от мысли, как это будет выглядеть.
Оля взобралась на моего обалдевшего парня, спиной к нему, и вскоре его горячее копьё вошло в Олину попку. Оля издала стон, и принялась ёрзать на Валерке. Устроившись поудобнее, она позвала Артёма и тот принялся своим мальчиком ласкать её раскрытые, горячие губки.
— Входи в меня, я не могу больше ждать! — простонала Оля, двигаясь попой по члену моего Валеры, и Артём нашёл вход внутрь её лона.
Они застонали все втроём! Немедленно!
— Невероятно! — Выдохнул Валерка, — я чувствую его! Я чувствую его головку! Как она движется! Как она движется! Невероятно!
Я возбудилась от всего происходящего и принялась яростно ласкать свои влажные, горячие губки. Троица, будто какое-то странное существо с тремя головами, двигалась в унисон, и это был унисон невероятного удовольствия! Я ощущала, как им сейчас хорошо, — я тоже такого хочу, — подумала я, продолжая себя ласкать, моя жемчужина подрагивала от невероятного возбуждения. Я ласкала её, играла губками.. Они не замечали меня, их танец становился всё мощней и мощней, Оля стонала, и бормотала что-то неразборчивое глубоким голосом, все трое дышали как паровозы, как вулканы перед извержением, и извержения всё приближались и приближалось.
Мой мальчик был потрясён, я это читала по его лицу, его руки ласкали грудь Оли, но вряд ли он это замечал, его существо сейчас наверное далеко, хотя скорее глубоко, — подумала я. Интересно, каково это чувствовать чужой член совсем рядом со своим, в соседней дырочке, через тоненькую стеночку. Я попыталась представить, и меня в ту же секунду заполнил оргазм, яркий, мощный, я рухнула на кровать, успев увидеть, что в эту секунду Артёмов пылающий красавец выскочил из Олиной норки и излился потоком густой спермы ей на живот, покрывшийся капельками ароматного сока.
— Ааааааа, — выдохнул он и прижался к ней всем своим телом.
В то же мгновенье кончила и Оля, со стоном извиваясь на копье моего милого, стонущего Валеры. Он был последним в этой симфонии, чуть не закричав от восторга — Оля повернулась к нему лицом и закрыла ему рот ладонью, — ведь уже наверное глубокая ночь! Она продолжала движения своей попочкой, стараясь поглотить моего любимого мальчика, всего без остатка, впитать в себя все его изливающиеся соки..
Мы с Олечкой отправились в душ, чтобы освежиться, пока довольные мальчики лежали, взяв по бокалу вина и наслаждаясь произошедшим.
Душ принёс нам бодрость и унёс желание спать — так приятно гладить нежную кожу друг друга, покрытую белыми кудряшками мыла, пахнущую чистотой и свежестью.
— Давай устроим нашим мальчикам сеанс лёгкого лесби, — предложила я, — это их заведёт..
— Идёт, — ответила Оля.
Мы вышли из ванной, я включила негромкую музыку, и мы с Олей закружились в медленном вальсе. Мальчишки сразу заинтересовались! И было чем — две соблазнительные девушки в чём мать родила, танцуют совсем рядом с ними! Наши груди касаются и ласкают друг друга, Олин язычок им помогает, в то время как я целую её чудесную шейку. Постепенно мы вошли во вкус, наши ласки стали становиться всё более откровенными, наши руки ласкали друг дружку всё настойчивее. И всё это под взглядами наших восторженных мужчин!
Медленный танец закончился, и через мгновение заиграла быстрая, энергичная музыка.. Это подстегнуло наши ласки самым решительным образом. Пока я танцевала, демонстрируя мальчикам тайны своей возбуждённой розочки, наслаждаясь их нарастающим вожделением, Олечка опустилась вниз, и её язычок нашёл себе забаву между моих бёдер, причём действовала она так решительно, что мне даже стало чуть больно от её замечательных действий.
Я издала приглушённый стон, и глянула на мальчиков. Их копья были взведены и готовы к бою, чему они поспособствовали своими руками, отставив бокалы с позабытым вином, и стараясь не упустить ни одного нашего движения.
Не теряя ритма нашего танца, мы поменялись ролями: я прислонилась к спинке танцующей Оли, и мои руки принялись в нашем общем ритме ласкать, гладить, пощипывать её киску.. Она же в ответ ласкала меня движениями своей попочки. Это было замечательно, моё возбуждение нарастало как снежный ком, я представляла какие ласки мне подарят наши мальчики, и дарила их Оле.
