не делал?-Нет, никогда... А когда с девчонкой, такие же ощущения?-Пожалуй, даже покруче будет. - Тут я почувствовал, как его член в моих руках сильно напрягся, а сам Лешка попытался отвернуться от меня.-Ой, Лень, я сейчас обоссусь... - хрипло прошептал он скороговоркой.-Нет, малыш, это ты кончаешь, - при этих моих словах из его головки вылетела первая струйка спермы, потом еще и еще... Лешка выгнулся и засмеялся чистым, звонким смехом.Я сам чуть не кончил от этого подаренного мной оргазма, первого в Лешкиной жизни.-Ну как?-Класс! О, вроде светает, - с этими словами Лешка начал натягивать трусики. - О, черт! Что это такое? - он попал пальцем в лужицу на животе.-Это? Сперма. Твоя сперма. Из нее потом дети получаются.-Ух ты. Ты хоть бы предупредил. Интересно, Женька ничего не слышал? Жека, пора вставать, рыбу всю пропустим! - последнюю фразу Лешка сказал уже не шепотом, а обычным голосом.Мы вышли на берег, когда уже вовсю занялась заря. Не буду описывать, как Лешка с Женькой усиленно гребли, как мы наловили заказанные два ведра камбалы, как вообще прошел этот день. Главное, как он закончился.Вечером, когда мы с Женькой улеглись, я начал его расспрашивать, не слышал ли он, как Лешка смеялся утром.-Ну, что-то слышал сквозь сон. А вы что, анекдоты травили с утра пораньше?-Да нет, занятие было в общем-то куда более интересное... - Я в красках расписал Женьке процесс Лешкиного совращения. - А ты не хочешь такой же массаж?-Не, че-то неохота, - и Женька отвернулся от меня и замолчал.Я лежал, не зная, что и думать. "Ну вот, теперь Женька на меня обиделся. Не нужно было ему рассказывать. Как изменятся наши отношения? Хотя какая разница - мы же с ним через день уезжаем, посажу его на поезд и конец всем отношениям". Но в глубине души все у меня протестовало против таких мыслей. Как будто между мной и ним протянулись невидимые ниточки, и рвать их ох как больно... Только с частичками сердца, где эти ниточки и брали начало.На следующее утро я начал собирать вещи. Оставались ровно сутки моего пребывания на базе. Паром отходит в шесть утра, а до него еще через гору пешком километра полтора. И обязательно надо успеть, а не то вечером поезд на мой родной город уйдет без меня. Да, еще Женьку надо посадить на поезд в его Читу, или хотя бы билет взять. А с билетами напряженка - все из отпусков с моря едут.Я ждал, что Лешка подойдет ко мне еще вчера вечером. Я надеялся, что он снизойдет до меня хотя бы утром. Но его не было. Он знал, что сегодня я последний день здесь, и я знал, что он остается на базе еще на две недели.И вот вещи собраны, последний (для меня) ужин на базе съеден. Прощальное купание в ночном море, мириады огоньков на пальцах - так светится потревоженный планктон, микроскопические рачки, пища китов и кашалотов.Укладываемся с Женькой спать. И тут...-Эй, вы что, уже спите? - Лешкин шепот за дверью. Наконец-то! Я уже соскучился по нему, по его худенькому телу. Шутка ли - целый день не видеться, особенно после вчерашнего...-Заходи.-Можно, я немного полежу с вами? А то вы же рано утром отчалите. - Я с трудом скрываю ликование.-Что за вопрос, конечно, можно. - Он скидывает с себя шорты и футболку, заваливается к стенке, на "свое место", туда, где ему только вчера было так хорошо.Я-то прекрасно понимаю, зачем он пришел. Ему понравилось. Ему понравились мои ласки, его ощущения, и он хочет повторить их. Я практически нахрапом лезу ему в трусики, ощущая, как мгновенно напрягся и выскочил наружу его член. Женька лежит у меня за спиной, он не видит этого, но он не может не замечать тех вибраций, которые последовали дальше. Лешка тихонько постанывает, ловит и переваривает новые ощущения. Женька потихоньку поворачивается ко мне и обнимает меня, впитывая все мои движения. Минут через пять Лешка втягивает воздух через плотно сжатые зубы, и я ощущаю, как мокро становится у меня в руке, но продолжаю движения, выдаивая из Лешкиного члена последние капельки спермы.-Я уже все, - тихонько говорит он, мягко отстраняя мою руку. Я-то знаю, мой малыш, что ты уже. Я начинаю уговаривать его остаться, говорю, что можно будет еще массаж организовать или чего-нибудь поинтереснее, но Лешка мотает головой и уходит, ссылаясь на головную боль или еще что-то в этом роде. Женькина рука по-прежнему обнимает меня, а ее хозяин притих и усердно сопит. Не спит. Я поворачиваюсь к нему, обнимаю его и начинаю опускаться все ниже и ниже по его животу. Так и есть - Женькин член уже чуть не разрывает трусики. Легонько сжимаю головку, - она откликается, подается навстречу моей руке. Начинаю легкий массаж, пока через ткань трусиков. Провожу ноготком по уздечке, и с губ его срывается протяжный стон:-О-х-х, хорошо-то ка-а-к...