я услышала стоны негритянки: оказалось, госпожа Айлин запустила ей руку между ног и трахает пальцами. Недолго думая, я легла на госпожу валетом, подставив ей свою киску. И Рыжая с жадностью принялась вылизывать её. И тут на меня навалилась негритоска. Она сначала вылизала мою попочку, а потом принялась трахать меня пальцами.
Не знаю, сколько бы продолжалась эта оргия, если бы не зашёл дежурный врач, пожилой дядька. Он делал обход, увидел на мониторе, что творится в палате, примчался и разогнал нашу оргию. Нет, он бы с удовольствием присоединился, но одного взгляда на нас хватило, чтобы всё понять…
Закончив мыть госпожу Айлин, я отвезла её в кабинет, где она принялась проверять бумаги. Я торчала тут же, потому что Рыжая ни за что не хотела отпускать меня от себя. Посмотрев вдруг на меня, она спросила:
-Хелен оставила тебе своё состояние?
-Да, госпожа Айлин, - подтвердила я.
-Чтож, я думаю, ты не против, если я буду присматривать за ним? – сказала госпожа Айлин..
А что я могла ответить? Я рабыня и должна выполнять волю хозяйки. Даже если она прикажет ходить мне голой. А госпожа Айлин уже звонила моему адвокату…
7. ГОСПОЖА АЙЛИН И ДРУГИЕ
Нет, я не полюбила госпожу Айлин, подобно госпоже Хелен, не говоря уж о моей незабвенной Сильвии, но сильно уважала её. Характер у неё был стальной. Ещё в больнице она разогнала свору слетевшихся родственников, заявив, что умирать пока не собирается, а для ухода за ней достаточно и меня. А потом выперла из дома несколько прижившихся в её отсутствие родичей. Какие взгляды они кидали на меня, уезжая! А госпожа Айлин, отдохнув уик-энд, отправилась на работу, невзирая на возражения врача.
-Я не землю копать буду! – отрезала она и кивнула на меня. – В случае чего, мне Мадлен поможет.
И потянулись дни за днями, складываясь в недели и месяцы.. Я тенью сопровождала госпожу Айлин, совмещая функции секретаря, медсестры, телохранительницы и любовницы. Присутствовала при ней на совещаниях, переговорах, заключениях сделок, раутах и приёмах. Не скажу, что мне это особенно нравилось, но моего мнения никто и не спрашивал. Госпожа Айлин требовала находиться неотлучно при ней, и мне оставалось выполнять её волю.
Была я с ней и когда нас похитили. Вернее, пытались. Мы возвращались с работы вечером, когда «линкольн» госпожи Айлин прижал к обочине огромный джип. Несколько парней выскочили из своей машины и заскочили в нашу. Один подсел к водителю, а трое к нам. Тут обе машины поехали. Один из парней поднял стекло и недобро улыбнулся, глядя на нас, а второй рванул на мне одежду.. Кто знает, как бы всё обернулось, не сделай он этого? Но заложенные в меня психологами Академии инстинкты сработали. Моя рука была уже в сумочке. Паф! И насильника отбросило к дверце с пулей в животе.. Паф! Второй бандит упал, получив пулю в грудь. Паф! Третий, выхватывающий пистолет, рухнул с пулей меж глаз. Стекло опустилось и на четвёртого бандита уставилось сразу два пистолета: мой и тот, что госпожа Айлин забрала у убитого похитителя. Он бросил оружие и сидел, положив руки на затылок, пока не подъехала полиция.
И только уже дома в постели госпожа Айлин прижала к себе и дала волю чувствам:
-Господи, Мадлен! Как ты решилась стрелять?! Ведь тебя могли убить!
-Они хотели меня изнасиловать, госпожа, - объяснила я, - а у меня аллергия на секс с мужчинами. Не говоря уже о насилии. И ещё я боялась, что с вами могут что-то сделать нехорошее.
-Боже, как я испугалась за тебя! – госпожа Айлин стала целовать меня.
-Я сразу заподозрила, - продолжила я, - что живыми они нас не отпустят. Лиц не срывали, стали насильничать…
Госпожа Айлин решила, что после таких переживаний нам нужен небольшой отдых. Поэтому на следующий день мы сели в самолёт и махнули на Багамы, где у госпожи Айлин было «небольшое» бунгало: скромненький двухэтажный домик с тремя слугами. Мы много купались, загорались и, само собой трахались.
Там к нам приезжали гости – разные знакомые Айлин, среди них супружеская пара с дочерью, девочкой лет тринадцати. Кстати, они были приятелями и госпожи Хелен. Девочка была некрасивой: плоское лицо сплошь в веснушках, непонятного цвета волосы, очень худая, ни намёка на грудь. Всё это девчонка компенсировала любопытством и пронырливостью. В первый же визит, девчонка выловила меня в коридоре, завела в комнату и прошипела:
-На колени, рабыня!
