Таня в такт Витькиных движений сама ритмично подавалась попкой ему навстречу.
Сколько времени Витька так елозил, он не знал. Таня вдруг похлопала Витьку ладошкой по голой попке и зашептала в ухо:
«Ну, ладно, хватит, а то живот уже устал. Слезай».
Витька послушно скатился с Тани и стал натягивать свои трусики. Таня одернула подол своего платьишка, закрывая низ живота и ноги до коленок, и села. Витька опустился рядом с ней. Таня притянула его к себе и неумело чмокнула в щеку.
В метре от них с широко раскинутыми ногами лежала Аня, а на ней между ее ног мерно поднималась и опускалась голая Мишкина попка. Когда она поднималась, становилась видной Анина раскрытая ярко красная щелочка и Мишин напрягшийся «писюн», который тут же нырял обратно в Анину дырочку. При этом раздавалось «Шлеп» и яички закрывали собой щелочку Ани. Около них в ногах сидела Наташа, Анина сестра – близняшка и с интересом наблюдала за происходящим. Чуть поодаль расположились Галя и Борис. Все там происходило то же самое, что и у Ани с Мишей, с той только разницей, что время от времени Галя вскидывала вверх ноги и тогда раздавалось ее громкое: « Ах!». Рядом с ними сидели Ира и Оксана. Они очень живое участие принимали в происходящем, заглядывая им между ног и комментировали со смехом действия Бориса. Галя им отвечала, одновременно то похлопывая Бориса по прыгающей попке, то по спине. Вдруг Ира дернула Галю за ногу и капризно запричитала:
«Галька, ну хватит тебе! Я тоже хочу. Пусти Борьку».
Галя в ответ только крепко обхватила Бориса руками за спину, вскинула в очередной раз свои ноги высоко вверх.
«Ну, Галька, имей совесть!» — настойчиво тыкала кулаком ее в бок Ира:
«Хватит уже.Я же тоже хочу. Ну что ты!».
Галя, наконец, смилостивилась и, похлопав Бориса по голой спине, толкнула его в бок с себя. Борис вынул своего «молодца» из Гали и скатился с нее, улегшись рядом на спину, попка его угнездилась на колени сидевшей около Оксаны. Его мокрый член гордо дыбился у живота, открытая освобожденная от кожицы головка доставала почти до пупка. Борька дурашливо засмеялся, мышцы живота напряглись, член оторвал свое напряженное тело от живота и едва не уперся в подбородок Оксаны. Задержался на секунду вверху и снова вернулся на свое место на Борькином животе. Галя уже откатилась в сторону, уступая место на подстилке Иришке.
Она легла, вытянувшись на одеяле, задрала почти до самого горла платье и, приподняв попку, быстро сдернула трусики и развела ноги в стороны. Вся пунцовая от смущения, Оксана резко столкнула Борькину задницу с колен и вскочила на ноги. Борька дурашливо хохоча, скатился с коленок Оксаны и перекатился на Иришкин открытый живот. Она хихикнула и еще шире развела ноги. Борис поерзал, устраиваясь поудобнее, и направил своего, все еще сохраняющего твердость, «молодца» в Ирину дырочку.
Ира, несмотря на свои десять лет, уже не в первый раз впускала в свой «гротик» любопытных посетителей. И теперь, когда головка Борисова члена стала раздвигать ей губки и погружаться в глубину, Ира в предвкушении приятных ощущений, подалась попкой на встречу. Ее ладошки легли на спину Борису, а ноги ее, согнутые в коленях, вздыбились вверх.
Когда Борис плотно прижался к низу ее живота, полностью погрузив член в нее, Ира ойкнула, резко опустила ноги на одеяло. Руки ее попытались столкнуть Бориса с живота. Видимо, член четырнадцатилетнего крепыша был для нее все-таки несколько великоват. Попка Бориса стала ритмично подниматься и опускаться. В такт ее опусканиям Ира ойкала и прикусывала свои губы. Оксана снова опустилась на пол в ногах у Бориса и Иры, и с интересом стала наблюдать, как Борисов член то появляется, то снова полностью исчезает в Ириной дырочке. Галя тоже сидела на полу, только возле головы Иры. Согнутые ее ноги были полностью накрыты подолом платья, Подбородок ее лежал на охваченных руками и плотно подтянутых к груди коленях. Глаза ее устремлены были на Иру и Бориса.
