выглядит в общем и целом...
Пацаны, помывшись - вновь заполняя предбанник, становились в очередь за получением чистого белья, а Дениса всё не было, и Артём, внешне оставаясь таким же невозмутимо созерцающим помывшееся пополнение, уже стал испытывать чувство легкого нетерпения вкупе с такой же легкой, но вполне ощутимой досадой, как вдруг... сверкая капельками воды, Денис возник в предбаннике, и у Артёма от приятного удивления сладко ёкнуло в груди: парень был невысок, строен... тело его, только-только начинавшее входить в пору своего возмужания, еще хранило в своих очертаниях юно привлекательную мальчишескую грациозность, и вместе с тем парнишка был вполне прилично - вполне симпатично - "упакован" спереди, так что всё это, соразмерно пропорциональное и взятое вместе, на какой-то миг заставило Артёма невольно уподобиться тем, за кем он не без некоторой иронии незаметно наблюдал всего каких-то полчаса тому назад...
голый Денис, становясь в очередь за получение чистого белья, повернулся к Артёму задом - и Артём какое-то время не без удовольствия созерцал-рассматривал сочно оттопыренные и вместе с тем скульптурно небольшие, изящно округлённые ягодицы, пока, наконец, не поймал себя на мысли, что, потеряв привычную осторожность, он откровенно, почти открыто пялится на пацана - смотрит ниже пояса - ничуть не хуже тех, за кем он сам не без легкой иронии только что наблюдал, - мысленно чертыхнувшись, Артём усилием воли оторвал свой взгляд от стоящего задом Дениса, одновременно с этим засовывая в карманы брюк руки, чтоб невидимо придержать поднимающийся член...
Ох, до чего ж хорош - вкусно хорош - был этот стриженый "запах"!.. Если по пути в баню Артём чувствовал лишь смутный интерес к Денису, толком еще не зная сам, хотел бы он этого парня поиметь-потрахать или, может, ну его - напрягаться-рисковать не стоило, то теперь, из бани возвращаясь, Артём мысленно моделировал ситуации, где и как он мог бы это сделать - рискнуть-попробовать... а попробовать явно стоило - парнишка был зримо хорош во всех отношениях! То есть, хорош настолько, что, глядя на него в бане, Артём почувствовал непроизвольное возбуждение... Пожалуй, если б Денис оказался мелковат, жалко скукожен ниже пояса спереди, либо совершенно неаппетитен сзади, либо невыразителен, малоинтересен в общем и целом, то Артём, скорее всего, не обнаружив ничего привлекательного для глаз, на этом бы и успокоился, а внезапно возникший его интерес к новоприбывшему испарился бы так же естественно, как и возник-появился...
мало ли и до армии, и уже в армии было пацанов, которые вызывали в душе Артёма какое-то смутное шевеление, а потом оказывалось, что всё это не то - либо фактура совершенно не воодушевляла, не будила никакого сексуального желания, либо душа не рвалась слиться с душой другой, и Артём быстро остывал, не успев даже воспламениться, - понятно, что в таких случаях никаких внешний движений со стороны Артёма не было и быть не могло... В случае с Денисом как-то всё органично, всё естественно соединилось: невольно возникший интерес - ещё ничем не мотивированный и потому невнятный и смутный - слился с увиденным в бане, да так слился-сплавился, что Артём тут же со всей очевидностью почувствовал совершенно осознаваемый прилив необыкновенно сильного, упруго-ликующего, молодого и горячего, вполне конкретного желания... оставалось лишь подумать, к а к и м е н н о это сделать - как всё это обставить-смоделировать, чтоб получилось и естественно, и душевно... а главное - парню в кайф! - Артём уже был достаточно опытен, чтоб думать не только о себе...
Собственно, вариантов, как это сделать, было не так уж и много, а если говорить точнее, то всего два: либо достичь желаемого можно было неспешно и для него, для Дениса, совершенно незаметно - так, чтоб в один прекрасный момент всё случилось-произошло как бы само собой... либо, наоборот, заполучить желаемое можно было одномоментно - кавалерийским наскоком, который совсем не обязательно должен был сопрягаться с физическим насилием, но который в любом случае предполагал некий психологический натиск... Думая о том, как подступиться к Денису, Артём невольно вспоминал, как впервые это случилось-произошло с Игорем: они были в наряде, но не в казарме, а на полигоне - была глухая ночь, они, лёжа бок о бок на одной плащ-палатке, говорили о девчонках, и Артём в какой-то момент разговора совершенно отчетливо почувствовал, что если он вот сейчас, сию минуту, к Игорю подкатит с нежностями, тот его не оттолкнёт...
