с довольным выражением на лице, попросила меня согнуть травмированную ногу в коленном суставе. Приподняла забинтованное бедро, для снятия вчерашней повязки, на которой, местами, были видны пятна уже спекшейся темно-коричневой крови.
После этого, мне снова пришлось ощутить сильную боль в моменты, когда Люба начала отрывать, смачивая перекисью водорода, присохшую в некоторых местах к ранам марлю. На вскрытых ранах был виден положительный результат, они кое-где кровоточили, но не загноились и начали слегка заживать. Обработав раны, как следует еще раз, Люба не спеша закончила новую перевязку и помогла мне одеться.
А уже, перед тем как со мной проститься, она ласковым с игривыми нотками тоном сказала: сегодняшняя "перевязка" у нас прошла отлично! Хотя интим здесь следовало бы как-то отделить и может быть поставить на этом "точку", но все-таки думаю, что не жирную, а с многоточием ..…да? После этих слов, проводив меня до крыльца, она уже с изменившейся интонацией, в которой ощущалась некоторая тревога, добавила: я, конечно же, надеюсь на твою порядочность и поэтому все, что здесь было между нами, пусть для других останется тайной, хорошо? На это я ей честно ответил, можешь не переживать и не сомневаться все так и будет. А завтра жди меня в это же время на очередную перевязку, надеюсь также, что она опять пройдет с интимным многоточием…
От полученных лечебных и незабываемых интимных процедур, в моей юной душе зародилось к Любе очень теплое чувство, которое легко могло перерасти в настоящую любовь, стоило ей только этого захотеть. Я смотрел на нее как на близкого и почти родного мне человека, и чем бы все это могло закончиться неизвестно, но как оказалось у Любы были несколько другие взгляды на наши отношения, более зрелые и практичные.
Она проводила тонкую линию поведения, соблюдая в отношениях со мной определенную дистанцию, и предложила рассматривать данную ситуацию как любовную. Трезво поразмыслив над всем этим, на грустном фоне маячившей скорой и долгой разлуки. Я, постарался унять в душе свою страсть, придя к выводу, что Люба действительно права и нам будет лучше оставаться, просто любовниками не связывая себя какими либо обязательствами на будущее.
На следующий день меня с самого утра начал мучить "столбняк", стоило только чуть копнуть в памяти вчерашние, интимные процедуры на кушетке и мой член в штанах вставал колом! От долгого воздержания, внизу моего живота начались резкие боли, будто меня сильно ударили в пах, едва я успокаивался и отходил от этого состояния, как через какое-то время все тоже самое повторялось у меня вновь.
Дождавшись, кое-как обеда, с мыслями об "интимном продолжении" я поспешил на перевязку и пока шел по улице к медпункту, мой неугомонный с утра член, снова оказался на взводе. Войдя в кабинет к Любе, я поздоровался с ней, она тоже поздоровалась в ответ, и тут наши взгляды встретились, в них все было ясно без слов! Проходи в процедурную комнату, сказала мне Люба, и пошла туда следом за мной.
Войдя в процедурную, Люба сразу скинула с головы свой накрахмаленный колпак, потом быстро расстегнула пуговицы на халате и, распахнув его полы, прильнула голым стройным телом ко мне, отдавая себя в объятия! Мы, теряя рассудок, от всего отключившись, начали страстно целоваться в губы, крепко обнимая друг друга. В порыве страсти, моя рука скользнула вниз к ее промежности, ладонь оказалась на лобке и по кудрявому меху опустилась на половые губы, пальцы сразу попали во влажную щель уже готовую к интиму, легко проникнув глубоко внутрь.
И тут Люба захотела, чтобы я помассировал ее груди и соски, она, оторвавшись от моих губ, ладонью приподняла грудь, приблизив сосок к моему лицу и, попросила сделать то, что я делал ей вчера. Я, не колеблясь, сразу взял сосок в свои губы и втянул его глубоко в рот, после чего посасывая, стал играть с ним во рту кончиком языка. Продолжая разминать и гладить быстро размокшие от обильно сочившейся смазки половые губы, раскрывать их пальцами, с нежностью скользя по выпиравшему бугорком клитору, а затем и другим эрогенным местам ее смачной расселины!
Меня обуревало сильное желание, попробовать еще раз то "извращение", которое я впервые испытал на себе вчера. Просить об этом Любу, мой язык не поворачивался, но видимо мощная энергия моего желания оказывала свое действие без всяких слов! И я услышал как она, тихо прошептала мне на ухо: Ложись на кушетку и если хочешь, я сделаю тебе приятное, тоже, что я делала вчера…, конечно, хочу и даже очень! Тут же сорвалось у меня с языка, сделай!
Я отпустил Любу, быстро снял бриджи и рубашку, отбросил их на стул, лег спиной на кушетку, и сразу сдернул с себя плавки, освободив свой измученный от долгой стоячки член, остро нуждавшийся в срочной интимной помощи! Люба была рядом, и не отводила от меня глаз. Увидев твердо стоящий член с плотно налитой головкой, она сразу нагнулась к ней, припала губами к ее гладкой, теплой кожице, без раздумий взяла в рот и с большим желанием начала сосать, издавая звуки страсти, не передаваемые словами! А своей ладошкой Люба гладила основание члена и мошонку с яичками.
Продолжая энергично ласкать член, не выпуская его изо рта, Люба свободной рукой задрала полу своего халата выше талии на спину, открыв моему взору красивые округлые ягодицы, плавно переходящие в стройные слегка загорелые ноги, а затем нащупала мою руку, взяла ее у запястья, потянула к себе и прижала ладонь к бедру. Ее жест был понятен без слов, я приподнялся на кушетке, и вскользь по гладкой загоревшей коже бедра просунул свою ладонь в пах, к источающим влагу и жар половым губам! Нежно поглаживая губы, аккуратно развел их так, что мои пальцы оказались глубоко между ними и легко заскользили по мягким, влажным, обволакивающим стенкам вагины, подушечками касаясь ее клитора.
