Я старалась изо всех сил. По опыту я знала, что мой шеф умеет прекрасно контролировать свое удовольствие и может очень долго не кончать. Так что мне придется выложиться по полной.
Наблюдая со стороны за тем, как ловко и старательно я работаю ротиком, Юрий сам завелся и захотел присоединиться к получению удовольствия. Он, не раздумывая, пристроился за моей спиной и начал раздвигать мои ягодицы. Я в страхе забилась и начала вырываться.
- Юра, не сегодня, - мягко предупредил его Виктор.
Но это не остановило серьезно настроенного парня. Он грубо схватил меня одной рукой вокруг талии, а второй упорно старался направить свой болт мне в анус. А я сопротивлялась и смотрела с мольбой в лицо своего шефа.
- Юра! Я сказал НЕТ! – в голосе начальника прозвучала угроза.
Меня тут же отпустили, Юрий плюнул и обиженно ушел в другую часть комнаты.
- А ты чего остановилась? – это уже было обращено ко мне, - Ты еще не закончила. Соси дальше.
И я сосала, а за мной из угла следила пара глаз неудовлетворенного парня. Наконец, шеф кончил, как всегда, мне в самое горло.
- Все, пора расходиться. Я мыться, а вы пока одевайтесь, - распорядился Виктор Сергеевич. - Или, если Юрик захочет, пососешь и ему.
После того как, шеф скрылся за дверью ванной и там раздался шум воды, я вопросительно посмотрела на Юрия. Ну, хочет он минет, или не хочет? Можно мне уже одеваться? Кажется, он сам еще не определился. Он неуверенно подошел ко мне и расстегнул ширинку. Я устало опустилась перед ним на колени, закрыла глаза и открыла рот. И тут неожиданно меня подхватили и грубо кинули на кровать, лицом вниз. Руки мои моментально оказались закованы висевшими у изголовья наручниками, а в рот мне затолкали какую-то тряпку в качестве кляпа. Юрий, а это был именно он, навалился на меня сверху и сразу же направил свой член в мою попу. Я усиленно сжимала ягодицы.
Вырваться не было ни одного шанса. Ему было неудобно. Он несколько раз попытался приподнять мои бедра, чтоб облегчить себе доступ, он усиленно раздирал мои ягодицы, я же брыкалась и выворачивалась. В итоге, он прижал меня пластом к постели и навалился всем весом сверху, не давая ни вздохнуть, ни дернуться. Потом он немного приподнял свои бедра и, помогая себе обеими руками, все же засадил свой член в мою узкую дырочку. Я замычала от боли. Кричать не позволял кляп. Насильник двигался внутри меня жестко и грубо. Ему тоже было больно, так как смазки не было вообще, но его радовали мои страдания.
Он все быстрее и резче засаживал свое орудие в мою попу. Я почти теряла сознание от боли и нехватки кислорода. А Юрий все трахал и трахал меня, его яйца звонко шлепали о мою промежность. Он сжимал мою шею, кусал мочку уха, снова слюнявил лицо. Хватая меня за волосы, он то натягивал их назад так, что казалось, снимет скальп, то вдавливал мое лица в подушку, не давая вздохнуть. И непрерывно долбил мой зад, разрывая его. Я теряла счет времени.
- Юра! - как гром прозвучало над нами, - Я, по-моему, четко сказал НЕТ! Выметайся сейчас же!
Мой жестокий насильник моментом слетел с кровати. Десять секунд - и его больше нет в номере.
Шеф внимательно осмотрел меня, вытащил кляп и достал из прикроватной тумбочки какую-то приятно пахнущую мазь. Что-то ментоловое. Он осторожно начал смазывать мой анус этой мазью.
- Сейчас будет легче. Это для обезболивания, - пояснил он.
Он легкими движениями растирал мазь по моему телу. Я так и лежала голая и закованная на кровати, а он массировал мои интимные зоны. Постепенно боль стихала. Я поблагодарила его и попросила снять мои наручники, но начальник не отреагировал на мою просьбу. Он придвинулся ближе и все интенсивнее обрабатывал мою попу.
- Извини, - услышала я, - Я не могу остановиться, такая тугая попочка, такой узенький анус. Тебе же сейчас все равно не больно будет.
Он уложил меня на бок, высоко подтянув мои колени к подбородку. Сам пристроился сзади и осторожно ввинтил свой член в мою попу. Я замерла и закрыла глаза. Меня опять насиловали. Пусть не так жестоко, как Юрий, но тоже больно и противно. Я не могла пошевелиться, не могла выпрямиться. Анестетик подействовал и на него, чувствительность главного органа почти пропала. Шеф никак не мог кончить, но не отступал, все более жестко трахая мою попу. Постепенно я отключилась. Когда пришла в себя, наручников уже не было, а моя одежда лежала неподалеку. Номер был пуст. Я молча оделась и ушла. В своем номере собрала вещи, купила билет на самолет и улетела домой. На следующий же день написала заявление «по собственному». Теперь осталось лишь суметь забыть весь этот ужас
