яички. Потом мы менялись, и я старалась сильнее заглотить член. Катя встала на траву, выставив свою попку назад. Я помогла Жене войти в неё. Тугой анус обхватил Женин член, и он стал двигать в него и из него. Катя тихо стонала. Я же, чтобы не терять возбуждения, легла перед ней, попросив её лизать мою киску. Она согласилась и стала слизывать с неё соки. От удовольствия я обхватила груди руками и стала играть с сосками. Я облизала пальцы и обслюнявленными пальцами покручивала свои соски. Они уже давно были твердыми. Потом мы с Катей поменялись местами. Моя попка была не такой тугой, как у Кати. Поэтому, Женя, отряхнув её от грязи, на которой я лежала, без труда вошел в меня. Как же мне стало хорошо! -Быстрее, Женя, быстрее! - крикнула я, оторвавшись на мгновение от прекрасного ро-зового цветка, который Катя широко раскинув ноги, открыла передо мной. И снова погрузилась в него, слизывая весь нектар. А Женя долбил мою попку так, что слышны были шлепки его бедер о мои ягодицы. Мне было хорошо. Через некоторое время Женя вынул из меня свой инструмент. Катя села на траву, поджав колени, а я, абсолютно изнеможенная, положила голову на её сдвинутые ляжки. Женя засунул в Катин ротик член, только что исследовавший глубины моего заднего прохода. Она принялась сосать. Потом Женя застонал и стал спускать на Катину грудь. Его сперма стекала по округло-сти и капала мне на лицо. Я открыла рот и поймала несколько капель солоноватой и вязкой жидкости. Катя стала собирать пальцами сперму с груди и отправлять её по очереди себе и мне в рот. Я облизывала её пальчики. Я была полностью удовлетворена. Женя дал и мне пососать его начавший опадать член. Внезапно мы почувствовали холод. Подобрав одежду, мы вошли в дом и стали пить чай.Кремовые бабыНа следующий день мы ходили на реку. Тамара была очень рада, что теперь её грудь за-горит. На пляжике, согретом Солнцем, мы, как обычно, занимались сексом. Я был тоже очень рад, но, прежде всего тому, что снова увидел Катю. Оставив Тамару на берегу, мы с ней заплы-вали поглубже, и, прижавшись голыми телами, целовались. Ну а потом, снова возвращались, доставляя удовольствие Тамаре, и взамен, получая удовольствие от неё. Затем мы вернулись к Кате домой. Я, кстати, ещё и не заходил к бабке, так как она дума-ет, что я вернусь лишь в пятницу. Да и девчонкам веселее со мной. Мы пообедали и легли от-дохнуть. Затем Катя предложила перемазаться в сливках для кофе и так заниматься сексом. Та-мара сразу же согласилась, а я сказал:-Да, это будет здорово, когда ваши прекрасные тела покроются липкими и скользкими сливками. -Так не только наши, но и твоё, - ответила Катя.-Ну, я имел в виду, что моё не такое прекрасное, как твоё, - сказал я.-Так это, смотря, откуда смотреть, - сказала Тамара.Ну а раз возражений нет, мы взяли баллончик со сливками, и пошли в баню. Там можно было измазаться, а потом, заодно и помыться. Внутри было жарко, и наши тела сразу вспотели. Тамара и Катя легли на лавки, предоставив мне свои груди. Сначала я стал облизывать их соски, чтобы завести их. А потом я выдавил на каждую грудь по горке сливок. Катя и Тамара стали медленными движениями размазывать их по животу и по грудям. Зрелище было восхититель-ное. По загорелым телам скользят белоснежные сливки. Воздух наполняется запахом клубники. Ведь сливки были с клубничным ароматом. Я помогаю двумя руками, встав между девушками. Я вожу по их скользким и липким телам и очень сильно возбуждаюсь. А они приподнимаются и начинают размазывать сливки по лобкам. Когда они уже встали на ноги, я выдавливаю себе на ладонь ещё горку сливок и шлепаю ей по Катиной попке. Я размазываю сливки до тех пор, пока на загорелых ягодицах не остаются симпатичные белые разводы. А между ягодиц всё заняла белая масса. То же я делаю и с попкой Тамары. Наконец, они все перемазались, и дошла очередь до меня. Сначала они просто обнимают меня, сильно прижавшись ко мне. От этого на мне ос-таются их следы. Но потом они в четыре руки размазывают сливки по моему телу. Я чувствую приятную прохладу от сливок, и мне становится хорошо. Я уже давно возбужден без меры, но они продолжают возбуждать меня, размазывая сливки по члену и яичкам. Потом Катя берет мой член в рот и облизывает его. А Тамара, опустившись сзади меня, облизывает мой зад, тоже весь покрытый сливками. Мне это очень нравиться. Потом я начинаю ласкать Тамару, облизывая её половые губы. Мой палец без труда заходит ей в анус. Вскоре я чувствую, как Катя начинает облизывать этот палец. Через некоторое время я чувствую, как мой палец в Тамарином анусе перестал быть единственным. Катя засунула туда свой пальчик. -Ещё, ещё засуньте, - говорит Тамара.