винт до упора.
- УУУффф… ффф… - стонала мать и на её уже раскрасневшемся лице выступили капли пота.
- Ты её крепко держишь? – обратился он к Кириллу.
- Ещё бы! Не волнуйся, не выпущу… - возбужденно отвечал тот.
- Смотри, чтобы она не дергалась! Ну, я расширил. Теперь тужься! – скомандовал он.
- УУУМММФФФ…ТТТААааа… - потужилась мать, и на её лице выступил уже обильный пот.
- Воооттт она… - радостно воскликнул сын. – Шейка вылезла!
- Дай посмотреть! – возбужденно попросил Кирилл.
- Подожди… - деловито отвечал Тим, наслаждаясь моментом.
- УУУФФФ… ффф…ффф – дышала мать. – Ну… Рассмотрел мою шейку?
Тимка чувствовал себя в данный момент гинекологом и вообще профессором медицины.
- Нет… Давай ещё! – скомандовал он, когда мать пыталась отдышаться.
Мать сделала очередную потугу, и шейка вновь вылезла наружу. Тимка пытался ухватиться за шейку, однако шейка и рука были в слизи и последняя не могла удержать первую. Не долго думая, сын взял простынь, вытер руку и, держа её в руке, потянулся к шейке, но в этот момент мать в очередной раз сбросила потугу и лежала, учащенно дыша.
- Оохх… мальчишки… в матку зеркало упирается… уууффф…- стонала она. – Не могу больше… Тимка, сынок, вытаскивай его уже… больно…
- Давай, тужься ещё! – скомандовал он.
- ОООППП… кобелии… ффф…ТТТппп… - потужилась мать.
В этот момент Тимка набросил простынь на шейку и буквально схватил её, словно титьку коровы при дойке.
- ООО!... – вскричала мать и дернулась, пытаясь вырваться. – МА…Мамочкиии…!
Однако Кирилл держал её мертвой хваткой.
- Держишь её? – строго спросил Тим, удерживая рукой шейку.
- Намертво! – ответил Кирилл. – Не вырвется…
- МА… Мамочкиии!… - кричала мать.
- Я её за шейку держу. – холодно произнес Тим. – Пускай почувствует, что такое возможно.
- Да ну! – не поверил другу Кирилл и посмотрел вниз. – Ого! Я вижу её!
Однако, вскоре крики матери переросли в стоны.
- Воотт… - холодно произнес Тим. – Пик боли прошел… привыкли…
- УУУффф… - стонала мать. – ОООттт…пустии… извращенец… ООУУУ…ффф…
- Поругайся… давай-давай… Быстрее боль пройдет. – произнес Тим, продолжая удерживать шейку. – Да, я извращенец… как и ты… самой же интересно…
- УУУммм… нннммм… - уже спокойные стоны матери были ответом.
- Ну, пришла в себя? – с интересом спрашивал сын. – Можно дальше работать?
- МММ… ННН..ддааа… - стонала мать.
- Хорошо… - деловито произнес Тимка. – Сейчас Кирилл тебя отпустит, а ты не вздумай дергаться. Хорошо?
- НННддд…АААййй…ффф… - стонала мать. – Хорошо...
С этими словами Кирилл отпустил руки матери, продолжая удерживать ноги подмышками. Мать на удивление спокойно высвободила руки и стала немного их разминать.
- Ну и хватка у тебя… Совсем пережал мне руки… - произнесла она массируя руки.
- Ну, размяла их? – спросил Кирилл.
- Да, вроде… - простонала мать.
- Тогда держи себе ноги стопа к стопе и запрокидывай их себе к груди. – произнес Кирилл. – Мне страсть как хочется посмотреть, что там у Вас, женщин.
Мать послушно уперла ноги стопа в стопу и прижала ноги себе к груди, кряхтя и стоня при этом. В результате в руках у экспериментатора оказалась полностью шейка.
- Ну, снимаем повязку? – произнес вопрос Тимка.
- Да, давай посмотрим! – возбужденно поддержал друга Кирилл.
Тим аккуратно, пожалуй, впервые за всё время траха, разжал ладонь и увидел на пропитанной соками простыне небольшие желтовато-оранжевые капли. Это были выделения из матки. Снять простынь с шейки оказалось легко. В момент полного освобождения мать стонала и с силой удерживала ноги, чтобы не сжать их. Ей приходилось терпеть боль от упиравшихся створок зеркала в нижний маточный сегмент, но это было не так сложно, как то, что ей ужасно хотелось помочиться, благо выпитая на кухне вода давала о себе знать. К тому же, это второе обстоятельство опять-таки особым образом играло на руку «экспериментаторам». Дело в том, что полный мочевой пузырь выталкивал матку «к осмотру», что врачи применяют и в практикующей медицине. Как бы там ни было, она лежала, раскинув ноги, согнутые в коленях и притянутых к животу, груди были жестко выдоены и блестели и слипались от молозива, а, апофеозом всего, была высунутая из влагалища шейка матки, блестевшая соками и, не желающая заходить обратно внутрь х
озяйки, выпираемая раздувшимся мочевым пузырем.
Тимка заботливо взял шейку в руку и посмотрел на неё.
- Смотри, какая она… - произнес он, показывая её Кириллу.
- Да, супер! Можно мне подержать?
- Возьми её, подержи… - Тимка убрал свою руку.
Кирилл возбужденно взял в свою руку шейку и…, прильнув к ней губами, стал полизывать её языком.
- ОООууу… мммнннн… аааанннн… - раздались стоны матери. – Ещё… ещё прошу… ещё…
И он продолжал лизать её, в ответ на всё большие стоны матери. В ответ на его ласку, шейка приобрела ярко розовый оттенок и, налившись притоком крови, увеличилась в размерах.
- Ух ты! – воскликнул Кирилл.
- Да, а ты как думал… мммннн… - стонала мать. – Мы, бабы, ласку любим. Оууу…мммннн…
В этот момент к Кириллу подсел Тим.
- Сейчас будет ещё лучше… - произнес он и, переняв из рук друга шейку, начал вставлять указательный палец в цервикальный канал и надавливать на него.
- МММ… нннааа… - застонала мать. – Мальчики… всё… не могу больше… уууффф…
- Чего ты не можешь? – сухо спросил сын.
- Сил нет! В туалет, ссать хочу… - выпалила мать.
- А как я ввожу тебе не больно? – спросил сын.
- Нет! Я просто ссать хочу, мальчики… - отозвалась мать.
- Ну, ладно, потом продолжим… - снисходительно сжалился сын. – Иди в туалет!
С этими словами мать отпустила затекшие в коленях ноги и, аккуратно опустив их, спокойно полежала, приходя в себя. Шейка, еще недавно выпиравшая из влагалища, вновь спряталась внутри. Мать тихонько слезла с дивана и поплелась в туалет. Ну а «экспериментаторы», когда ушла мать, о чем-то шептались и хихикали. Потом Кирилл молча встал и направился в ванную, а Тимка включил видеокассету дальше…