Моя возбуждённая плоть требовала мужской ласки, я решила перенести своё внимание на Артёма, и опустилась прямо на него, лежащего на диване, выставившего вверх своего возбуждённого красавца. Он восторженно и возбуждённо осыпал ласками мою грудь, в то время как я ласкалась своим лоном об его горячий, трепещущий член. Это было восхитительно, вскоре я уже не могла терпеть дальше эти ласки, и приподнявшись, чтобы Артём поддержал своё копьё рукой, с удивительной лёгкостью опустилась на него своей трепещущей, истекающей влагой, вагиночкой.
Удовольствие наполнило меня восхитительными красками. Я упивалась своей властью над Артёмом и его членом, который дарил мне такие замечательные ласки, моя норка трепетала, то сжимая его, то чуть отпуская на свободу. Артём выглядел потрясающе — он упивался теми ласками что дарила ему моя нежная норочка, непрерывно ласкал мою грудь, то посасывая, то целуя, то покусывая мои нежные, возбуждённые сосочки. Всё было замечательно, но я вспомнила о своём сегодняшнем желании и простонала:
— Валерка, милый, моя попочка жаждет твоего мальчика!
Через мгновенье я почувствовала его руки, его пальчик, которым он стал ласкать мою дырочку.
— Да, да, молодец! Я хочу твой член, немедленно!
И вот он, его головка, нежно раздвигая мою попу, погружается в меня. Я застываю на миг, восхитительный, невероятный. Два мальчика знакомятся со мной и друг с другом, доводя наше общее возбуждение до предела.
Два мальчика во мне доводят меня до экстаза, я чувствую как они трепетно ласкают меня, стеночки моих норок, сразу со всех сторон, мне становится трудно дышать, дыхание исчезает, всё исчезает, остаются два чудесных красавца, восторженно ласкающих меня, меня, меня!
Нахлынувший оргазм на мгновение останавливает мои движения, ласкающие меня членом Артёма, но Валера, умница, продолжает наш общий танец, по глазам Артёма я вижу какое наслаждение доставляет ему ласки Валериного мальчика. Это дарит мне невероятный, продолжительный, глубочайший, оргазм. Я выгибаюсь на Артемкином члене, мои дырочки трепещут восхищённо:
— Ещё, ещё, ещё! — мой восторг переполняет моих мальчиков, и они, один за другим кончают в меня, со стонами восхищённого наслаждения:
— Ооо!
— Ааа!
Я понемногу прихожу в себя, чувствуя как смешиваются и капают из меня соки моих мальчиков, стекая по моей возбуждённой коже. Оля всё это время довольно наблюдала за нашим восторгом, и теперь требует внимания к себе, к своей возбуждённой киске. Валерка, опять возбудившись, почувствовав аромат её лона, уже ласкает её. Я приглашаю Оленьку лечь на меня сверху и получив доступ к её киске, дарю ей наслаждение своим язычком, в то время как Валерка ласкает её жемчужину головкой своего члена.
Восхитительная смесь ароматов наполняет меня — к аромату Олиного лона примешивается Валерин, эта замечательная смесь добавляет мне сил и ловкости и мои ласки становятся всё изощрённее, особенно когда я сталкиваюсь своим языком с Валериной головкой, это дарит невероятную гамму ощущений! Я нежу, ласкаю Олины губки, жемчужину, вагину, так что она постанывает и приникает своим лоном ко мне всё ближе. Я сама возбуждаюсь, и мечтаю об Олиных ласках, но она занята — всё это время её ротик ласкает Артёминого красавца.
Как будто угадав мои желания, Оля отпускает Артёмово чудо, и он, обласкав мои жаждущие губки, полные жара и влаги, проникает в меня, заставляя меня вздрогнуть от неожиданного удовольствия. Валерка уже тоже вовсю хозяйничает своим членом внутри Оли, и мне на губы капает их общая влага, заставляя меня вздрагивать от невероятного удовольствия.
— Это просто сказка! Как хорошо, продолжай, продолжай! — шепчу я, слышит ли меня хоть кто-нибудь, не знаю, да мне всё равно. Мы все поглощены невероятным наслаждением, нарастающим, восхитительным, приближающим наше общее крещендо.
Мы кончаем почти одновременно, Валера вздрагивает всем телом, и его сперма, капая из Олиной киски, заливает мне всё лицо! В это же время Артём извлекает своего красавца и изливается в лицо кончившей со стоном секунду назад Оли, восторженно подставившей свой язычок, чтобы поймать толику его сока. Общий, смешавшийся аромат наших тел, соков, пота, наслаждения заполняет всю комнату, мы просто плаваем в волнах нашего фантастического наслаждения.
