местах: на столе, на подоконнике, на полу, в кресле, на балконе. Сперма отчима уже просто не задерживалась в моей вагине, она просто стекала по моим ногам и оставляла следы по всей комнате.
В конце концов под утро в конец обессилев мы уснули и проспали до обеда. Я проснулась первой. Все мое тело болело, моя опухшая пизда ныла, бедра были испачканы засохшей вытекшей из меня спермой отчима, но, не смотря на это, мне снова хотелось ебаться. Я сразу же потянулась к члену отчима и он тут же стал напрягаться от моих ласк. Отчим стал просыпаться. Не дав ему опомниться, я залезла на него сверху, села на его эрогированный утренний хуй и начала буквально насиловать его. Мне хотелось кончить сразу без лишних движений.
Поэтому я задала свой ритм, а ритм мой не замедлялся ни на секунду и у отчима не было возможности тормозить наступление своего и соответственно моего оргазма. И вот чувствуя резкие оргазмические спазмы моей ненасытной вагины, он забился подо мной как от ударов тока. Его хуй бешено вздрагивал, пока он, громко ругаясь матом, кончал.
До приезда матери оставалось около двух часов. Отчим открыл шампанское и мы лежа в постели, страстно целуясь и лаская друг друга «отпраздновали» скоропостижную потерю моей девственности и успешное начало нашей совместной половой жизни. Мы прикалывались, что первая брачная ночь явно удалась. Потом он вдруг начал волноваться, знаю ли я, что мне нужно предохраняться. И заметно успокоился, узнав, что последние месячные у меня были 3 дня назад.
Потом я проходила посвящение в женщину: отчим окунал свой член в мой бокал с шампанским, а я сначала обсасывала его и только после этого пила шампанское. Шампанское есть шампанское, оно тут же ударило мне в голову. Пока отчим прибирал квартиру и застилал постель, я пьяная и абсолютно голая вышла на балкон покурить. Я хотела, чтобы все видели и знали, что я стала женщиной и всю ночь бесстыдно еблась со своим отчимом. Пошатываясь, я затянулась сигаретой, ожидая когда отчим закончит убираться и выйдет ко мне покурить.
Мне всегда нравилось курить, а сегодня я особенно наслаждалась каждой затяжкой. Во мне была сперма моего первого мужчины, я была необычайно этим горда. Я не заметила, как на соседний балкон вышел наш сосед дядя Вова, но потом услышала шорох и краем глаза увидела как он притаился и, открыв рот, во всю глазеет на меня. Мой одурманенный шампанским мозг тут же сообразил, что если он прячется, значит хочет растянуть удовольствие. Мне понравилось это ощущение, что за мной подсматривают.
Мне нисколько не было стыдно, что меня видит голой сосед – взрослый пожилой мужик, годящийся мне в отцы, сосед не только по квартире, но и по даче, который знает меня чуть ли не с пеленок и мы с его сыном - моим ровесником учились в одной школе. Я рассуждала - он же не ушел сразу с балкона скромно потупив глаза (тогда может быть я бы и застыдилась своего поведения), а, притаившись, стал разглядывать меня.
Это значит, что он тоже явно не прочь присунуть в меня свой старый морщинистый хуй. Теперь просто нужно было сделать
так, чтобы это стало его неизбежностью. Я медленно подняла руку и начала поправлять волосы, чтобы он получше рассмотрел мою большую грудь с опухшими от ласк отчима сосками, потом наклонилась вперед, оперлась локтями о перила, чтобы он увидел, как она тяжело свисает и покачивается как вымя у коровы. Я решила шокировать его еще больше и позвала отчима. Теперь нужно было, чтобы у дяди Вовы не было никаких сомнений по поводу того, кто сегодня всю ночь ебался в этой квартире.
Когда отчим вышел голый я тут же притянула его к себе и мы стали страстно целоваться. Потом я опустилась перед ним на колени и взяла в рот его вставший хуй. Я начала с наслаждением и так, чтобы было видно соседу, сосать и лизать натертую от бесчисленного секса головку, а потом и заглатывать упругий отчимский хуй. Отчим начал постанывать. Я прекратила ласки, встала и снова потянулась к его губам. Мы стали жадно целоваться, отчим возбужденно мял мою грудь.
Потом я отстранилась и грубовато и достаточно громко, чтобы дядя Вова услышал, сказала: «Пойдем выебешь меня хорошенько, пока мамка не вернулась». Теперь мне нужно было, чтобы дядя Вова понял, что я знаю, что он за нами наблюдает и поэтому, сказав это, я посмотрела в ту сторону, где он прятался, и встретилась с ним глазами. Я увидела его улыбающийся похотливый взгляд, я, пристально смотря, улыбнулась ему пьяной блядской улыбкой и вышла с балкона.
Опытные мужчины сразу понимают, что к чему. Теперь дядя Вова знал и у него не было никаких сомнений, что вся эта сцена была разыграна специально для него и, что это значит, что я не прочь раздвинуть под ним ноги. Потом дядя Вова слышал мои громкие стоны и крики, когда отчим долго и шумно ебал меня на столе.
