ещё и свой болт мне в рот. Вам когда-нибудь приходилось раздевать мужика, который ебёт вас в рот, в то время как другой мужик трахает ваш анус, а третий лапает за что ни попадя? Сложное упражнение, я вам доложу!
- Салих, Гера, наша проститутка потекла! Ей нравится! Анна Владимировна, что ж вы целый год на занятиях молчали о том, что вас нужно просто как следует выебать? И не было бы никаких взаимных претензий!
И ведь прав, поросёнок. То, что они со мной проделывают уже во второй раз, мне определённо нравится. Но представляю, как бы у нас это происходило в родном В-ском вузе. Вот это лекции были бы, вот это практические, вот это сессия!
Гера раздет, переодет в презерватив, и я насажена попой уже на его член, теперь у меня во рту член Салиха, свежевынутый из моей попы, я раздеваю его. Эдик, мамочки, подлез Салиху под ноги и лижет мою свежевыбритую киску! Надо же, оценил труд педагога! Когда педагог стал оконченной шлюхой! Ну вот, раздевание окончено. На мне эти орлы оставили только чулки и туфельки. Кроме того, по их требованию я принесла из своей комнаты и нацепила кокошник. Джентльмены в это время выпивают.
Возвращаюсь.
- Лотта, мать твою так, ты где столько, сука, шлялась! – получаю пощёчину, от которой аж слёзы из глаз
- Во, наша Лотта горько плачет, потеряла в матке мячик! – импровизирует Гера. - Зато какая красавица, прямо сестрица Алёнушка с тремя Иванушками!
- Давайте, Анна Владимировна, присаживайтесь!
Присаживаюсь на гостеприимно торчащий хуй Эдика и начинаю на нём играть в Ванька-встаньку. В попу привычно входит Гера, а в ротик Салих. Они на редкость синхронно засаживают в меня свои агрегаты, дыхание перехватывает. Я усердно подмахиваю и неизъяснимое блаженство пронзает меня. Это чудесно, я не хочу, чтобы это кончалось! Они тоже не хотят. Кончив, мои мужчины садятся выпивать, а я ползаю у их ног на коленях и снова ублажаю их ротиком и ручками.
-Что, Анна Владимировна, ещё хотите? Сейчас, сейчас, мы сегодня виагрой заправились, - подбадривает меня Эдик. И правда, их обвисшие, было колбаски, вновь наливаются силой и встают.
- Лотта, на хуй! – командует Салих. Теперь моё влагалище в его распоряжении, попой овладевает Эдик, а ротиком Гера.
Поехали! Вверх вперёд, подмахнула, вверх вперёд, подмахнула, губками его губками, язычком по уздечечке! Ой, Эдик, крепче держи мои сиськи, они сейчас лопнут! И я вся взорвусь, как ракета, или лопну как шарик Вини-Пуха! Ох, ещё мальчики, милые, ещё, трахните как следует вашу преподавательницу-проститутку! Всё это вихрем проносится где-то во мне, а из глотки, когда она не занята Гериным членом, раздаются только счастливый вой и стоны. Ну ещё, ещё, у-у-упс! В момент нашего общего оргазма Гера кончает мне в рот, и я захлёбываюсь. Двое других партнёров срывают презервативы и тоже кончают на меня. Эдик на спину, а Салих на живот и грудь. Готлиб фотографирует.
- На колени, блядь!
Стою на коленях, а они продолжают кончать на меня. Да, картинка! Голенькая Анна Владимировна, доцент, кандидат филологических наук, скромница, умница и красавица, вся в сперме, и на неё изливают своё естество трое самых хреновых её студентов. Вот это бомба будет на юрфаке В-ского вуза! И не только на юрфаке. А теперь я облизываю их члены от остатков спермы, Салиху нужно очистить язычком ещё и живот (Акела промахнулся). Мне подмыться или подтереться не предложено.
Вновь господа выпивают, а их рабыня ползает у ног и долизывает остатки спермы, а потом просто сосёт. Периодически она получает пощёчины за неловкость или за то, что выпачкала очередного господина покрывающей её спермой. Готлиб фотографирует. Господа вновь воодушевляются.
- Эй, чувак, хочешь её трахнуть, а то нам пока надо отдохнуть, - предлагает меня Готлибу Эдик. Готлиб не понимает, и я перевожу ему это любезное предложение, исполненное мужской солидарности. Готлиб вопросительно смотрит на славную троицу. Все благодушно кивают.
