Групповой секс /История моей феминизации. Часть 4. Идеальная жена.
делать минет, и вдруг почувствовала, как Равиль Маратович задирает мне юбку и стягивает мои тёплые колготки вместе с трусиками. Обнажив мою попочку, он вытащил тамнон и пристроился к дырочке членом. Когда член вошёл полностью в мой анус, я ощутила себя абсолютной шлюхой (меня трахали одновременно два мужика!).
Мужчины были нежны – Равиль Маратович ласково гладил меня ладонями по спине и животу, Наиль мягко массировал мои плечи и шею. Физрук кончил первым, и, выйдя из меня, предложил брату поменяться местами… Теперь я ласкала язычком член преподавателя, только что побывавший в моей попочке, в то время как Наиль ритмично долбил мою дырочку своим длинным красивым колом… Наконец, Наиль, застонав, кончил и сделал какой-то знак Равилю Маратовичу. Тот, вытащив член из моего рта, взял со стола связку жутко незрелых зелёных бананов (я ещё удивилась тому, зачем они их купили), и, отделив один, протянул его брату. Наиль осторожно вынул член и стал запихивать банан в мою ещё не успевшую закрыться пещерку. Банан был сильно изогнутым и очень жёстким, и, войдя в меня почти полностью, доставил мне массу неприятных ощущений.
Мужчины сели за стол. – Стой так и не шевелись, сучка! – приказал мне мой препод и принялся наливать коньяк себе и брату… Братья выпили и закусили, после чего стали играть в карты… на меня. Выиграл Наиль. Подойдя ко мне, он приказал мне вытащить банан из попки и начать его облизывать, а сам вошёл в меня и начал резко трахать. Мне было очень приятно, и я похотливо стонала, прикрыв глаза и жадно облизывая банан. Когда Наиль кончил, Равиль Маратович оторвал от связки ещё один банан и протянул ему. Тот взял его и резким тоном велел мне вернуть тот банан, который я облизывала.
– Раздвинь жопу, тварь! – рявкнул физрук из-за стола. Я, с ужасом поняв, что сейчас должно произойти, раздвинула ладонями ягодицы и изо всех сил потужила живот, чтобы попка максимально раскрылась. Я не ошиблась – Наиль начал запихивать в мою бедную норочку сразу два банана. К моему счастью, делал он это медленно и осторожно… Кагда бананы вошли почти целиком, мне было больно шевелиться – анус был растянут до предела, а шероховатые кончики фруктов немного царапали мне кишку где-то глубоко внутри. Равиль Маратович похотливо смотрел на меня; его спортивные штаны давным-давно бугрились, скрывая напряжённый кол. – Ползи ко мне, бл*дина… и нежно отсоси у меня! – сказал он хриплым шёпотом, спуская резинку штанов и выпуская на волю член. Я, виляя бёдрами (чтобы бананы не причинили мне излишней боли), подошла на четвереньках к преподавателю и обхватила губами его пенис.
Наиль, присев за стол и закурив, с любопытством наблюдал за нами. Я же вошла во вкус – облизывая и обсасывая член, я иногда выпускала его изо рта и преданно-томно смотрела в глаза своего партнёра, проводя при этом язычком по губам. Через минуту, возбудившись до предела, физрук обхватил мою голову ладонями и с силой несколько раз насадил на свой член. Я, давясь его залупой и обливаясь слезами (они хлынули из глаз как-то непроизвольно), приготовилась было глотать сперму, но… Равиль Маратович резко вытащил конец из моего рта и стал обильно кончать мне на лицо. Кончив, он приказал мне размазать его семя по лицу тонким слоем. Когда я это сделала, послышался щелчок фотокамеры мобильника – на этот раз меня сфотографировал Наиль. После этого мне велели осторожно, не задевая бананы в попе, раздеться догола (я до сих пор была почти одета, только юбочка задрана и колготки с трусиками спущены до колен), что я безропотно и сделала. Потом прозвучала команда опять встать на четвереньки, на этот раз попкой к ним. Опять щелчок фотокамеры…
Велев мне оставаться в таком положении, мужчины налили ещё по одной… Постепепенно братья перешли на какой-то незнакомый мне язык (“Татарский, наверное” – подумала я равнодушно), и вскоре, судя по звукам, я поняла, что они снова играют в карты. – И, конечно же, опять на меня, - с грустью подумалось мне…
…Я простояла абсолютно голой, на четвереньках, с двумя жёсткими зелёными бананами в попке, наверное, не менее часа… - Эй, сучка! – вернул меня в реальность голос физрука, подошедшего ко мне спереди, - соскучилась, небось? Сейчас мы позабавимся!... Я тебя выиграл и буду сверху! – его лицо светилось от радости. Я, ничего не поняв, увидела только, как Равиль Маратович, раздевшись догола, достал из шкафчика пузырёк с вазелином и начал смазывать себе член. Смазав, он передал его Наилю, который не одевался с самого начала. Глядя на этих двух сильных взрослых самцов с восставшими членами, я начала не на шутку беспокоиться… Смазав конец, Наиль лёг спиной на небольшой кожаный диванчик, свесив ноги на пол. – Медленно, сучка, вытащи бананы из своей сраки и засунь их себе в рот, - послышался негромкий голос моего преподавателя. Я подчинилась.
