было сильное возбуждение, которое
усиливалось вместе со страхом. Трясущимися руками она начала снимать с себя непривычную театральную одежду, пока не разделась полностью, теперь еще подключился стыд. Она стояла совершенно голая в непривычном месте перед человеком в непривычной одежде и розгой в руке. "Ложись" грозно повторила Вика, свистнув розгой.
Лена почувствовала, к своему удивлению, как слезы накатили на глаза.
"Пожалуйста" вырвалось у нее на выдохе. Она чувствовала, что сейчас упадет в обморок, и одновременно возникли какие-то странные приятные
забытые ощущения из раннего детства. Лена легла на скамью, вытянув
вперед руки. Вика, положив розгу на стол, крепко привязала Лену за руки и за ноги, привязав каждую руку и ногу отдельно, чтобы нельзя было перевернуться на спину. Лена не могла даже пошевелиться. Такой
беспомощной она не чувствовала себя никогда в жизни. Ужас охватил ее с новой силой, когда она увидела, как Вика взяла розгу и приблизилась к ней. Раздался противный свист. Лена сначала услышала громкий шлепок, потом почувствовала боль. Вопреки ожиданиям удар был не очень сильный, пожалуй, даже слабей, чем получала Лена на своем станке.. Но через секунду последовал другой удар, за ним третий, четвертый, где-то после шестого удара боль начала нарастать, как будто к попе прислонили горячую сковороду и стали ее нагревать дальше, время от времени плеская кипящее масло. Лена задергалась на скамейке изо всех сил, пытаясь освободиться. Она начала кричать, что хватит, она больше не хочет играть в эту игру. Но Вика даже не ответила, продолжая пороть. Где-то на тридцатом ударе сломалась розга. Лене показалось, что Вика услышала ее просьбы, и уж было
облегченно вздохнула. НО не тут то было. Новая розга была длинней и
толще. К тому же Вика основательно размялась и вошла во вкус и теперь порола со всей силы. Лена визжала во все горло что есть мочи как поросенок. Боль была ужасной, она задыхалась от боли, перестав даже дергаться. Перед ударом она старалась расслабиться и выровнять дыхание, чтобы после удара можно было кричать. Крик слегка ослаблял боль. Слезы лились ручьем из глаз. Руки были мокрые от слез. Лена кусала себя за плечи от боли. Порка казалась вечной..
Казалось, что ей уже дали тысячу розг, и это уже продолжается
несколько дней. Розги ломались еще два раза. Каждый раз Вика доставала новую, вначале опробовав ее на воздухе, а затем продолжала порку. Наконец она остановилась и развязала веревки. "Можешь вставать" сказала она. Лене не верилось, что все закончилось.. Она продолжала лежать на скамейке и рыдать. Когда она попробовала согнуть ноги, боль возникла с новой силой. Лена вскрикнула. Вика помогла ей подняться, накинуть халат и дойти до душа. Лена рыдала не останавливаясь. "Попей воды и успокойся" сказала Вика, протягивая стакан. Вика помогла Лене помыться и дойти до кровати, на которую та рухнула как бревно. Посмотрев в зеркало на свою попу, Лена пришла в ужас - темно-синие полосы пересекались с красными, в некоторых местах сочилась кровь. Синяки также были на плечах и предплечьях от собственных укусов. "Мне тебя очень жаль - сказала Вика, смазывая попку подруги кремом, - но мы ведь договаривались". "Все в порядке - сказала Лена - завтра продолжим, сегодня мне нужно отлежаться". К вечеру Лена пришла в себя, даже смогла ходить. О том, что бы сидеть не могло быть и речи. Масса новых ощущений нахлынуло на нее. Она чувствовала себя пациентом, вышедшим в очередной раз из больницы. На долго ли? Думала теперь она. Запретный плод она попробовала еще с одной стороны, но насытилась ли она им, каждый раз Лена задавала себе этот вопрос. Скорей да чем нет, можно было бы ответить на этот вопрос.
