Тенгиз порвал…
Я обратил внимание, что рядом с ней на кровати валяются ее порванные стринги:
- Тебе плохо?
- Нет, мне хорошо… Очень хорошо… Поцелуй меня…
Я начал нежно целовать свою жену, но ее помятое тело, пахнущее чужим мужчиной, сводило меня с ума и я начал страстно облизывать ее всю, с ног до головы. Задержавшись на секунду на ее припухших нижних губках, я уже не смог от них оторваться: такого вкусного коктейля мне никогда не приходилось пробовать. Я высасывал все соки из ее разверзнутой киски, а они все не кончались и не кончались. Катя застонала и обняла мою голову, плотнее прижимая к себе:
- Да, да…
Я ее облизывал, крутил головой в разные стороны, и все мое лицо покрылось этим удивительным нектаром из спермы и женского сока.
Тут возник такой же невозмутимый Тенгиз:
- Вот молодец, все подлизал, подчистил Катеньку, теперь ее опять можно ебать. Ведь ты же хочешь, чтобы я тебя еще отъебал, а?
- Да, хочу, - ответила Катя тем же странным голосом.
- Любишь мой хуй?
- Люблю…
- Ну скажи тогда, что больше всех на свете ты любишь мой хуй.
- Я люблю твой хуй… Больше всех…
Я не верил своим ушам, а когда оторвал голову от влагалища своей жены, то не поверил и собственным глазам: Тенгиз со словами "Ну попроси меня как следует, чтобы я трахнул тебя" протянул свою черную от волос ногу к лицу Кати, а она вцепилась в нее руками, открыла рот и стала облизывать его ступню, обсасывая пальцы.
- Ай, молодец, у тебя шлюшка, - Тенгиз обратился ко мне, - Видишь как любит ебаться, как просит мой хуй. Правильно, целуй мне ноги, я тебя сейчас еще ебать буду. Твой муж тоже молодец, все подчистил, теперь у тебя чистая пизда, даже в душ идти не надо.
Одновременное спокойствие Тенгиза, его уверенность в каждом движении и нарочито грубые слова сносили крышу не только Кате, но и мне. Мы никогда так не общались друг с другом (это было бы немыслимо!), а сейчас почему-то все это безумно возбуждало, хотелось просто подчиниться этому человеку. И поэтому когда он сказал "Дима, почему в одежде, раздевайся", я тут же поднялся с кровати и быстро скинул с себя одежду. Мой суперэрогированный член пульсировал, но даже в таком состоянии он проигрывал в размерах Тенгизу, особенно в толщине и диаметру головки. А самое главное, по сравнению с заматеревшим орудием грузина, мой белокожий нежный член выглядел как мальчишеская пиписька.
-Вот, молодец, какой послушный, - Тенгиз похлопал меня по плечу, - Слушайся меня, делай все как я скажу, и всем хорошо будет - и мне, и тебе, и моей новой шлюшке.
Мне резануло слух, что Тенгиз назвал мою Катю своей шлюшкой, но я был столь возбужден, и идея подчинения властному грузину была столь гармонична в данной ситуации, столь сладка и желанна, что я не стал акцентировать на этом внимание, а ждал новых указаний. Тенгиз тем временем оседлал лежащую на спине Катю и поднес свой до конца не возбужденный член к ее губам:
- Давай, пососи…
Ей даже не нужно было этого говорить, она сама, как голодный галчонок открыла рот и потянулась навстречу головке. Волосатый грузин двигал своей задницей прямо по расплющенным от его веса грудям моей жены, приподняв ее голову руками и ритмично вгоняя ей в рот свой член. Обернувшись ко мне, Тенгиз сказал:
- А ты чего стоишь? Лижи ей пизду и дрочи себя…
Я жадно вылизывал вновь от возбуждения потекшее соками влагалище моей жены и дрочил себя. Дрочил с остервенением, глядя на большущую задницу грузина, бесцеремонно расположившуюся на таком любимом и нежном теле моей Катеньки. Я был так сильно возбужден, что тут же кончил. Тенгиз так удивился, что даже остановился:
- Ты что, уже все? Какой быстрый у тебя муженек, - он усмехнулся, стуча своим членом по губам Кати.
- Просто я перевозбудился, - я попытался оправдать свой конфуз, ведь раньше я никогда так быстро не кончал, разве что в детстве.
- Перевозбудился? Это хорошо, значит, нравится, когда с твоей женой обращаются как со шлюхой, и ей тоже нравится. Ладно, иди, подмойся.