почему возникло это ощущение, сказать было трудно, но так оно и вышло: Игорь, "накрученный" разговором, а потому внутренне к чему-то подобному неосознаваемо, но явно готовый, то есть готовый не вообще и не в принципе, а готовый именно в ту минуту, тут же подался всем телом к Артёму, самым естественным образом сдавил Артёма в ответных объятиях, совершенно не удивляясь, ни о чём не спрашивая, и - о, кайф! - они какое-то время молча, страстно, с сопением сосались в губы, причем Игорь это делал ничуть не хуже Артёма, то и дело беря инициативу на себя... потом Артём, всё так ничего не говоря, мягко скользнул ладонью по телу Игоря, и ладонь его замерла на естественно возбуждённом, из штанов выпирающем члене - несгибаемо твёрдом, как штык-нож...
дальше всё было делом техники, хотя, учитывая, что смазывать было нечем, это оказалось не так-то просто, и прежде всего для Игорька, который в ту ночь подставил своё очко под член впервые... но - было б желание! А желание было - и потому всё у них получилось... классно получилось! Игорь не был, как Артём, сексуально ориентирован на пацанов, но - разве кайф нужно обязательно маркировать каким-то конкретным - кем-то назначенным - цветом? Хорошо сложенный симпатичный Игорь с вполне приличным прибором между ног не был приверженцем однополого секса, и в то же время он стал для Артёма не просто приемлемым, а вполне удовлетворяющим сексуальным партнёром - без какого-либо ущерба как для армии, так и для собственного здоровья, - они стали трахаться регулярно, находя для этого время и место, причем инициатива от Игоря исходила даже чаще, чем от Артёма... и теперь, невольно вспоминая, как это было впервые с Игорем, Артём пытался найти оптимальный вариант для Дениса, в котором он неожиданно рассмотрел-почувствовал что-то такое, ради чего хотелось и действовать, и рисковать...
А риск, несомненно, был... Собственно, риск в таких случаях есть всегда, поскольку нельзя доподлинно знать, кто и как на подобное предложение будет реагировать, - риск в таком щекотливом деле есть всегда, так что весь вопрос сводится лишь к тому, какова степень этого риска... Вариантов-сценариев в условиях армейской службы - а тем более в условиях "карантина" - было немного, и Артём, думая о Денисе, пытался просчитать, какой из вариантов может оказаться более оптимальным, а значит и более выигрышным... А как просчитаешь - как это вычислишь? Денис был для Артёма "чистым листом" - в том смысле, что Артём не имел никакого внятного представления ни о характере Дениса, ни о его привычках-склонностях, ни о его настроениях-мыслях... кто он, этот Денис?
Что успел он узнать о сексе к моменту призыва в армию - что он знает-думает о сексе вообще и о сексе однополом в частности? Возможно, - думал-гадал Артём, - он девственник... возможно, он еще ни с кем не успел попробовать, и все его знания-достижения - это два-три просмотренных порнофильма да череда из детства тянущихся сладких мечтаний-фантазий-грёз, в которые он, как всякий другой пацан, ненадолго нырял-погружался, отдавая себя во власть собственного неутомимо снующего кулака, - вполне типичная ситуация для немалой части парней, призывающихся в армию... возможно, он лишил себя девственности с какой-нибудь пьяненькой шлюшкой, и произошло это в порядке живой очереди на каком-нибудь чердаке или в подвале под одобрительные возгласы друзей-приятелей, - такое тоже случается-происходит, и это тоже нельзя было исключать как что-то фантастическое или невероятное....
возможно, у Дениса был вполне обычный, то есть без всяких фантазий, пресно "правильный", но от этого не менее приятный секс с какой-нибудь девчонкой-ровесницей, с которой у него, у Дениса, была-цвела
