потянулся, как кошка и прилёг рядом с Димой, прижавшись к нему всем телом. Рукой я легонько поглаживал его член и яички. Честно говоря, мне приходилось несколько пересиливать себя – чтобы играть с членом другого мужчины. Но я знал, что ему это понравится. Во всяком случае, наверное, должно понравиться.
- Мур, - сказал я, продолжая играть роль довольной самки. Кажется, это была вторая женская уловка, которую я использовал в отношениях с Димой. Неважно, что ты думаешь, что ты чувствуешь, доволен ты чем-то или чем-то недовольна – подластись.
Дима потрепал меня по волосам и сказал:
- Дай сигарету
Ну вот! Опять! Я снова встал, нашёл пачку, хотел протянуть, но потом вынул сигарету из пачки., прикурил и протянул уже прикуренную Диме. Потом принёс пепельницу, поставил рядом с Димой на тахту. Сам взял сигарету, закурил тоже.
- Хорошо, - сказал Дима, докурив. – Давай собираться.
Я послушно кивнул, потянулся, зная, что Дима сейчас на меня смотрит, и встал. А как одеваться? Это же на улицу выходить…
Я пошёл в ванную, подмылся. Ещё раз осмотрел себя в зеркало. Какое-то странное, тянущее ощущение было у меня в низу живота. Не неприятное, а странное. Как будто там у меня действительно была матка и она сжалась в ожидании чего-то. Да, девочка, ты уже не девочка, сказал я своему отражению в зеркале. Тебя трахают, ты берёшь в рот, ты подмываешься. Ну и как оно тебе?
А никак. Никак оно мне не было. Мне надо было привести себя в порядок, чтобы… Чтобы хотя бы самому себе в зеркале нравиться. Я принялся умываться. Потом пошёл в комнату, отыскал трусики, подумал и достал из сумки другие – стринги, заранее заготовленные, но ни разу не надёванные, натянул их. Подумал, лосины надевать не стал, надел джинсы, рубашку навыпуск, снова пошёл в ванную, там обнаружил среди прочего тональный крем, тщательно намазался, потом причесался. Подумал ещё – чуть-чуть подвёл тушью глаза и совсем чуть-чуть подправил ресницы. Это на самом деле получилось дольше, чем собирался Дима. Когда я закончил, он уже явно терял терпение.
- Всё, - сказал я. – Полотенце или ещё что-то брать?
- Там всё есть. Крем возьми, - сказал Дима. – На всякий случай.
- Ага, - сказал я. Нашёл тюбик, сунул его в карман. Потом понял. Крем. Ага. А ты как думала? Девочка в баню с мужиками отправляется. Без крема тут никак.
До бани мы доехали в такси.
Глава 4
Это было обычное одноэтажное здание с зелёными стенами, без окон, с вывеской у дверей. Городская баня № 1. Понятно – общественное такое заведение. Возле входа курили и негромко переговаривались несколько мужчин. Все в простой одежде – в баню собрались, с полиэтиленовыми пакетами в руках, один – с большой сумкой. Все старше меня и даже Димы, хотя нет, один был примерно ровесником Димы. Их было шестеро и они явно кого-то ждали и, как сразу выяснилось, ждали они нас. Дима пошёл впереди меня и остановился рядом с мужчинами, со всеми начал здороваться за руку, а мужики разглядывали меня (я остановлся чуть позади Димы). С интересом, оценивающе, изучающе. Кроме одного – тот самый Саша смотрел на меня весело, широко улыбаясь, как на давнего знакомого. Впрочем, скорее – как на давнюю знакомУЮ.
- Здорово, Нюшка! – сказал Саша и, обращаясь к Диме, добавил – Девушку представь, фараон!
Дима с лёгким недоумением посмотрел на меня, на Сашу, но промолчал, а, приобняв за талию, слегка шлёпнул по попе, подтолкнул к своим знакомцам и сказал:
- Знакомьтесь.
И начал перечислять, показывая рукой:
- Витя (черноволосый, высокий, усатый, кажется, ровесник Димы), Коля (тощий, лысый, в очках), Семён Семёнович (крепко сложенный, с широким лицом и очень-очень густыми бровями)…
Мужчины по очереди протягивали мне руку и пожимали моё. Я в ответ старался не жать, просто подавал им ладошку. Как должна себя вести дама? Не демонстрировать же крепкое мужское рукопожатие. А они пожимали крепко, уверенно, а Семён Семёнович взял мою ладонь в обе свои, и сказал: «Очень приятно».
Дима, держа руку у меня на бедре (да он хвастается мной! сообразил я) продолжал:
- Анатолий (совсем пожилой мужчина с седой шевелюрой), Сергей (простоватого вида увалень), Саша…
- Мы уже знакомы, - сказал Саша и подмигнул мне. Но руку протянул и пожал меня за предплечье. Дима снова недоумённо посмотрел на меня, но ничего не сказал.