Особую остроту нашему послеобеденному сексу с отчимом прибавляло еще и то, что мамка должна была вернуться с минуту на минуту, а мне еще и то, что я знала, что сосед в курсе про наши с отчимом дела и сейчас слышит нас. У него должны были отпасть последние сомнения (если они еще оставались): если я позволяю отчиму делать это со мной, то ему тоже вряд ли откажу. Я нисколько не переживала о том, что он расскажет кому-либо об этом, так как опытные девчонки меня сразу научили, что надо делать в такой ситуации – просто дать выебать себя тому кто знает твой секрет и он никому не скажет (ну в крайнем случае поделится с друзьями, ну а друзья на то и друзья, чтобы всем с ними делится, в том числе и любовницами), так как, во-первых, ему захочется это повторить (и не один раз!), а во-вторых, ему после этого будет страшно.
Отчим даже не понял, что произошло на балконе и я не стала его посвящать. Он пребывал в особом чувстве собственной значимости от осознания того, как ему повезло, что я так бесстыдно (так как совершенно была лишена угрызений совести перед матерью) дала ему отъебать себя и теперь он представлял себе, как будет припеваючи жить, поебывая, то мать, то дочь. Он ощущал себя многоженцем: две жены дома и еще полный гарем шлюшек на работе: кондукторши, диспетчерши, кладовщицы, бухгалтерши. Он работал водителем. Так везет не каждому.
Я тоже уже начала строить планы: мне не давал покоя похотливый взгляд дяди Вовы. Мне было ужасно интересно, как он будет действовать, будет ли он инициировать процесс, будет ждать удобного случая, который бы свел нас вместе, или ждать, когда я сама начну его домогаться. Учитывая мой опыт в соблазнении отчима, я решила, что если дядя Вова будет тормозить, то я найду повод, чтобы напоить и переспать с ним. Я была в шоке от самой себя! Не успела сперма отчима впитаться в моей бесстыдной вагине, а я уже думала, как это будет у меня с дядей Вовой.
Я становлюсь шлюхой! – подумала я, потягиваясь. Эта мысль наполнила меня необыкновенной гордостью от того, что я женщина и меня хотят все мужики (я была в этом уверена). Мое тело тут же сладко заныло, напоминая мне о прошедшей ночи. Руки отчима, жадно лапающие мою пышную грудь, нетерпеливые губы отчима, ласкающие мои чувственные соски, язык отчима, жадно вылизывающего мою волосатую пизду, и здоровенный хуй отчима в моей чавкающей пизде …
Но это пока были только наши мечты. Сейчас нам предстояло выстоять первую встречу с моей мамой: во мне она должна была признать свою маленькую невинную дочурку, а не бессовестную дочь, ставшую женщиной этой ночью, переспав с ее мужем, а в своем муже – не признать изменника, который этой ночью сделал женщиной ее дочь. Мы с отчимом решили, что скажем мамке, что оба не ночевали сегодня дома: я ночевала у подруги, а он – на даче. А если кто-то из соседей расскажет ей о том, что в нашей квартире сегодня ночью кого-то «убивали», отчим сознается, что давал на ночь ключи своему другу.
Все прошло отлично. Моя наивная мать ничего не заметила. И не удивительно: мне уже давно было не привыкать изображать из себя невинное существо, а отчим был уже достаточно опытным постоянно изменяющим мужем и поэтому одна безумная ночь со своей падчерицей не могла наложить на нем отпечаток стыда или раскаяния. Со стороны казалось, что у нас невероятно счастливая семья. Муж был чрезвычайно ласковым и предупредительным со своей женой, а особенно с падчерицей, постоянно вызывался ей чем-нибудь помочь на кухне, где они задерживались дольше обычного, чтобы успеть приласкать друг друга, а потом возвращались раскрасневшиеся, возбужденные с блестящими глазами, но жена этого не замечала.
Действительно трудно было заметить, что оба отлучившихся имели по возвращении немного потрепанный вид, губы дочери были красными и припухшими от поцелуев, а муж старательно пытался прикрыть вставший член.
И вот, наконец, наше вынужденное воздержание закончились, мама пошла перед сном принять душ. Диван, на котором мать с отчимом спали, уже была заботливо ей разложен и застелен. У нас с отчимом было минут 10-15 времени, пока нечего не подозревающаяся мать принимала душ. Я раскрыв халат легла на диван, мне хотелось, чтобы отчим сделал это очень нежно и чувственно как будто мы были влюбленными или супругами. Шумно дыша, он, едва сдерживая свое возбуждение, нежно ласкал меня, потом, наконец, под мои тихие стоны вошел в меня и стал совершать медленные толчки. Мы страстно целовались и молча, часто дыша, ебались.
Крепко прижимая его к себе я шептала ему на ухо, что люблю его, что хочу ебаться только с ним, всегда, что он классно это делает, а он все больше и больше возбуждался. Осознание того, что мать может выйти из душа в любую минуту, подстегивало и дарило нам острое всепоглощающее наслаждение, усилившееся многократно, когда мы услышали, что мама выключила воду. Еще несколько минут и она выйдет. Диван громко скрипел, когда мы тяжело дыша, сначала подавляя, а потом уже не сдерживая, стоны, кончали. Я едва успела запрыгнуть в свою кровать, когда мать вышла из ванной.
Ни такое уж это полезное занятие – душ перед сном, дорогие мамаши, имеющие созревших для секса с вашими мужьями дочерей. Будьте осторожны! Ибо вы долго будете оставаться в неведении, не чувствуя под собой мокрых пятен на простынях супружеского ложа, не успевших обсохнуть после сладострастного секса двух бесстыжих любовников у вас под носом.
