своего первого мужчину, ощутит острое наслаждение от чужого члена, скользящего внутри его тела. И обнаружит новое для себя желание снова испытывать это удовольствие.
Мысли, раздирающие меня в эту секунду, были одинаковыми по силе. Я продолжал колебаться. Мой перевозбужденный член требовал разрядки. И, вдруг, я понял. Мои сомнения не касались дальнейшей судьбы парня. Я просто сожалел, что не мой собственный член впервые проложит дорогу в тело Виталия. Похоть определила его дальнейшую судьбу…
Крепко прижав локтями колени парня, Николай подсунул ладони под его ягодицы, двигая тело Виталия к себе, стараясь поймать головкой, казавшейся просто огромной, расслабленную дырочку. Легкий толчок бедер мужчины произвел эффект разорвавшейся бомбы. Виталий почувствовал, что в него проникает что-то горячее, что явно толще пальцев, к которым уже привыкла его дырочка. К тому же обе ладони Николая сжимали ягодицы парня. Мгновенно догадавшись, ЧТО может в него входить, парень дернулся назад, приподнявшись на локтях. Виталий, почувствовав возбужденный член мужчины, вдруг с ужасом понял, что позволил раздеть себя, позволил Николаю делать с ним все, что тому хотелось. И теперь он даже не может сдвинуть ноги, широко раздвинутые бедрами сильного мужчины. Ласки для него закончились. Сейчас этот уверенный в себе самец будет получать собственное удовольствие, терзая его беззащитное тело.
- Ты что делаешь?! - Виталий пытался отпихнуть с себя Николая, - пусти сейчас же!
- Виталька, потерпи, - Николай держал ноги парня, одновременно прижимая его тело к кровати.
Виталий почувствовал, что головка хорошо смазанного члена целиком вошла в его тело. Он тщетно пытался сдвинуть ноги, надеясь остановить вторжение чужой горячей плоти.
- Перестань! - Виталий продолжал двигать бедрами, пытаясь соскользнуть с проникающей в него плоти, - Ну, пожалуйста, не надо!
- Не бойся. Я потихоньку. Сейчас все пройдет,- Николай продолжал жарко шептать, одновременно прижимаясь к раскрытой промежности, все сильнее углубляясь в лежащее перед ним тело.
- Пусти! - парень ожесточенно вырывался, стараясь не смотреть на склоняющееся над ним лицо мужчины, - пусти, сейчас же!
Парень тщетно дергал ногами, стараясь найти точку опоры, приподнимаясь на локтях, пытался выскользнуть из-под давящего на него сверху тела. Любое движение Виталия только ухудшало ситуацию. Кольцо сфинктера, уже пропустившее головку, не могло сдержать вторжение хорошо смазанного члена, помноженного на многокилограммовый вес тела взрослого мужчины. Мне было хорошо видно, что половина члена Николая уже скрылась в теле парня.
- Я не хочу! - в последнем усилии Виталий дернулся в сторону, пытаясь соскочить с проникающего в него живого копья.
Мышцы на теле мужчины напряглись, возвращая раскрытые бедра парня на прежнее место. Из-за спины Николая были видны только бессильно дергающиеся ноги Виталия, которые Николай пытался удерживать в разведенном положении, отталкивая их локтями. На долю секунды Виталий замешкался, собираясь с силами. Николай, ждал этого момента и тут же воспользовался этим. Загорелая задница Николая резко качнулась вперед, прижавшись к широко раскрытым бедрам парня, вогнав в него оставшиеся сантиметры члена. Яйца мужчины плотно прижались к телу Виталика. Весом своего тела Николай прекратил безуспешные попытки парня вырваться и, расставив ноги, лишил его последней возможности сдвинуть бедра вместе. Виталий еще пытался сопротивляться, пытаясь отпихнуть ногами навалившееся на него тело. Однако, момент, когда парень мог хоть как-то повлиять на дальнейшее, ушел безвозвратно. Виталий проиграл. Крепость, которую так защищало его оскобленное мужское начало, пала …
- Все, тихо, Виталька! - Николай шептал слова, обжигая ухо Виталия своим жарким дыханием, - Все-все. Тихо. Успокойся. Я уже внутри…
- Пусти, пожалуйста, пусти - парень, казалось, не мог поверить в то, что произошло, - я не могу так, больно!