Он сказал, именно, подмойся, а не помойся, как какой-нибудь бабе, но я опять это проглотил. Опозорился, тут уж не до выяснения отношений.
Когда я вышел из душа, то Катя стояла на четвереньках, а Тенгиз трахал ее сзади поочередно засовывая ей член то во влагалище, то в попу. Моя жена стонала и извивалась, повторяя:
- Еще, еще, еще…
Тенгиз посмотрел на меня и на мой висящий член и сказал:
- Ничего, сейчас быстро встанет. Я знаю, что тебе надо, сейчас шесть на девять будем делать. Давай подлезай под Катю, своей головой к ее пизде. На спину ложись, вот так. Катя, отсоси своему мужу, а он тебе лизать будет.
Супруга молча взяла мой член в рот и замычала, так как Тенгиз не останавливал свою бешенную еблю. Его член ходил в ее размочаленном влагалище взад и вперед, как поршень в моторе. Потом он втыкал его ей в попу, и он легко, беспрепятственно входил, так как анус к этому моменту уже был так хорошо разработан, что даже не закрывался, когда Тенгиз менял дырки моей жены. От всего этого мой член стал набухать. Я приподнял голову, высунул язык и стал им теребить клитор. Огромные волосатые яйца Тенгиза ходили прямо по моему лицу, размазывая по мне его пот. Я чувствовал его запах, запах его выделений, который, смешиваясь с запахом моей любимой был чарующим, им хотелось задохнуться. Я был уже дико возбужден, и Катя, кусая мою плоть, с остервенением делала мне минет. Мне было больно и приятно. Я так же яростно принялся ее вылизывать, и уже не только яйца Тенгиза, но и его член касался моего лица, рта, языка… В один из моментов смены дырок моей жены он промахнулся мимо влагалища и попал прямо в мой рот. В этот момент я думал мой мозг лопнет от перевозбуждения: здоровенный хуй в моем рту! Я ж не гей, я люблю женщин, но… В тот момент мне почему-то очень захотелось быть не геем даже, а мужчиной, добровольно терпящим унижение от другого мужчины. Сосать чей-то член, что может быть унизительней? Но я падал в пропасть и не хотел останавливаться, а мечтал падать все ниже и ниже. И потому я вместо того, чтобы возмутиться, с благодарностью принял хуй Тенгиза в свой рот и разве что не проглотил его. Тенгиз, осознав казус, что он не во влагалище, а в моем рту, приостановился, внимательно посмотрел на меня, сделал еще несколько фрикций в меня, затем постучал своей горячей дубинкой по моему лицу и сказал:
- Молодец, мальчик, хорошо сосешь, почти как твоя жена.
После этого он опять продолжил долбление Катиных не дырок даже, а к тому времени уже дырищ. В какой-то момент он резко вытащил свой член из влагалища и вставил мне в рот. Его хуй пульсируя, как вулкан стал расстреливать мой рот изнутри разрядами горячей спермы. Я не чувствовал ни вкуса, ни запаха, просто полный рот густой жидкости и возбуждение… Я не знал, что делать со спермой, но за меня все решил Тенгиз: он осторожно вытащил свой член из моего рта, сомкнул мои губы своим пальцами и сказал:
- Смотри не выплюни, сейчас тебе будет очень хорошо…
Он налил полстакана коньяка, приподнял мою голову и поднес стакан ко рту:
- Пей все вместе, очень вкусный коктейль будет, тебе понравится.
Сперма смешалась с сорокоградусным напитком и горячительной маслянистой струей потекла мне в горло, потом по пищеводу прямо в желудок. Я ее чувствовал, чувствовал ее неспешный греющий изнутри путь. "Сперма грузина и армянский коньяк внутри меня", - подумалось мне. И тепло разлилось по моему организму. Катя продолжала меня сосать и я был очень близок к оргазму.
- Вижу, понравился тебе коктейль, - Тенгиз оторвал стакан от моего рта.
- Да, понравился, очень понравился, - мой оргазм был все ближе и ближе, я уже был на финишной прямой.
- Знаешь, как называется этот коктейль? Коктейль шлюхи, хуесоски Я всех хуесосок им угощаю, - Тенгиз засмеялся, а я содрогнулся в конвульсиях мощнейшего оргазма.
Я находился еще в прострации, а Тенгиз разливал по бокалам коньяк и командирским тоном сказал:
- Катя, не глотай его сперму и не выплевывай. Иди к Диме и поцелуй его.
Моя жена послушно оторвалась от моего члена, перевернулась ко мне лицом, нагнулась к моим губам, приоткрыла рот и из него прямо в мой рот закапала моя же сперма, перемешанная с ее слюной. Мы слились в горячем поцелуе. Хотелось целоваться еще и еще, лежа в той же позе. Нега наполнила наши тела, не хотелось ни двигаться,

 Назад Вперед 

Главная