Все чаще и резче поднималась попка Бориса. Ира теперь уже не просто «айкала» в такт этим движениям, а болезненно вскрикивала и недовольно морщила свой курносый носик, когда Борис особенно глубоко загонял в ее недра своего «молодца». И вот, когда Борис уже совсем разошелся, Иришка вдруг запросила жалобным голосом:
«Боря, хватит! Слезь».
Боря в ответ только еще энергичнее задергал попкой.
«Борька, ну хватит уже! Больно!» — настойчивее повторила Ира свою просьбу. Борис удивленно глянул ей в глаза и продолжал размашисто погружать в нее свой «штырь». Ира судорожно сжала свои ноги и еще настойчивее и громче произнесла:
«Ну, хватит же, говорю!» Руки ее уже пытались столкнуть Бориса на пол. Борис не унимался.
«Борька! Ну, хватит уже!» — перешла на крик Иришка. Ей на помощь устремилась с одной стороны Оксана, а с другой – Галя. Общими усилиями они стащили Бориса с Иры. Он лежал на одеяле. Ноги его были разведены в стороны. Между ними покоился мешочек. Его открытая на всеобщее обозрение передняя часть влажно блестела. Член гордо возлежал на животе, изредка вдруг вскидываясь вверх и снова укладываясь на живот. Головка его была открыта и тоже влажно поблескивала. Борис подложил одну руку за голову, другой обхватил ствол члена и вздыбил его вверх. При этом он с ехидной ухмылкой поглядывал на севшую уже Ирину.
Она опустила подол платья на ноги, натянув его ниже колен, Одна рука ее вжала ткань платья себе между ног и через нее слегка поглаживала промежность.
«Ты чего?» — участливо спросила Иру Галя: «Ты же уже не первый раз».
«Да! Ты посмотри, какая у него елда, как у жеребца! Сначала ничего , а потом даже больно стало» — оправдывалась Ира.
Галя отвернулась от нее и обратилась к Оксане:
«Будешь сегодня?»
Оксана хотя и участвовала во всех подобного рода приключениях своих подружек, но все как – то не решалась расстаться со своей девственностью. Вот и сейчас в ответ на Галин вопрос она только молча помотала отрицательно головой.
«Ну и дура!» — изрекла свой приговор нерешительной подруге Галя и обратилась к Борису:
«Борь! Давай еще раз.» и легла, задирая на живот подол платья. Бориса упрашивать не надо было. Член его стоял колом и, несмотря на длительность пребывания в двух дырочках, сдаваться не собирался. Борис быстренько занял исходную позицию на Галином животе, коленями подправил ей ноги и погрузил своего «бойца» в Галины «недра».
Галя удовлетворенно вздохнула. И битва началась. Борис старался вовсю: его жилистая сухая попка взлета вверх и тут же резко опускалась вниз, вонзая крепкий, почти что железный «штырь» в Галину «дырочку». Галя не отставала от него и тоже резко подавалась навстречу ему. Так продолжалось некоторое время. Оксане уже надоела эта однообразная ритмичность, и она переключила свое внимание на лежавших на вытертом стареньком, неизвестно кем и когда принесенном сюда, коврике Аню и Мишу. Рядом с ними сидела сестра Ани – Наташа.
Аня лежала с широко раскинутыми ногами, между которых примостился, старательно трудясь, Миша. Видно было, что на лбу его блестели капельки пота. Аня спокойно лежала, заведя руки за голову и предоставив все на откуп Мише. Вот она повернула голову к Наташе и сказала:
«Наташк! Давай, ложись. Хватит кобениться. Знаешь как приятно!»
Наташа тоже как и Оксана все не могла решиться расстаться со своей целкой.
«Ты, что, болван! Нассал мне туда что ли?» — раздался вдруг громкий возмущенный голос Гали. Витька оглянулся и увидел, что Галя вывернулась из – под Бориса. Вскочила на ноги. Борис перекатился на спину и сел. Галя стояла, широко расставив ноги, и старалась увидеть что же там у нее между ног происходит.
Подол ее платья был задран до самой шеи, она придерживала его подбородком, в разные стороны торчали ее маленькие, только еще начавшие оформляться, грудки. Из ее письки вытекала белая густая жидкость и тоненькой змейкой ползла вниз по ноге. Галя пальцем потерла ее, размазав по бедру. Измазанный в белой жидкости палец она поднесла к своему носу и понюхала.