На следующий день была очередь Вики. Подруги разыграли тот же сценарий. После того как барыня-Лена отчитала свою нерадивую служанку, той было приказано раздеться и лечь на скамейку. Вика долго переминалась с ноги на ногу, она побледнела и глядела на Лену как кролик на удава. "Чего ты ждешь?- грозно спросила Лена,- живо раздевайся и на скамейку голой попой кверху".. Но Вика стояла как вкопанная. Было видно, что она передумала и ей уже не хочется играть в эту игру. Лена, может быть, и простила бы ее, но ей очень хотелось выпороть эту девчонку, которая заставила ее вчера визжать во все горло. "Если сейчас же не разденешься до гола и не ляжешь на скамейку, я добавлю два десятка спокойно, но твердо сказала Лена. Вика поняла, что деваться некуда, и стала медленно раздеваться. "Живей"- крикнула Лена. Вика все равно не торопилась, она медленно снимала одежду, оттягивая наказание. Наконец она разделась догола, и стала умолять Лену передумать, даже стала перед ней на колени. Из глаз ручьем текли слезы.
Картина была живописной: голая девушка, стоя на коленях вся в слезах умоляла барыню в древнерусском наряде не пороть ее. Но Лена уже вошла во вкус. Она, сама не ожидая от себя такого, вдруг схватила Вику за волосы и чуть ли не швырнула на скамью, и пока ты рыдала и скулила быстро привязала ее за руки и за ноги. Потом, не торопясь, выбрала из бочки самую длинную и толстую розгу и несколько раз резко рассекла ей воздух. От каждого взмаха ягодицы у Вики судорожно сжимались, бедняжка уже поняла, что Лена не отступит, и что теперь ее ждет хорошая настоящая порка. А Лена не торопилась, давая Вике как можно дольше испытать ужас перед наказанием. Наконец она подошла поближе к наказуемой, стала с правого бока и, прочитав в очередной раз нотацию, с силой нанесла первый удар. Розга со свистом рассекла воздух и легла аккуратно поперек ягодиц. Тут же появилась красная полоса. Вика дернулась всем телом, взвизгнула и заскулила. Лена нанесла следующий удар, чуть повыше. Третий удар был чуть пониже. Лена старалась не бить два раза по одному месту. Вначале полосы ложились ровные и аккуратные, потом они начали сливаться, темнеть, превращаться из красных в синие, а затем в темно-фиолетовые. Вика вертелась насколько позволяли веревки, и кричала во все горло. Крик чередовался с рыданиями и переходил в визг.
В начале Вика кричала "Ой мамочка!", "Ой больно!" "Не надо!" Потом фразы стали все менее и менее разборчивыми, порой казалось, что кричит иностранка. Выдав сотню розг, Лена сказала "Ты получила свою порцию, но поскольку ты слишком долго раздевалась, я добавлю еще десяток" В ответ Вика жалобно завыла. Лена дала ей еще пять розг вместо десяти, потом отвязала. Вика рыдала как маленький ребенок. Когда она окончательно пришла в себя после душа, она сказала: "Да! мы играли с моей подругой в наказание розгами, но так далеко ни разу не заходили. Мне хотелось, чтобы меня выпороли, но я подумать не могла, что это так больно. Все, хватит, больше никаких розг, до конца жизни". Забудь мой телефон. И я тебе тоже звонить не буду. Прощай!
* * *
Вика позвонила через две недели. Вначале в красках расказала как она сходила в поликлинику через неделю после порки. Врача чуть не хватил удар, когда она сняла трусики.. Пришлось наврать про очень строгих родителей. Потом Вика сказала буквально следующее: С розгами покончено, как я и говорила, но вот я подумала, после ремня следы проходят гораздо быстрее, как ты считаешь? Абсолютно с тобой согласна, ответила Лена.
Продолжение следует.

 Назад

Главная