и есть от чего! То, что в последнее время вызывало у меня постоянно растущую тревогу, что рождало в моей душе сомнение и неуверенность, что заставляло меня думать о возможной своей ущербности, вдруг оказывается явлением вполне обычным и даже заурядным, а именно: Славка, который младше меня всего на месяц, то есть практически мой ровесник, дрочит не реже, чем я, но он не видит в этом ничего неестественного или тревожащего, он говорит о своих ежедневных дойках совершенно спокойно, даже как бы гордясь своей частой потребностью в суходрочках, и это действует на меня подобно живительному бальзаму. Может быть, всему виной моя излишняя мнительность? Я смотрю на Славку, и мне хочется... я сам не знаю, чего мне хочется, - я смотрю на Славку, и на душу у меня легко и радостно... конечно же, Славка прав - тысячу раз прав! Я бы тоже не выдержал десять дней! Да и какой нормальный пацан сможет выдержать столько времени? Разве что - какой-нибудь импотент...
- А ты в поезде себя где доил? В туалете? - шепчу я, протягивая руку к Славкиному члену.
- Ну-да! А где же ещё? - отзывается Славка, в свою очередь вбирая в кулак член мой. - Естественно, в туалете... но удовольствия - никакого. Во-первых, всё время качает, и потому всё время приходится рукой другой хвататься за что-нибудь, чтоб удержать равновесие... а во-вторых, только достанешь, только настроишься, как кто-нибудь начинает с другой стороны дёргать за ручку - приспичило кому-нибудь... короче, кайфа никакого! Фигня, а не дойка...
- Согласен. Но если накатит - если встанет колом... куда деваться? - шепчу я, чтоб показать Славке своё знание вопроса - чтобы он не думал, что в вопросах секса я смыслю меньше, чем он.
- Ясное дело! - соглашается Славка. - Если накатит, то да... просто в поезде это - не кайф, а слив беспонтовый, и не более того... никакого кайфа!
Славка придвигается ко мне ближе - ложится напротив так, чтобы нашим рукам было удобней, и мы, замолкая, вновь начинаем старательно обрабатывать друг друга кулаками... кайф стопудовый! Все пацаны делают это - доят себя, и думать, что в этом есть что-то постыдное или болезненное, смешно... а мы не себя - мы друг друга доим, и это, оказывается, намного приятней, чем когда доишь себя сам, - мы лежим на тахте лицом к лицу, то есть друг против друга, лежим без трусов - совершенно голые, и кулаки наши прыгают на членах друг друга, словно маятники, только в сто раз быстрее... мы дрочим друг другу, и это - кайф вдвойне!
- А еще есть пацаны... - шепчет Славка, глядя мне в глаза, - ну, ты понял... пацаны, которые... - Славка, не договаривая, умолкает, очевидно, решив, что я действительно понимаю, о чем он мне говорит - что имеет в виду.
Я не отзываюсь - я молчу, думая, не продолжит ли Славка дальше; но Славка не продолжает - он тоже молчит, ещё сильнее сдавливая в горячей ладони мой жаром пышущий член... что за дурацкая манера - не договаривать до конца? - думаю я, глядя на Славку; "пацаны, которые..." Я не знаю наверняка, о чем именно - о каких пацанах - говорит Славка, но что-то мне подсказывает, что всё это каким-то образом может иметь самое непосредственное отношение к нам, возбуждённо сжимающим в темноте напряженные, сочно залупающиеся члены друг друга... что за манера - не договаривать?
- Которые - что? - шепчу я, глядя на Славку.
- Ну, те, которые... - Славка, кажется, уже хочет пояснить мне, про каких именно пацанов он говорит, но вдруг, неожиданно оборвав себя, вместо пояснения шепчет, глядя на меня, как мне кажется, с подозрительностью: - Ты что - в самом деле не понимаешь?
Признаваться Славке, что я чего-то не понимаю или понимаю меньше, чем он, мне по-прежнему не хочется - ведь так, чего доброго, Славка может запросто решить, что я лох беспонтовый, и не только решить, но и запросто утвердиться в таком мнении, чего мне, естественно, совершенно не хочется. И в то же время я действительно не знаю, о каких именно пацанах он говорит. "Пацаны, которые..."
- Что за манера - говорить загадками? - шепчу я, не скрывая досаду. - Или говори всё прямо, или вовсе не говори... а догадываться я не буду!