- Теперь насаживайся сверху на мой член! – строго продолжил Наиль. Я встала на корточки на диван и медленно села попкой на мужской конец. Равиль Маратович велел мне подогнуть ноги, чтобы стоять не на ступнях, а на коленях, а когда я сделала то, что мне приказали, он заставил меня податься вперёд и начал вводить пенис в мою уже занятую попку. Стало очень больно, несмотря на смазку, и я со свех сил стала тужиться, чтобы растянуть себе сфинктер… Наконец, головка вошла. Равиль замер, наслаждаясь моментом – я постепенно привыкала к новым ощущениям… Внезапно физрук резко подался вперёд, входя полностью. Жгучая боль прострелила мне анус, и я громко замычала от боли (если бы не бананы во рту, а бы заорала дурниной).
– Что она хочет? – спросил Наиль. – А!... Нечаянно порвал п*зду девчонке, больно… наверное, - с досадой ответил преподаватель… Мужчины, подождав немного, пока я успокоюсь, начали синхронно двигаться во вне, потихоньку ускоряя темп. Резкая боль стала более тупой и отошла на второй план, и я даже почувствовала где-то глубоко внутри едва уловимое наслаждение. Братья трахали меня, а я по их приказу в это время трахала себя в рот двумя бананами сразу. Наиль, двигаясь во мне, нежно гладил мои плечи и грудь, а Равиль – ножки и животик. Минут через пять оба мужика кончили почти одновременно. Вынув из меня свои члены, они велели мне снова встать на пол на четвереньки… Когда я это сделала, я услышала какой-то глухой подозрительный звон. Повернув голову, я обомлела от ужаса – физрук достал из пакета бутылку пива и приближался с ней ко мне. – Будь умницей, девочка… и тогда, может, тебе не будет больно, - сочувственно прошептал он, подойдя ко мне…
Я что есть силы напрягла живот, и препод начал пихать бутылку в мой широко раскрытый анус. С ужасом осознав, что бутылка ещё не открыта, и мои кишки могут быть поцарапаны ребристыми краями пробки, я напряглась ещё сильнее. Давно, ещё на семнадцатилетие, Антон подарил мне огромный фаллоимитатор (“чтобы я не скучала, когда его нету дома”). Я частенько забавлялась с этой игрушкой, но бутылка была всё-таки шире… Войдя на несколько сантиметров, бутылка остановилась, не желая залезать дальше. Тогда препод стал медленно трахать меня бутылкой, каждый раз вводя её по максимуму. Раздрочив таким образом мою дырочку, он вынул бутылку, и, обильно смазав её вазелином, принялся пихать её снова. На этот раз, введя до предела, он с силой надавил на донышко вперёд и немного вверх, и… я почувствовала, как бутылка неумолимо вползает в меня, разрывая на части. Анус, теперь, похоже, треснул заново, и новый приступ тупой боли заставил меня мучительно застонать. Препод вынул бутылку и ввёл её снова, не дав мне насладиться чувством облегчения. Моя попа изо всех сил хотела вытолкнуть инородный предмет, но Равиль Маратович предусмотрительно придерживал рукой донышко. Наконец, к моему ужасу, его извращённый ум придумал новую пытку, и, резко вытащив бутылку из моего зада, физрук перевернул её и стал засовывать обратно, теперь донышком вперёд…
Через несколько мучительных мгновений моему сфинктеру стало чуть полегче – он теперь обхватывал горлышко, а вся широкая часть уже находилась глубоко во мне. Равиль убрал руку, но бутылка не выпадала… Снова послышался щелчок. – Ещё одна фотка на память! – равнодушно подумала я. – Отсоси мне! – строго сказал Равиль Маратович, садясь на стул. Я подошла к нему на четвереньках и взяла его опавший конец в рот. – Весь в крови…