Любе было хорошо, она прогнулась в пояснице, и сразу повернула, насколько смогла ягодицы, для лучшего доступа вглубь половой щели, моих пальцев. Я, испытывая эйфорию от орального секса, в ответ тоже старался доставить Любе как можно больше приятных ощущений. Своей ладошкой нежно ласкал мокрую промежность и половые губы с плотно налившимся клитором, выпиравшим наружу у их основания, а затем, не останавливаясь, плавно переводил пальцы в половую щель, массируя быстрыми движениями руки, эластичные хорошо смазанные стенки внутри, неустанно повторяя все эти действия раз за разом снова!
А Люба тем временем успевала удачно двигать ягодицами, направляя интимные ласки в нужное русло. Испытывая все больше удовольствия, она с неутолимой жаждой продолжала заниматься моим членом, иногда глубоко брала его в рот и водила по нему своим языком, а иногда выпускала до венчика и начинала жадно, ласкать губами головку и ее макушку, облизывая вокруг языком с причмокиванием, словно это было для нее любимое лакомство!
Пытаясь хорошенько рассмотреть сквозь мешавшую прядь волос, что она вытворяет губами и языком с моим восторженно вздыбленным членом. Я остановил свой взгляд на красивых, слегка колыхавшихся грудях Любы, с торчащими от возбуждения сосками. Не отводя от них глаз, поднес свою свободную ладонь к ближней из грудей, а потом, легонько обхватив, стал нежно массировать пальцами разбухший сосок и вокруг него, усиливая острые ощущения.
С большой охотой, продолжая взаимные ласки, мы накаляли страсти, энергетика душ сливаясь воедино, довела наши чувства и эмоции до точки высшей напряженности, за которой последовал, глубокий, яркий как молния в ночи, общий оргазм!!! Мы, испытав этот неописуемый восторг любви, все еще не насытились досыта друг другом и после небольшой паузы, вновь продолжили заниматься сексом.
Люба заняла, позицию сверху, ту же самую, что и в прошлый раз, продвинула свою хорошо раздразненную до этого половую щель к головке, впустила в нее мой неугомонный член и уперлась ладонями в топчан. Почувствовав внутри себя крупную по сравнению с пальцами и крепкую плоть, Люба застонала и взбодрившись стала энергично двигать тазом. Она, с наслаждением не снижая темпа, хлопала булками пышных ягодиц по моим бедрам, а ее пышущая жаром расселина раз за разом, скользя с хлюпаньем, нанизывалась на мой член по самые яйца и быстро соскакивала с него обратно до головки!
Задавая очень хорошую трепку моему члену, издававшая громкие стоны Люба, сбивала с него гордую спесь и неотвратимо приближала момент очередной капитуляции с выбросом живительного семени. Я тоже с большим желанием, энергично двигал свои бедра навстречу ее пышным ягодицам, толкая очумевшую головку вперед в самое пекло, а ртом и раскрытыми губами пытался ловить соски, торчащие как спелые вишни на колыхающихся грудях Любы!
Такая сильная взаимная охота, при полной гармонии в действиях, одарила нас восторгом любовных чувств и накрыла крепким экстазом, быстро переросшим в очередной глубокий и долгий оргазм!
Приходя в себя после этого восторга! Какое-то время мы оставались во взвинченном состоянии, продолжая обниматься и целоваться. Но постепенно кипевшие страсти улеглись, и мы наконец-то приступили к очередной перевязке. Я уже знал, что от меня требуется при этой процедуре и поэтому без подсказок правильно подставлял и держал свои раненые конечности, морально подбадривая действия Любы словами.
В разговоре со мной она отметила, что процесс заживания с затягиванием кожного покрова идет нормально, и провести очередную третью перевязку… назначила на следующий день, в это же время. Хотя, забегая вперед нужно сказать, что эти перевязки с "интимным продолжением", тайно происходили у нас и все последующие дни, до самого призыва меня на службу в Советскую Армию.
Все у нас случилось как в пословице, "Не было бы счастья, да несчастье помогло". Это был медовый месяц, и когда раны у меня немного зажили мы, занимаясь сексом, стали экспериментировать и делать это в разных позах и разными способами!
Люба, не теряя чувства собственного достоинства, меня многому научила в сексуальном плане, а открытость и правдивость в ее характере, были тоже достойны для подражания. То, что в молодости на моем жизненном пути оказалась такая добрая девушка как Люба, достаточно откровенная и честная, по крайней мере, в отношении меня, было конечно подарком судьбы. При наших встречах, она не навязывала свою любовь, не требовала от меня каких-либо жертв и не интриговала, в отношениях с ней я не чувствовал фальши и эгоизма.
За время нашего общения я понял, что у Любы в городе остался мужчина, с которым не все сложилось так, как она мечтала и желала. Этот мужчина был по-прежнему ей дорог, и Люба не теряла надежды в ближайшем будущем связать с ним свою судьбу, чего во время нашей последней встречи я честно и от всей души ей пожелал.
Получая в армии письма из дома, я узнал, что Люба, проработав сельским фельдшером еще пару месяцев после нашего короткого любовного романа, смогла без негативных для себя последствий уволиться с работы и уехать обратно в свой родной город.
Сельчане говорили, что там она вышла замуж, а как уж сложилась ее дальнейшая судьба мне неизвестно, хотя я надеюсь, что такой неординарный человек, как она, в целом, должна пройти свой жизненный путь вполне достойно.