- А чего догадываться? И так понятно... - парирует Славка, пристально глядя мне в глаза; он придвигается ко мне ближе, по-прежнему сжимая в кулаке мой напряженный член. - Я говорю, что есть пацаны, которые доят друг друга в жопы... ну, то есть, кайфуют, друг друга натягивая в очко... ты этим когда-нибудь занимался?
- Чем? - машинально спрашиваю я, как будто я в самом деле не понимаю, о чём меня спрашивает Славка - про что он мне говорит; впрочем, я задаю свой вопрос скорее автоматически, чем осмысленно... уж слишком всё это неожиданно!
Мы лежим на тахте совершенно голые, сексуально возбужденные... лежим так близко друг к другу, что ощущаем на своих и без того разгоряченных лицах горячее дыхание друг друга, - не моргая, мы смотрим друг другу в глаза...
- Ну, этим самым... - едва слышно шепчет Славка, и я, глядя ему в глаза, вижу, как шевелятся его губы. - Пробовал?
- Нет... - едва слышно отзываюсь я.
Славка, выпуская из кулака мой член, прикасается обжигающе горячей ладонью к моему бедру... я лежу на боку - ладонь Славки медленно опускается на моё бедро, и я чувствую, как это почти невесомое и в то же время обжигающе осязаемое прикосновение отзывается в моём теле какой-то новой - неведомой - сладостью...
- Макс... - шепчет Славка.
- Что?
- А то... не понимаешь?
Я молчу - я смотрю Славке в глаза, и мне кажется... мне кажется, что я понимаю... или это мне только кажется?
- Ну? - шепчет Славка.
- Что?
- Мы можем попробовать, если хочешь... - не отрываясь, Славка смотрит мне в глаза.
Его ладонь, скользнув по бедру, смещается назад, и я чувствую, как он, всё так же неотрывно глядя мне в глаза, медленно и вместе с тем уверенно проводит обжигающе горячей ладонью по моим голым ягодицам...
- Хочешь?
- В жопу? - уточняю я, как будто я во всём этом что-то понимаю... что я вообще могу в этом понимать?
Про то, что есть парни, которым трахаться между собой нравится и которые это делают, я, естественно, знаю - живу не в лесу; но что такая возможность появится когда-нибудь у меня самого, я никогда не думал... ну, то есть, я вообще никогда об этом не думал применительно к себе, и даже ещё пару минут назад, сжимая в кулаке возбуждённый Славкин член, я совершенно не помышлял о чём-либо подобном - всё это для меня звучит совершенно неожиданно, и вместе с тем... вместе с тем я чувствую какое-то новое, необычное, странно волнующее возбуждение...
Между тем, лапая мои булочки, Славка легонько их сдавливает, всей ладонью тискает, мнёт, гладит, и палец его - указательный палец - то и дело скользит взад-вперёд по ложбинке, с каждым разом вдавливаясь между ягодицами всё глубже и глубже... не стесняясь, Славка лапает мою голую попу, и это - приятно! "В жопу?" - спросил я его...
- Ну-да! - отзывается Славка. - В жопу... друг друга... давай?
Палец его, проникая между сжатыми булочками, неожиданно упирается мягкой подушечкой в моё очко, - всё так же неотрывно глядя мне в глаза, Славка легонько давит на туго стиснутую дырочку входа, и я, невольно сжимая мышцы сфинктера, в буквальном смысле содрогаюсь от удовольствия... Ни какого-либо страха, ни, тем более, стыда, ни всяких-прочих мнений-сомнений, встающих на пути кайфа, я не испытываю, - мы лежим на тахте - лежим голые, возбуждённые - Славка, глядя мне в глаза, тискает мою попу, гладит её, мнёт, давит пальцем на моё очко, и я чувствую, как всё моё тело с каждой секундой всё больше и больше наполняется звенящей - знобящей - сладостью... какие тут могут быть сомнения! Ощущение улёта - вот что я чувствую...
Непроизвольно - безотчетно - повторяя движения Славки, я точно так же выпускаю из кулака его член и, скользнув ладонью по Славкиному бедру, вдавливаю свою ладонь в его ягодицы... попа у Славки упругая и в то же время мягкая, сочная, шелковисто-горячая, - я сжимаю ладонью круглые Славкины булочки, точно так же их лапаю, тискаю, мну, и - подаваясь всем телом вперёд, Славка с силой прижимается ко мне, вдавливается в мой живот своим твёрдым горячим членом, а я, соответственно, членом своим вдавливаюсь в живот ему, губы Славкины едва ощутимым прикосновением скользят по моей шее, он трётся
