родаков твоих точно до вечера дома не будет?
СЕРГЕЙ. Тон, чего ты переживаешь? (Смеётся.) Ты уже тритий раз об этом спрашиваешь...
АНТОН (пожимает плечами). Хуля мне переживать? Я вообще говорю... Кстати, посмотри... (смотрит сам) на второй портрет слева...
СЕРГЕЙ (вскидывает вверх глаза). Ну? Лермонтов, кажется... и что? Убит на дуэли Дантесом... пиф-паф! (Смеётся.) Нах мне на него смотреть? Он что - твой родственник?
АНТОН. С какого, бля, хуя? Дантес на дуэли убил не Лермонтова, а Пушкина... а я говорю тебе про Лермонтова. Так вот... этот Лермонтов, между прочим, был голубым.
СЕРГЕЙ (переводит взгляд на АНТОНА). В смысле?
АНТОН. В смысле - трахался с парнями.
СЕРГЕЙ (смотри недоверчиво). Гонишь, бля! Он же этот... классик, бля... классик нашей поэзии! Я в прошлом году две "двойки" получил - за то, что не выучил его стих...
АНТОН (смеётся). Кого ебут твои "двойки"! Классик он в литературе, а в личной, бля, жизни... в личной жизни он был голубым.
СЕРГЕЙ (смотрит на портрет). Бля... настоящим? Ну, то есть, конкретным?
АНТОН. Ну, не абстрактным же!
СЕРГЕЙ. А ты, бля, всё это откуда знаешь? (Переводит взгляд на АНТОНА.)
АНТОН. В Интернете читал... (Смотрит на СЕРГЕЯ снисходительно - как человек, обладающий знанием, неведомым собеседнику.) И Дантес, бля, тоже... голубым был - тоже.
СЕРГЕЙ. Это тот, который его убил?
АНТОН. Который, бля, Пушкина убил.
СЕРГЕЙ (в замешательстве). Так он что - с Лермонтовым трахался?
АНТОН (смеётся). Ну, ты, Серый, чайник! Я тебе про Лермонтова сказал...
СЕРГЕЙ. Ну! А при чём здесь Дантес?
АНТОН. Про Дантеса ты, бля - "пиф-паф" - сказал, и я лишь добавил, что и он... он - тоже.
СЕРГЕЙ (после паузы). Охуеть, бля! Одни голубые... (Смотрит на портреты классиков, невозмутимо взирающих на СЕРГЕЯ из своей вечности.) А хуля ж нам Тимофеевна про такое ни слова не говорила, когда мы учили их творчество? Всякую хуйню, бля, в уши втирала, а об этом - ни слова... две, бля, "двойки" получил!
АНТОН (смеётся). Так она, может, сама об этом ни хуя не знает! Я искал реферат по истории - и случайно наткнулся... прикинь, сколько всего-разного мы не знаем!
СЕРГЕЙ. Ну! (Глядя на портреты, автоматически поправляет брюки между ногами.) Где, бля, Киря этот ходит? Ебло ему набью... Сколько мы уже ждём его?
АНТОН (смотрит на монитор телефона). Тринадцать минут. Говорю тебе, он не придёт... он, бля, почувствовал, что ты ему хочешь ... что именно хочешь ты ему предложить - и уже слинял, бля... домой слинял - однозначно!
Дверь открывается - в дверном проёме возникает КИРИЛЛ.
СЕРГЕЙ. Киря, бля! Охуел? Я сказал тебе: сразу после звонка... почему, бля, ждать заставляешь?
КИРИЛЛ. Класснуха пришла - задержала... (Направляется к столу, за которым сидит СЕРГЕЙ.) Только что отпустила...
СЕРГЕЙ. Вернись, бля... дверь за собой закрой!
КИРИЛЛ (возвращается - закрывает дверь). Как отпустила - так я сразу сюда...
АНТОН. А чего она приходила?
КИРИЛЛ (смотрит на АНТОНА). Да ну! Орала в очередной раз - пугала, что "двойки" в четверти будут... каждый раз - одно и то же.
АНТОН. Хуля они вас пугают? (Презрительно кривит губы.) Один хуй эти "двойки" они потом не ставят или сами же "тройками" прикрывают, чтоб статистику не портить - не расстраивать директрису... (Снисходительно смотрит на Кирилла.) А она, в свою очередь, не расстраивает начальников выше, а те, счастливые, рапортуют о стопроцентной успеваемости еще выше... а в результате мой дед, когда смотрит по ящику об успехах школьной реформы в ящике, начинает вести себя неадекватно - матерится, как сапожник. (Смеётся.)
СЕРГЕЙ (смотрит на АНТОНА). А кто твой дед?
АНТОН. Бывший препод - отличник образования... сейчас он на пенсии - пчёл разводит. Так что, Киря, про "двойки" забудь... главное - статистика. (Смотрит на СЕРГЕЯ.)
СЕРГЕЙ (перебивая АНТОНА). Хуйня, бля, всё это - и статистика их, и "двойки"! (Пристально смотрит на КИРИЛЛА.) Есть вопросы поважнее... садись, Киря!
КИРИЛЛ (стараясь казаться спокойным, уверенным и отчасти даже беззаботным, садится за первый стол - напротив СЕРГЕЯ, в вальяжной позе сидящего на учительском месте). Я за "двойки" вообще не думаю - из-за "двоек" ни капли не переживаю... в жизни есть вопросы важнее.
