Воздухом подышу.
И Тим, поцеловав мать, раздвинул кусты и вышел с поляны прямо к реке. Он сделал пару прыжков и бухнулся с разбега в воду. Мать услышала радостные всплески и довольные звуки сына. «Господи, какой же он ещё ребенок!» - подумала она. Тимка с удовольствием плавал в речной воде, норовя достать со дна красивую ракушку. Солнце припекало, но он не чувствовал этого. Вода была теплой и прозрачной. В освещенной водной глади невооруженным взглядом было видно, как некоторые рыбы играли на глубине. Время летело незаметно. Тимка, вдоволь наплававшись, вышел из воды и зашел на поляну. Мать лежала под кустом, чтобы солнце не опаляло её. Она сняла своё платье и сейчас лежала в трусиках и в белом дородовом бандаже. При виде такой картины, у Тимки моментально встал член, но, видя, что мать отдыхает, он молча прилег рядом на спину, подставив свой живот и плавки палящему солнцу. Он закрыл глаза и тихо лежал.
- Ну, что? Красивая я? – услышал он вопрос матери.
- Ты очень красивая и сексуальная, мамочка. – ответил Тимка, не открывая глаза.
- И даже сейчас, когда я дала тебе? Даже сейчас ты любишь меня? – вновь спросила она.
- А что изменилось? – спросил сын и, улыбнувшись, продолжил. – Я просто узнал тебя больше и глубже.
- Пошляк! – услышал он смех матери. – Ну, положим, я, конечно, сама виновата…
- Да ни в чем ты не виновата, мам! – начал было Тимка.
- Ты плавки-то сними! – перебила его мать. – Пускай тело дышет…
Тимка легким движением снял с себя плавки и лег, чувствуя прекрасное дуновение ветерка, обдувающего нагое тело. Солнце припекало и его теплые лучи ласково «гладили» Тимку. Под это блаженство он не заметил сам, как задремал. Он не помнил, сколько он спал, но проснуться его заставило нежная приятная истома, охватившая низ живота. Тимка открыл глаза и посмотрел на свои ноги. Он увидел материнские руки, ласкающие его живот. Голова матери погружалась на его член. Её язык щекотал уздечку и играл с членом, перекладывая его из стороны в сторону, словно конфету.
- Оу, мамочка… - застонал Тим. – Ты просто прелесть! Мне так хорошо… Такое блаженство…
- Мммм… какой он у тебя стойкий. Как у отца! Такой толстенький и головка такая острая. Как копьё прямо…
- Давай, мамочка, соси его! Ты просто волшебница! – стонал Тим.
- Мммм…ннн…ннн…ааааннн… - ритмично насаживалась мать.
Сейчас она положила член на язык и, откачав воздух, нежно елозила ртом, заглатывая воздух на выходе члена.
- Дддааа… Мамочка, да! Я люблю тебя! Родная… - стонал сын, обняв руками голову матери.
Он был наверху блаженства, когда очередное движение губ взорвало член и наполнило рот матери белой и густой спермой её сына.
- Мммм… - зарычала она, не раскрывая рот и глотая всю порцию. – Уууу…фффф… Ну, ты круто кончаешь, сынок! Такая она у тебя вкусная… Немного солененькая…
Тимка лежал и ловил кайф. Живот и ноги периодически немного содрогались. На лице была приятная истома, он улыбался, нежно шебурша голову матери.
- Спасибо, мамочка… Да, ты мастер своего дела… Недаром отец тебя так неистово трахает… Да этот доктор ему в подметки не годится!
В этот момент Тимка почувствовал, как член, находившийся всё это время во рту матери, выпал изо рта. Мать подняла свое лицо и смотрела на сына.
- Ты серьезно всё видел? – спросила она.
- Конечно видел, мамочка! – утвердительно произнес сын.
- Понимаешь, зная отца… - начала было мать. - …Одним словом, мне бы не хотелось, чтобы отец узнал об этом.
- Да не волнуйся, не узнает! Я тоже не хочу ваших с ним разборок. Ещё не известно к чему они могут привести. Только…
- Что «только»? – перебила мать.
- Только… Давай становись рачком, мамочка. – деловито произнес Тимка, поднимаясь на колени. – Буду тебя дальше осваивать. Как там поживает наш анал?
Мать оценивающе посмотрела на Тимку, затем что-то про себя решила и в итоге произнесла:
- Ладно, видимо, я попала между двух огней… Можно мне бандаж не снимать, или…?