Готлиб, осторожно придерживая меня за плечико, подводит к стене, я упираюсь в неё руками и расставляю ноги. Он аккуратно входит сзади и с чувством имеет мою киску, не прикасаясь к моей обкончанной спине и попе. Готлиб мужчина положительный и я с чувством ему подмахиваю. Ну вот, готов. Кончил. И я с ним.
- Лотта, на хуй!
Пора садиться на Геру и вновь впустить в зад Салиха, а в рот Эдика. Сумасшедшая скачка, ведущая к очередному оргазму, начинается. Мальчики уже изрядно накачались, но всё ещё хороши. Вверх вперёд, подмахнула, вверх вперёд, подмахнула, губками его губками, язычком по уздечечке! И ведь не надоедает! Вперёд, ребятки, так со мной и надо. Не стесняйтесь. А я вам помогу. Изо всех сил насаживаюсь на Геру и Салиха, как можно глубже засасываю у Эдика, только не останавливайтесь. Ещё чуть-чуть! Ещё! Можно! Лотта снова улетает! И снова меня с трёх сторон заливают струи спермы. Глотаю, что могу. Обсасываю моих кормильцев, моих благодетелей, облизываю, как жертва голода в Поволжье.
- Пора нашей шлюшке подмыться, а то её уже из-под спермы не видно!
Идти нормально уже не могу, ноги не сходятся. Кое как ковыляю в душ, Гера заботливо пускает струю. Ну вот, хот глаза промыло.
- Во, у нашей проблядушки косметика потекла! Лотта, подмоешься – подкрасься, нам такие шлюхи не нужны!
- Стойте, пацаны, потом, давайте как в тот раз…
Меня опять угощают “золотым дождичком”. Снова отмываюсь и подкрашиваюсь. Чёрт, чулки насквозь промокли. И коса. Обтираюсь и являю себя кавалерам. Они снова пьют и заодно угощают Готлиба. При моём появлении ему вновь предлагают угоститься и мной. Когда Готлиб отказывался от дармовщины? Я ещё влажная, и он располагает меня на кровати раком и на сей раз имеет сначала киску, а потом перемещается из неё в зад, завершая это турне у меня в ротике. Вот, похлебаем Готлибовой спермы. Её мне великодушно позволено запить шампанским.
Оживает член Салиха. Его счастливый обладатель уже не намерен напрягаться, я сажусь ему на колени, надевая свою попу на реанимировавшийся орган, и начинаю подмахивать. Салих задаёт темп, держа меня за грудь и одновременно её поглаживая. Эх, а ножки-то у Анны Владимировны уже устали! Но всё равно хорошо. Работаю. И при том с огоньком. Вот салихово орудие напрягается всё больше и извергает в меня свежую струю тёплой спермы. Готов. Но я не свободна. Теперь я должна взгромоздиться на колени к Эдику уже лицом к нему, на сей раз, надевшись своей киской. Сейчас, милый, только в ротик его возьму. И ротиком презик надену! А теперь Лотта готова. Пожалуйста, попрыгаем! Ух ты! У Геры хватило сил подняться с кушетки, подойти и зайти в меня сзади, орёл! Прыгаю сразу на двух членах. Как интересно ощущать их внутри себя почтиисоприкасающимися сквозь совсем тоненькую перегородочку. Гера лапает меня также беззастенчиво, как и его дружок. А меня это чрезвычайно заводит. Как и жужжание и щелчки фотоаппарата трудолюбивого Готлиба. Он продолжает фотосессию.
Продолжил он её и потом, когда я сосала ему член, в то время как Салих имел меня сзади, но уже не в зад, а более традиционным способом. Эдик с Герой в это время приканчивали остатки водки и оживлённо комментировали ситуацию. Из этих комментариев я узнала о себе много нового, интересного и полезного. Особенно интересна идея прислать сюда на перековку некоторых других преподавательниц нашего вуза. Но вот кончается водка и приходит к концу субботняя ночь. В последний раз сосу моим любящим ученикам, они радостно на меня кончают и оставляют совершенно затраханную, обкончанную и обессиленную. Готлиб, добрая душа, засунул меня под душ, кое-как обмыл, вытер и оттащил в мою комнатку, бросил на кровать и пристроился рядом. Засыпая, я почувствовала, что он пристраивается к моей дырочке сзади. Ну и ладно, пусть ебёт, лишь бы не будил. Засыпаю.