СЕРГЕЙ (глядя на КИРИЛЛА, насмешливо). Правильно мыслишь! Только, бля... у кого есть вопросы, а у кого и проблемы. У тебя - проблемы... точнее, сейчас у тебя одна проблема, но очень конкретная... более чем конкретная! Правильно я говорю? (КИРИЛЛ, подобострастно глядя СЕРГЕЮ в глаза, кивает головой.) Вот! И ты это понимаешь... потому что ты, Киря, пацан не глупый. (Пристально смотрит КИРИЛЛУ в глаза.) Ты дома сказал, что разбил чужой телефон и что тебе нужны бабки для возмещения убытка?
КИРИЛЛ (отрицательно трясёт головой). Нет...
СЕРГЕЙ. А чего, бля, не говоришь - чего время тянешь?
КИРИЛЛ. У меня же есть ещё время - ты сказал мне, Серый, что до среды... до среды ты подождёшь - обещал мне, что подождёшь...
СЕРГЕЙ (насмешливо). И что ты сказать сейчас хочешь - что в среду деньги у тебя будут?
КИРИЛЛ (неуверенно). Ну, я же ищу... я ищу, Серый! Еще есть два дня - есть время...
СЕРГЕЙ (перебивая). Нет у тебя времени! Во-первых, за два дня ты деньги хуй где найдёшь - если, бля, сразу их не нашел... А во-вторых, мне телефон нужен срочно... завтра нужен! А это значит, что завтра мне нужны мои деньги, чтоб я мог себе телефон купить... понятно я говорю?
КИРИЛЛ (подавленно). Понятно... и что теперь делать?
СЕРГЕЙ (снисходительно улыбается). Хороший вопрос... абсолютно правильный! Что тебе делать... Вот для этого мы тебя и позвали сейчас, чтобы вопрос этот порешать - чтобы долг твой... как там, бля, по-научному? (Смотрит на АНТОНА.) Тон! Какое ты умное слово утром говорил, когда мы в туалете были?
АНТОН. Оптимизация долга... так говорят, когда с долгом что-либо делают.
СЕРГЕЙ. Вот! (Снова переводит взгляд на КИРИЛЛА.) Мы позвали тебя, чтобы долг твой оптимизировать... (Смеётся.) Надо мне, бля, это слово выучить: оп-ти-ми-за-ци-я... хорошее слово - для решения всяких проблем. Ну... чего, бля, молчишь?
КИРИЛЛ. Кто? Я?
СЕРГЕЙ. Ну, не я же! У кого, блин, проблема - у тебя или у меня?
ИРИЛЛ (через силу улыбаясь) У меня... я же не знаю, что ты скажешь - как ты решишь... потому и молчу.
Дверь неожиданно открывается - в класс заглядывает УЧЕНИК; в руках он держит учебник литературы для 6-го класса; АНТОН и КИРИЛЛ оглядываются на дверь.
УЧЕНИК. А где Валентина Тимофеевна?
СЕРГЕЙ. Под столом, бля... хуля тебе надо?
УЧЕНИК. Мне стих надо ей рассказать - "двойку" исправить... она мне сказала, чтоб я подошел к ней после уроков...
СЕРГЕЙ. Нет её. Вали отсюда!
УЧЕНИК. А где она?
СЕРГЕЙ. Ты что, бля, не понял? Быстро дверь закрыл с той стороны! А то ты сейчас свой сраный стих нам расскажешь - на "единицу"!
АНТОН (улыбаясь, смотрит на УЧЕНИКА). На "единицу" - значит на "кол"... Серый, как твое отчество?
СЕРГЕЙ. Александрович... нах тебе отечество?
АНТОН (не отвечая, с улыбкой смотрит на УЧЕНИКА). Сергей Андреевич говорит, что может с лёгкостью поставить тебе "кол" - большой-пребольшой, если ты стих под названием "Сраный" расскажешь ему не очень качественно...
СЕРГЕЙ (смеётся). Точно! Длинный и толстый кол... будешь рассказывать?
Ничего не говоря, УЧЕНИК исчезает, закрывая за собой дверь.
СЕРГЕЙ. Испугался, бля... не захотел. (Смотрит на КИРИЛЛА). Итак, на чём мы остановились?
КИРИЛЛ (смотрит с надеждой). Ну, долг мой оптимизировать...
СЕРГЕЙ. Ага! Короче, Киря... ситуация на данный момент такая: или ты завтра же мне подгоняешь бабки и я к тебе никаких претензий больше не имею, или, если бабла завтра не будет, я включаю тебе счетчик... три процента от суммы - ежедневно, начиная с завтрашнего дня... Тон готов мне (подмигивает АНТОНУ) какое-то время давать для звонков свой телефон, но делать это за просто так ему, как ты сам понимаешь, тоже не в кайф... значит, ты будешь мои разговоры оплачивать, пока будешь деньги искать... ну, и на пиво нам ещё будет оставаться немного. (Смеётся.) На пиво и сигареты... согласись, что всё это справедливо: телефон мой ты разбил, но я же не должен сейчас из-за этого страдать... таким образом, я тебе даю ещё неделю
