с такой силой, что окаменевшее за последнее время сердце Ивана -дрогнуло.
-Да не расстраивайся ты так! Энцефалитные встречаются очень редко! Сейчас вытащу! Смажем йодом! И делов то - куча! Показывай! Куда впился? – Ивану и в голову не пришло, что клещ впился в то место, которое стеснительной девушке показывать молодому человеку - неприлично.
В ответ раздались такие всхлипывания и еле сдерживаемые рыдания, что казалось, для девушки настал конец света.
-Так куда впился? – Иван начал подозревать худшее.
-Не скажуу! Стыднооо!- нараспев, не переставая рыдать, выдавила из себя девушка.
-Хорошо! Давай я буду говорить, а ты маши головой! И успокойся, а то весь экипаж на твои рыдания сбежится! – Иван налил из графина воды и протянул девушке.
-В грудь?- Людмила отрицательно замотала головой и отпила несколько глотков воды.
-В ягодицу? Нет! Между ягодиц? Нет!- перечислять осталось не так много мест и у Ивана непроизвольно покраснели уши.
-В ногу? Ближе к ээээ! В складку ноги? – он, наконец, подобрал нужное слово. И очередная порция плача, подтвердила его худшие предположения!
-Да не реви ты, пожалуйста! Не ты первая, не ты последняя такая! Лучше скажи, когда обнаружила? – Иван посмотрел на часы, висящие на переборке.
-Минут д-двадцать назад в д-душе! Пальцем нащуп-пала! – колокольчики продолжали всхлипывать, но уже без истерических ноток.
-Визуально разглядела? Глубоко впился? – продолжал с серьезным видом, допытываться Иван.
-Т-только через маленькое з-зеркальце в каюте! Т-так, не в-видно! – голос Людмилы перешел на шепот, а сама она покраснела, как рак.
-П-пыталась у девчонок п-попросить пинцет! Нет! Н-ни у кого! А ногтями у-ухватить не-е могу! Ногтей нет!- Иван посмотрел на тонкие, с коротко подстриженными ногтями пальцы девушки.
-М-может вы п-поможете мне пинцет р-раздобыть? Я, в-ведь никого на с-судне не з-знаю!
-Для чего пинцет просила у женщин, надеюсь, им не рассказала? А то, завтра весь экипаж знать будет!- Иван внимательно посмотрел ей в глаза!
-Нет! Нет! Что вы! Я только вас знаю! – Людмила, тяжко вздохнула.
- Хорошо! Я пошел искать пинцет! Надеюсь, старпом еще не лег отдыхать! Попрошу ключ от изолятора, пороюсь в медицинских инструментах! А ты! Хотя нет! Пошли вместе! Надо взять несколько грамм растительного масла на камбузе. – Иван достает из рундука стеклянную рюмку.
-Возвращайся ко мне в каюту, и пока я хожу за пинцетом, хорошенько намажь клеща маслом. Должен начать выбираться сам! – шепчет ей на ухо молодой человек, выходя из пустого камбуза.
Десять минут спустя, Иван возвращается в каюту с круглым, медицинским боксом, в котором позвякивают инструменты.
-Взял все! Что было! – они вместе начинают перебирать блестящие, угрожающего вида зажимы, скальпели, иголки и шприцы, но, увы, обыкновенного пинцета, каким обычно женщины выщипывают себе брови, места в этом хирургическом изобилии не нашлось. Головы их соприкасаются, и Иван ощущает тонкий аромат, исходящий от девушки.
Запах, настолько тонкий, но, в тоже время пьянящий, что молодой человек начинает непроизвольно, глубоко вбирать воздух через нос.
-Т-а-ак! Вариантов не много! - Иван, используя, силу воли, отстраняется от девушки.
-Первый вариант! Поднимаем буфетчицу и повариху и дальше они колдуют над тобой... – Людмила отрицательно замотала головой.
-Вариант второй! Ждем двадцать минут! Уже пятнадцать! Клещ, насколько я знаю, должен сам отпасть, потому, как растительное масло залепило ему дыхательные пути. А ему захочется вздохнуть!
-Третий вариант озвучу, если не оправдается надежда на второй! А пока я схожу в изолятор и отнесу эти инструменты для экзекуций! А ты, проверь! Может он уже стал выбираться? – Иван подает девушке круглое зеркало для бритья и выскальзывает из каюты.
-И у радистов нет пинцета!- Иван, прежде чем войти, деликатно постучал в дверь.
Унылое, заплаканное личико Людмилы опять горестно уткнулось в ладошки.
-Только не реветь! Мне час всего до вахты остался! Надо что-то делать!-
-Может, я попробую? – неуверенно промямлил Иван. И на всякий случай стал тщательно мыть руки.