-Это только начало, Жень, это только начало.И это действительно было только начало......Женька кончал бурно, его трясло, он поддавал попкой навстречу движениям моей руки, а из полураскрытых губ раздавались не то бессвязные возгласы, не то стоны, не то всхлипывания. Оргазм прошел, а вот всхлипывания почему-то остались. Я тихонько развернул Женьку лицом к себе, положил его голову себе на плечо и зарылся пятерней в его волосах, поглаживая, что-то шептал, успокаивая его, и решительно не понимая, что же случилось, почему он, вместо того, чтобы наслаждаться ощущениями, вдруг расплакался.-Ну ты чего, мой хороший? Я сделал тебе больно? Скажи мне, что не так?-Нет, Лень, все хорошо, - отвечал тот, глотая слезы, - мне никогда еще не было так хорошо, как с тобой-Тогда почему слезы на глазах?-Лень, неужели мы с тобой никогда больше не увидимся? Я так не хочу уезжать от тебя, ты бы знал...Мое сердце разбилось на мелкие части. Женька произнес те слова, которые хотели сорваться с моих губ, но усилием воли я не давал им такой возможности. Я крепко обнял его, я ласкал его тело, целовал его вихры, его шею, его губы, я осушал поцелуями его слезы, ползущие по щекам, сам с трудом сдерживая подступающий к горлу ком.-Женечка, родной мой, мне тоже очень будет тебя не хватать... Но ты же сам понимаешь - через неделю у тебя учеба начнется, а мне послезавтра на работу, - чтобы произнести это, потребовались, казалось, все мои силы.-Понимаю... Знаешь, у меня никогда не было такого друга, как ты. Как будто мы были знакомы давно-давно, только забыли об этом. А теперь вот вспомнили.Странно, конечно, но у меня было точно такое же ощущение. Волна нежности захлестнула меня, и я прижал к себе это маленькое бесценное сокровище, нежданно-негаданно свалившееся мне на голову, и провалившееся в самое сердце.-Лень, у меня никогда не было брата. А я часто видел во сне, что у меня появился старший брат, и он защищает меня, заботится обо мне... ну, в общем, ты именно такой, как я себе его представлял.-Знаешь, Жень, всю жизнь мечтал иметь младшего братика. Ты не возражаешь, если я буду называть тебя братишкой?Вместо ответа Женька обхватил руками мою шею, крепко прижался щекой к моей щеке.-Лень, я буду писать тебе, ладно? Ты не забывай меня, хорошо?-Ну, вот, вторая серия, - полушутя, полусерьезно проговорил я. - Мы же еще не прощаемся, у нас еще целые сутки впереди. Ладно, утро вечера мудренее, давай-ка спать, а то уже скоро вставать пора, а мы еще не засыпали.Женька заворочался, устраиваясь поудобнее, подлез под мою руку, я обнял его, и не прошло и пяти минут, как мы уже спали.На вокзале, отстояв небольшую очередь в кассу, я справился о наличии мест до Читы. Билетов на сегодня не было. Не было их ни на завтра, ни на послезавтра, и вообще на ближайшие десять дней. Зато был один билет до моего города, причем еще и на тот же поезд, на который был билет у меня. Мы с Женькой переглянулись и синхронно улыбнулись. Это судьба, связавшая нас вместе, не хотела нас разлучать!Так вот и получилось, что я приехал домой не один, а с мальчишкой, которого назвал своим братом. Я взял ему билет до Читы, и у нас была на двоих еще целая неделя! Семь дней, а это 168 часов, десять тысяч минут, шестьсот тысяч счастливых мгновений. Я таскал его с собой на работу (хорошо, что у меня свободный график, и не надо сидеть как привязанный, от и до), мы вместе ездили на дачу, ходили в кино, болтались по городу, и не было на свете двух людей счастливее, чем мы с ним. Но это была всего одна неделя... Как быстро она пролетела...Он часто писал мне, и я отвечал на его письма. Иногда он рисовал свою ладошку, - прикладывал к листу бумаги и обводил по контуру. И тогда, получив такое письмо, я прикладываю к его рисунку свою ладонь, и мне кажется, что я чувствую его тепло, тепло его рук, обнимающих меня, слышу биение его сердца рядом с моим. И тогда становится так грустно, что нет его рядом со мной - моего братишки, моего маленького ангела...Мы встретились еще раз, следующим летом. Но это уже совсем другая история.(продолжение, возможно, следует)Леонид. 2003 год.