- Сейчас Алла вернётся, - сказал Витя, - за пивом убежала.
- Сразу купить не могли? – недовольно пробурчал Анатолий. – Эту пидовку только за смертью посылать.
- Не ругайся при даме, - сказал Саша. «Дамой» явно был я. Сказать, что я при этом чувствовал себя дамой, женщиной, самкой, нельзя. Я никак себя не чувствовал, просто тупо стоял и молчал, оглядывая мужчин, но стараясь не встречаться ни с кем взглядом. Хотелось спрятаться за спину Димы, но Дима отступил от меня на шаг и прятаться за ним было бы смешно.
- А вон она, - сказал Витя. - Идёт
К нам приблизился парень, чуть моложе меня, в лёгкой майке и легкомысленных шортиках, весьма симпатичный шатен, в руках он нёс тяжёлый пакет, в котором позвякивало стекло бутылок.
- Привет, Дим, - сказал парень и окинул меня взглядом с ног до головы. Это был взгляд самки, изучающей соперницу.
- Ну всё, пошли, пошли, - заторопил Анатолий, прерывая беседу, которая даже и не собиралась начинаться, а грозила неловкой паузой.
Все двинулись к дверям бани, Дима убрал от меня руку и пропустил меня вперёд. И по-прежнему ничего не сказал.
Изнутри эта баня тоже не представляла собой ничего особенного. Мои новые знакомые шли уверенно, я, естественно, следовал за ними. Мы повернули направо, у двери стоял стол, за которым скучал старик в белом халате, Сергей задержался и сунул ему деньги, старик кивнул, даже не пересчитывая. Наверняка, всё было заранее оговорено. Мы вошли в раздевалку, из которой вели два выхода – один к парной с маленьким бассейном (это было видно), другой – явно в помывочную. Там стояли мраморные столики, тазики и всё такое. Раздевалка была обычной раздевалкой, тесной, человек на двадцать, не больше. Вдоль стен стояли скамьи, над скамьями – вешалки (на вешалках даже номерки были!). Посреди раздевалки стоял большой деревянный стол.
- Люблю это дело! – провозгласил Саша.
Мужчины спокойно начали раздеваться. Дима – тоже, не обращая на меня внимания. Я в нерешительности стоял. Парень, которого называли Алла, поставил пакет возле стола и, явно поняв моё смущение, сказал, улыбаясь:
- Ну мужики вы, дали бы сперва женщинам переодеться. Девочку смущаете! Толпа незнакомых голых мужиков!
И подмигнул мне. Я слабо улыбнулся в ответ.
- Вот и познакомимся, - возразил Коля, плотоядно разглядывая меня.
- А чего смущаться? – откликнулся то ли Витя, то ли Сергей.
- Пусть привыкает, - заржал Анатолий. – Что она, хуя живого не видела? Щас исправим!
- Пошли на хуй, кобели драные! – уставив руки в боки, сварливо закричал Алла. И уже добавил для меня:
- Не бойся их. Грубые животные.
Мужчины ответили смехом
- Ну, не все! – возразил Коля. – Мы секс-туристок любим.
А Алла прошёл мимо меня, тронув за спину, и сказал
- Пойдём раздеваться, а то они как рассядутся в парилке, как напустят пару, не выгонишь. Или ты любишь погорячее?
- Не, - отважно сказал я. Я посмотрел на Диму. Он стягивал штаны и одобрительно мне улыбнулся.
Я выбрал вешалку рядом с той, с которой начал раздеваться Алла, снял кроссовки, снял носки, расстегнул джинсы, стянул их, аккуратно сложил…В этот момент я вдруг обратил внимание, что Алла тоже первым делом стянул с себя и бросил на скамейку шорты, потом плавки. «Только девки сначала трусы снимают», - вспомнилось мне однажды прочитанное. Я это вспомнил и сам себе удивился, потому что желание сначала снять джинсы, даже не расстегнув рубашку, у меня возникло совершенно инстинктивно, как будто я всю жизнь только так и раздевался. Я подумал и стянул с себя трусики. На удивление – ощущение с голыми ногами, голой попой, но в рубашке, застёгнутой рубашке! было вполне комфортным.
- Ай! – вскрикнул Алла – это Саша, уже полностью голый, шлёпнул его по заду, и пошёл дальше. Возле меня он задержался, схватил меня за локти, потряс с каким-то дурацким гыканьем, типа, подержался, и, переваливаясь, мелко засеменил в сторону парной, приговаривая:
- В баньку, в баньку, париться, париться.
- Скажи – дурак, да? – сказал Алла мне. Я неопределённо пожал плечами.
Остальные мужчины