-Я сте-е-есня-я-юсь! – тоненькими, истеричными колокольчиками запричитал голосочек девушки.
-Хорошо! Не начинай опять реветь! – строгим голосом сказал молодой человек и призадумался!
- Давай так! Выключим свет! А ты своей рукой, подведешь мой палец к клещу! Я постараюсь его вытащить! Небольшие ногти у меня есть! – набравшись духа, скороговоркой выпалил Иван.
--Я сте-е-есня-я-юсь! – истерические колокольчики зазвенели с новой силой!
-Глупая! Время идет! Он впивается все глубже! Не хочешь? Шагай к себе в каюту! – злость Ивана была напускной. Ему было искренне жаль девушку.
-Щелкнул выключатель настольной лампы. Людмила сама погасила его, и теперь молча, сидела на диване.
Иван подсел к ней и положил свою правую руку девушке на колено. От неожиданности, она вздрогнула так, словно ее пронзило током.
-Спокойно! Возьми мой указательный палец, сядь по удобней, и подведи его к клещу – несмотря на короткий срок супружеской жизни, Иван имел представление о физиологии женщины. Если клещ там, где представляет его он, то девушке необходимо, как минимум, широко раздвинуть ногу.
- Справа? Или слева? - молодой человек, старается быть, как можно деликатней.
-Спра-а-ава! – зубы девушки выбивают барабанную дробь.
-Значит! С моей стороны! В каюте темно! Не стесняйся! Я ничего не вижу! Отведи свою ногу в мою сторону, как можно шире и подбери халат! Мешает! – как заправский доктор, растягивая слова, произносит Иван.
-Так! Теперь я стану на колени перед тобой, а ты веди мой указательный палец к клещу!
Холодные от страха пальцы девушки, нащупали указательный палец Ивана и замерли.
-Я сте-е-есняю-ю-юсь! – прозвенели колокольчики, таким несчастными интонациями, что у Ивана стал ком в горле.
-Ты бы сейчас свою маму стеснялась? Ну, нет других вариантов! Закрой свои глаза, и представь, что я твоя – мама!
-Ничего себе мама? – в ее голосе появились колокольчики смеха, сквозь всхлипывания
-Да смелее! Это нужно не мне, извини! И вообще! Я был женат целый год! Так, что нет ничего такого, что я бы не знал или не видел снаружи женского организма! Не хочешь маму? Представь, что я – доктор! И мне необходимо осмотреть тебя и спасти тебе жизнь! – Иван начинал не на шутку злиться!
Людмила, слегка раздвинув ногу, стала осторожно продвигать палец Ивана. Рука ее тряслась мелкой дрожью, и в какой-то момент, большой палец молодого человека коснулся внутренней стороны бедра девушки, выше колена.
-Ой!- вскрикнула девушка и замерла. Дрожь в руках и теле ее неожиданно прекратились.
-Зачем вы меня т-трогаете за но-огу? – колокольчик ее голоса замер на совершенно незнакомой для Ивана ноте.
Может быть, от мелодичного голоса Людмилы, может быть, от прикосновения к неожиданно теплой и нежной коже на бедре девушки, молодой человек почувствовал такой прилив нежности к ней, что еле сдержался, что бы, не обнять ее, и не покрыть поцелуями с ног до головы. Он никогда не испытывал таких чувств, к своей бывшей жене.
-Я не нарочно! – произнес Иван с такой нежностью, что у девушки перехватило дыхание. Ей было удивительно приятно держать этого странного, еще совсем недавно – чужого ей человека, за палец, и ощущать прикосновение его руки к своему бедру. Это было совершенно неведомое ей доселе чувство.
-Людмила! – прошептал очень тихо Иван, боясь вспугнуть девушку.
- Давай продолжим! – эти слова прозвучали так нежно, и в то- же время, так заботливо, что девушка решилась медленно продолжить подводить палец Ивана к клещу. Несмотря на полную темноту, левой рукой, девушка, захватив подол халатика, целомудренно прикрывала белую полоску трусиков.
Наконец, палец молодого человека уперся в материю нижнего белья девушки. Он почувствовал, как она, пальцами левой руки потянула край материи на себя, освобождая место укуса. В то же момент, палец Ивана ощутил тонкие, шелковистые волосики и маленький бугорок брюшка клеща.
Тело девушки вздрогнуло. Она глубоко выдохнула, сопровождая выдох, едва заметным низким стоном, почти не различимым для уха. Плечи ее откинулись на диван, мышцы живота напряглись, непроизвольно пытаясь сдержать прилив крови вниз. Сознание затуманилось. Все ее тело, до этого, не знавшее прикосновения мужчины, стало наливаться какой-то бесстыдной истомой.
Клещ