«Ты, что в самом деле, того уже?» - бущевала праведным гневом Галя. Борис, сидевший на полу, подняв голову, смущенно и виновато смотрел на Галю, сам не понимая , что же все-таки такое произошло. А ведь так было хорошо. Так приятно было, когда его и Галин животы с размаху шлепались друг о друга. Так бы и лежал на ней. Но в какой-то момент головку вдруг приятно и остро защекотало, все тело Бориса судорожно дернулось, а из члена что-то резко выплеснулось, потом член опять дернулся, и из него снова что-то выстрелило.
Сейчас член, как – будто устыдившись натворенных им дел, стыдливо съежился и мирно покоился на мокром мешочке яичек.
К Гале подошел Миша и протянул руку с оттопыренным указательным пальцем к ее промежности. Из ее дырочки в этот момент выползала еще одна белесая густая капелька. Миша указательным пальцем провел снизу вверх по Галиной расселине, смазывая выступившую жидкость.
«Ну ! Ты туда еще лезешь! Пальца там еще не хатало!» — возмущенно закричала Галя и с размаху огрела Мишу по руке.
«Я знаю…» — только и успел сказать Миша. Он быстро отдернул от Галиных прелестей руку.
«Знаю я. Это не ссаки, а «молофейка». Я у Кольки видел, когда он Зойке на нашем огороде показывал» — авторитетно изложил Миша. Все теперь, и Витька в том числе, сгрудились вокруг Гали и с интересом заглядывали ей между ног, пытаясь понять, что же такое сотворил Борис, что вызвало такой Галин гнев. Когда Миша произнес незнакомое слово «малофейка», все обернулись к нему и приготовились слушать, что же такое он видел, что Колька показывал Зойке.
« Я клубнику на грядке ел» — начал рассказывать Миша: «А там у нас еще кусты смородины и трава. Здорово так. Ты же знаешь» — обратился он к Ане. Та согласно кивнула головой.
Еще бы ей не знать это местечко. Ведь именно там еще в мае Миша и проткнул ей целочку своим еще не оголившим даже головку члеником. «Было, конечно, немножко больно, но не так, чтобы нельзя было стерпеть. Зато теперь она свободно и безболезненно могла принимать его в себя, не то, что эта дуреха Наташка. Сколько раз звала ее с собой к Мишке». – пронеслось у нее в голове.
«Ну, ползаю я между грядок ,а тут Колька с Зойкой и приперлись».
Колька – старший брат Миши, ему уже шестнадцать скоро. А Зойка – соседка ихняя, ей уже пятнадцать в апреле стукнуло.
«Вот Колька и стал ей про малафейку рассказывать, что , мол у него уже есть. Зойка и говорит «Ври больше. Это только у взрослых может быть». А ;Колька и говорит: «Хочешь покажу?» «Да че показывать будешь? У тебя же нет ничего еще» Колька завелся, вытащил елду свою и давай дрочить. Дрочил, дрочил, а потом у него из елды как брызнет! Аж Зойке на платье на грудь попало. А потом еще и еще.
Раз пять «стрельнул. Только Зойка отодвинулась. А мне – то видно было, что «малофейка» — это Колька Зойке сказал, что эта штука так называется».
Девочки с интересом выслушали рассказ Миши. Галя продолжала обвинять Бориса во всех смертных грехах. Платье она опустила и протирала теперь им у себя между ног. Настрой веселья пропал. Ничего уже не хотелось. Галя первой пошла к лазу. Опустившись на потолочное перекрытие, она свесила ноги и исчезла внизу. За ней потянулись и девочки. Таня обернулась к Витьке и они вместе пошли за девочками. Таня первой спустилась вниз и помогла слезть Витьке на стоящие внизу козлы, а потом и на пол.
Выбравшись из недостроенного дома, все молча побрели по домам.
Прошло еще несколько дней, и мама объявила, что они из Канта уезжают во Фрунзе. Там у них будет дом из трех комнат и садик.Прошла еще неделя , и они действительно уехали. С тех пор Витька, Виктор, Виктор Петрович никогда не бывал в Канте. И только по прошествии нескольких десятков лет он вдруг прочел в газетах, что Российская Федерация по договоренности с Кыргызской Респубикой возобновляет деятельность военно-воздушной базы в Канте.