Я засовываю ещё один палец. -Очень хорошо, но ещё один, - говорит Тамара, и в её голосе чувствуются нотки сладострастия. Тогда я вынимаю все пальцы из неё, а Катя вставляет в её анус сначала три пальца. Не-много подвигав ими там, она засовывает четыре. Но и это не предел и через пару минут Катин кулак исчезает в анусе женщины. Тамара стонет, а я встаю на ноги и, прижавшись к ней, прони-каю языком в её рот. Затем я вставляю член в её сочную киску, которая скользкая не только от соков этой женщины, но и от сливок, размазанных по ней. И я начинаю её трахать. Её липкие груди скользят по моему телу, и это доставляет небывалое удовольствие. Я чувствую Катину руку, орудующую в Тамариной попке. Тамара уже еле стоит на ногах от нахлынувших на неё потоков оргазма. Её тело содрогается в лихорадке сладострастия. Похоже, она кончает постоян-но. Наконец, Катя выдергивает из ануса женщины свою руку, а я прекращаю трахать её. -О, как же мне хорошо, - еле слышно говорят покрытые сливками губы. Мы с Катей кладем Тамару на скамейку. Потом становимся так, что её лицо оказывается под нами. Я даю Тамаре полизать мои яички, а Катя - свою киску. Тамара вылизывает всё это. И мы с Катей соединяемся. Прямо над лицом женщины.Я довольно долго долбил Катину пещерку. При этом заботливый язычок Тамары лизал соединение нашей любви. Мы с Катей при этом крепко обнимались, чтобы не упасть на скольз-ком от сливок полу. А наши рты тоже были соединены в страстном поцелуе. Наконец, я выни-маю член из Кати. Сняв с него презерватив, я спускаю на милое личико Тамары. Катя целует Тамару и слизывает с её лица сперму, которая не попала в широко открытый рот. После мы лежим на полу и отдыхаем. Только через полчаса мы встали, чтобы помыться. В бане мы хорошо попарились, здорово похлестав друг друга вениками и смыв все сливки. А вечером опять пошли на реку. Ведь мы же отдыхаем.Семейные тайныВ первый раз я занимался сексом с матерью, когда мне было тринадцать лет. Я довольно часто слышал шум из родительской спальни. Ещё оттуда доносились шлепки. Я обычно вставал и шел к двери, отделяющей меня от спальни родителей. Ничего нового я не слышал, просто те звуки, что я слышал лежа в постели, тут звучали громче. Почему-то от этих звуков я возбуждал-ся. К тому времени я знал, что такое возбуждаться и иногда занимался онанизмом. После того, как звуки в родительской спальне затихали, я именно этим и занимался. Но однажды ночью, когда я стоял у двери спальни, дверь распахнулась. На пороге стоял мой отец, совершенно голый. Он пригласил меня войти. Свет в спальне не горел, но я разглядел, что на кровати лежала моя мама, тоже совершенно голая. Отец включил свет и я, перестав жму-риться от света, смог всё разглядеть. Мама лежала на кровати на животе. На её лице блестели слезы. Её большая попка была красной. -Сынок, - сказал папа. - Пришло время показать тебе, что мы тут делаем с мамой.-Да, - всхлипнула мама. - Ты ведь, наверное, всё слышишь?-Нет, нет, - еле слышно отозвался я. - Ничего я не слышу. -Да не пизди, - прервал мои отговорки отец. - Знаем мы, что стоишь ты тут под две-рью каждый раз, как мы трахаемся.Я замолчал. Отец прервал паузу:-Ну, любимая, покажи сыну, как ты устроена. -Хорошо, - сказала мама и вытерла с лица слезы. Она была гораздо крупнее отца. В то время как он был худой и не очень высокий, мама была упитанной женщиной. Но отец говорил, что хорошего человека должно быть много. Инте-ресно, что же он тогда говорил про себя? И что он тут творил с мамой, что у неё всё лицо в сле-зах? Может, просто она не хотела, чтобы я видел её голой?-А может,