- Разрешаю… - снисходительно произнес Тимка.
Мать сняла трусы и приняла позу, указанную сыном. Тимка медленно подошел к ней сзади, обхватил её ягодицы, помял их. Затем он медленно смазал слюной свои пальцы и, вальяжно плюнув на шоколадный глаз, растер слюну пальцами.
- Да, мамочка! Чувствую, до меня здесь побывало народу не мало. – произнес он, приставляя член к анусу и надавливая на него.
- Мммм… ооууу… - услышал он.
- Терпи-терпи… - властно произнес он, толкая член вперед. – Это я ещё не весь его ввел.
- Оооуууу… - стонала мать, уткнувшись головой в траву. – АААааа…оооооууууу…
- Йес-йесс… - подражал Тимка словам доктора.
- Аааауууу… - терпела мать и, превозмогая боль, насаживаясь на вздыбленный член сына.
- Классно подмахиваешь, мамочка! – обрадовано говорил сын и ритмично вновь и вновь вгонял свой кол в материнское дупло.
- Оооййй… сыночек, аккуратнее… - стонала мать. – Я же родить могу… внезапно…
- Не родишь! Доктор сказал, что матка в умеренном тонусе… - отвечал сын, продолжая трахать мать.
- Ооойййй… АААаааанннн…нннмммм…ААААйййй… - стонала мать и молча терпела боль, понимая, что попала на крючок.
Между тем, Член Тимки начал усиленно пульсировать и извергать сперму внутрь матери.
- О, черт… Ааааууу… как хорошо-то… Ууууу! – выл Тимка, продолжая вгонять член до упора и выдаивая из него всё до последней капли.
Мать, продолжая стонать, насаживалась на член и чувствовала, как сперма вытекает из ануса и стекает по ногам.
- Возьми его! – приказал Тимка, вытаскивая член и подставляя ко рту повернувшейся матери.
- Мммм… - застонала мать, засасывая его и высасывая последние капли спермы.
- Вкусно? – смеялся Тимка. – Наедаешься?
- Мммм… Ддааа… - стонала мать.
- Высасывай его весь, оближи всего! – командовал Тимка. – Про яйца не забудь!
Мать полностью вылизала весь член и его окрестности.
- Ууфф… - обессилено рухнул на траву Тимка. – Как здорово!
Рядом на траву повалилась мать. Её лицо было всё измазано в сперме, губы и ноги слипались от слизи. Она была вымотана и лежала неподвижно. Малейшее шевеление вызывало у неё неприятную ломкую боль. Губы сводила неприятная ноющая боль, вызванная напряжением мышц при минете. Одним словом, наша парочка лежала и отдыхала от трудов праведных.
Прошло около часа, прежде чем мать обнаружила, что Тимки нет на месте. Однако, она успокоилась, когда услышала всплеск воды и радостные возгласы резвящегося сына. Её тело уже не болело, а засохшая сперма походила на какую-то чешую. На поляну вышел Тимка и принес полную бутылку воды.
- На, мам, подмойся! – протянул он бутылку со словами.
- Спасибо, сынок… - приняла она бутыль.
Конечно же, одна бутыль не смогла полностью смыть остатки былого разврата, и Тим еще дважды ходил и набирал её. Когда процедура омовения была закончена, парочка стала собираться домой.
- Ма…! – произнес Тимка.
- Да, сынок? – повернулась мать, одевая платье.
- Спасибо тебе за всё!
- Не за что! – улыбнулась мать. – Обращайтесь, если что.
И наша парочка вышла из тростника и мирно зашагала домой.
- Кстати, мам! – произнес Тим по дороге.
- Да, дорогой?
- Ты позвони доктору и попроси у него эту видеокассету.
- Хммм… негодник. – улыбнулась мать. – И тогда мы с тобой в расчете? Ты не скажешь отцу?
- Ну, если ты заберешь эту кассету, то… пожалуй, да, я не скажу отцу! – утвердительно сказал сын.
- Ну, тогда сегодня же позвоню! – заверила его мать.
Набережная уже заканчивалась, редкие влюбленные пары наслаждались вечерней прохладой. Пение кузнечиков уже начинало уступать сверчковым трелям, и лишь рыбаки, по-прежнему молча, стояли и внимательно следили за своими поплавками, в глубине души завидуя тем, кто поймал большую рыбу, чем они сами.