- Слушай меня, только спокойно, - Николай, удерживая руками голову Виталика, смотрел ему прямо в глаза, медленно проговаривая каждое слово, - Слушай!
Он развел руки парня, с силой прижав их к кровати.
- Все хорошо… Успокоился? Слушай, - Николай медленно проговаривал слова, словно гипнотизируя парня, – Не дергайся, теперь все равно не соскочишь. Я тебе уже по яйца засадил.
- Отпусти, пожалуйста, - голос Виталика задрожал, - мне больно. Я так не хочу.
- Сейчас твоя дырочка привыкнет, - Николай, продолжал, словно не слыша слова парня, - Я знаю, что тебе понравится. Я сам в попку люблю давать. Это - ни с чем несравнимое удовольствие.
Виталик затих. Еще несколько секунд назад он даже не мог предположить такого варианта событий. Ему просто было хорошо. Конечно, то, чем они занимались, было не совсем обычно. Но это выглядело детской забавой. Даже, пусть с участием взрослого. И вот, совершенно неожиданно для себя, он уже лежит, расставив ноги, лишенный всякой возможности двигаться. Его мечты о сексе с девчонками, мечты о том, как он будет входить в них, наслаждаясь чувством полной и безраздельной власти над их телами, внезапно преобразились в чудовищно искаженную реальность. Он сам, не смотря на свою принадлежность к "сильному" полу, оказался в их роли, плотно насаженный, подобно мотыльку, на этот символ мужского превосходства, принадлежащий другому. Было ужасно стыдно за свою слабость. И больно за то, что его сопротивление, желание отстоять свою мужскую честь, оказалось сломлено за какие-то несколько секунд. Что другой мужчина будет использовать его тело для удовлетворения своей страсти, использовать как дев
чонку. Особенно обидным казался этот короткий, завершающий толчок члена Николая, который окончательно закрепил проигрыш парня. Много раз Виталий представлял себе этот мощный финал мужского вторжения в своих воображаемых подружек. Лежа на кровати, он со сладостным наслаждением пробовал этот сильный удар бедрами, вбивающий член в женские глубины. А теперь таким же сокрушающим толчком чужой член ворвался в его собственное тело.
Однако, мир не перевернулся. Небо не упало на землю. Боль в дырочке была вполне терпимой. Живое тепло находилось внутри него. Оно шевелилось, жило своей жизнью, рождая странные ощущения, оказавшиеся неожиданно приятными, вызывая незнакомое чувство наполненности посторонним предметом. Тем более, вот он, Николай, который утверждает, что в него тоже много раз входили другие мужчины.
- Виталька. Тебе очень понравится, - Николай медленно целовал губы парня, - все будет хорошо. Ты просто не представляешь – как тебе будет хорошо. Доверься мне. Надо всего лишь разок попробовать…
Любой, кто смог бы заглянуть в этот момент в комнату, сразу бы узнал знакомую картину соития. Смуглые бедра Николая тесно прижимались к широко раскрытым, незагорелым ногам парня. Оба тела были неподвижны, что, вероятнее всего, означало самое начало любовной схватки. И только при более внимательном взгляде можно было разобрать, что бледные ноги как-то чрезмерно мускулисты для женщины. Да и тело, распростертое на кровати, не имеет привычных женских округлостей. И окончательно рассмотрев все детали, наблюдатель бы понял, что пара состоит из представителей одного пола. Ханжа бы немедленно убежал с проклятиями, желая, как минимум, сжечь этот вертеп с парой извращенцев.
Я уже гладил собственный орган, дрожа от возбуждения присутствия при волнительном моменте - моменте, когда парень впервые познает процесс проникновения в его тело чужой плоти. Когда смущение и боль первого проникновения уступает место наслаждению, доставляемому присутствием в теле живого члена. Как и в абсолютном большинстве подобных совращений сработала крайне странная особенность мужского организма, желание сопротивления вторжению исчезает почти сразу же после того, как пассив убеждается, что боль явно преувеличивают. А любопытство получить новые ощущения выходит на первый план, когда простая мысль пронзает мозг: чего дергаться – раз уже вставили?
Окончательно насладившись первым моментом победы, когда потревоженный анус пытается снова закрыться, непроизвольно сжимая член, и, убедившись, что парень успокоился, Николай потихоньку пошевелил бедрами, погружаясь в Виталия. Член Виталика, еще недавно стоявший, теперь безжизненно висел небольшой колбаской.
-