Как она узнала кто я – не знаю, но скорее всего, подслушала разговор Хелен и Айлин. Будь госпожа Айлин законной хозяйкой, я бы и не пошевельнулась, но она была самозванкой, поэтому мне пришлось повиноваться. Опустившись на колени, я сказала:
-Слушаюсь, госпожа!
Соплячка торжествовала: ей повинуется взрослая женщина!
-Целуй ноги, сука!
Я наклонилась и принялась целовать её худые ноги.
-Так, а теперь… - сказала госпожа Трейси, (так её звали), отступая назад.
Однако девчонка толи забыла, толи не заметила, что сзади стоит стул. Наткнувшись на него, она потеряла равновесие и с грохотом свалилась на пол, принявшись стонать. Я бросилась к ней. Бедняжка сломала ногу при падении. Это, наверное, был знак небес: не твоё, не трожь! Последующие события это лишь подтвердили. В тот же день, по возвращении из больницы, Триша подозвала меня к себе:
-Принеси апельсинового сока, Мадлен!
Я принесла и поставила стакан на столик рядом с шезлонгом девочки. Госпожа Триша потянулась за стаканом. И именно в этот момент шезлонг ломается и складывается. В итоге у девочки сломана рука и лёгкий шок от происшествия. В следующий раз я встретилась с госпожой Трейси лишь через месяц. Госпожа Айлин нанесла визит родителям Трейси. Девчонка ещё щеголяла в гипсе. При виде меня она обрадовалась, глазёнки засверкали, она заторопилась и грохнулась с лестницы. И опять несколько переломов. Улучив момент, я шепнула девочке:
-Видимо, какая-то сила не хочет, чтобы ты была моей хозяйкой. Третий раз тебе даже покомандовать не дали. Согласна? – Трейси кивнула. – Так что лучше нам остаться друзьями. Выздоравливай, а я тебе позже покажу кое-что.
Я поцеловала девочку в щёчку и хотела встать, но Трейси вдруг обхватила здоровой рукой за шею и тоже поцеловала..
-Извини, пожалуйста, Мадлен, - шепнула она. – Я больше не буду!
Тут за ней пришли и мы расстались. Больше мы так и не встретились: родители Трейси переехали в другой штат.
Я уже жила с госпожой Айлин почти семь месяцев, когда меня похитили. Мы были в ресторане, я вышла в туалет. И вдруг какая-то высокая блондинка в сапфировом платье отвесила мне пощёчину, схватила за волосы и потащила к боковому выходу. Ей помогла брюнетке в сиреневом платье. Я пыталась что-то сказать, но блондинка меня шлёпнула по губам: «Заткнись!» Госпожа Айлин оставалась в зале и ни о чём не подозревала. Блондинка и брюнетка вытащили меня из ресторана, забросили в подкатившую машину, запрыгнули сами, и машина рванула прочь.
Не успела я опомниться, как блондинка отвесила мне ещё одну пощёчину, стащила на пол с сидения, связала руки за спиной и, раздвинув ноги, ткнула лицом в свою промежность: «Вылизывай!» И я принялась лизать. Сколько мы ехали – не знаю, может быть - час, а может и больше. Я всё лизала и лизала, доведя блондинку до нескольких оргазмов. Наконец, машина остановилась. Меня за волосы вытащили из машины, заволокли в подвал какого-то здания. Там стояла железная кровать, прикрытая одеялом.. Бросив меня на кровать, три девицы сорвали с меня всю одежду, со смехом подёргали за кольца в груди и нижних губах: «Ого, девки, она уже окольцованная!», надели на меня металлический ошейник с цепью, присоединённой к кровати, и ушли.
Кто они, чего хотели – бог весть, я так об этом и не узнала.. Я просидела в подвале три дня, девки заходили по очереди и я их вылизывала. Один раз мне принесли воды, в другой раз бросили упаковку вискаса. В отличие от госпожи Айлин и Трейси, эти девицы не предъявляли никаких претензий на меня, просто посадили на цепь в подвале. А значит, и у меня к ним, как к хозяйкам, не было никаких обязательств. На исходе третьего дня мне удалось кое-как вытащить какую-то проволоку и открыть замок на ошейнике. Дверь в подвал была закрыта, но мне удалось протиснуться в узкое оконце под потолком. Стащив какую-то тряпку, чтобы прикрыться, я бросилась прочь.
Блуждала я всю ночь, лишь к утру мне удалось выйти к какой-то
