Крест-накрест обхватила своими ножками ноги Володи и каждую секунду признавалась ему в любви. Вцепившись руками в пышные строгие груди Ксюши, Володя всё внутреннее давление вожделенной силы выпустил из выгнутого королевского пажа в клубничное лукошко принцессы.
Володя устало перекатился на правый бок на кровать рядом с Ксюшей. Она легла на него сверху, прижавшись своей раскалённой щекой к его щеке и глубоко вздохнув, сказала:- «Ты мой ангел посланный Всевышним за все мои страдания».
- Нет, это ты мой ангел, посланный мне Всевышним за все мои страдания,- сказал Володя.
- Хорошо, хорошо.
- Это мы два ангела посланные друг другу Всевышним за все наши страдания,- сказала Ксюша. И по её щекам покатились слёзы душевного умиления.
- Я очень сильно люблю тебя, по-настоящему,- нежно сказал Володя.
- Я безумно тебя люблю Володенька.
- Давай повторим, а!?- хитреньким голосочком сказала Ксюша и захихикала.
- Ich bin immer bereit, mein Favorit,- ответил Володя.
- У-у,- на русском скажи.
- Я всегда готов, моя любимая!
Глава 5 «Муж и жена»
Они проснулись поздно. Завораживающий рельеф кругляшек Ксюшеной попки, тайком увиденный Володей, притянул к себе его королевского пажа своим физиологическим совершенством. Ненасытный проныра проскользнул внутрь и уже внутри разбух до своего звенящего состояния.
- А, а, а…,- застонала Ксюша, лихорадочно участвуя в процессе брачной игры.
- Бери меня сзади, ещё бери,- лёжа на боку, поучала она.
- А, а…,- продолжала Ксюша, сдавливая прилежного работника правой кистью пропустив руку через промежность. Володя от удовольствия широко открыл рот, и в ушах приятно зазвенело, а в яичках застучали маленькие серебряные молоточки. Ксюша изогнулась потягивающейся кошкой и, испытав зрительно её чарующую обнажённую пропорцию, Володя серьёзно вышел из себя три раза, что Ксюша даже слегка откатилась от него.
- Ты мой золотой,- ласково сказала она, вытирая липкую любовь с головки его пажа мягкими пальчиками. Немного отдохнув, Володя облизал её спину и, поцеловав французские булочки, с пристрастием коснулся языком франкфуртских колбасок. После этого нежно укусил под коленками и губами пощекотал ступни кукольных ножек. Она, визгнув, засмеялась, завертелась игривым котёнком и провалилась в оргазм, прикрыв лицо руками.
- Я никогда не думала, что вот так смогу заниматься сексом без стеснения,- проговорила Ксюша, положив голову на плечо Володе.
- Ах, ты моя глупышка. Это всё потому, что мы с тобой любим, друг друга,- сказал Володя.
- Кто первый идёт в ванну?- спросил он.
- Я!- громко ответила Ксюша и розовым кроликом поспешила принимать душ.
Владимир тем временем поставил чайник на огонь, насыпал в чашки кофе с сахаром и нарезал бутерброды с ветчиной, с сыром и с вишнёвым джемом.
Ксюша, приняв душ, пришла на кухню и, поцеловав мужа в щёчку, стала разливать кипяток в чашки.
- Теперь я схожу в душ,- объявил Володя.
Он стоял под струями приятной воды и обмывал своё тело. Посмотрев на своего пажа, Володя, обращаясь к нему, как к человеку, спросил:- «Тебе нравится моя Ксюша, приятель? Как тебе её рукавичка пришлась по вкусу?».
От этих слов королевский слуга шевельнулся и дал понять спрашивающему, что ему очень нравится его выбор. Приняв водные процедуры, Володя, сидя за столиком на кухне, смотрел за проворными ручками жены, наводившие последние штрихи на столе перед началом приёма пищи. Спелые груди завлекающими экзотическими ягодами двигались в широком декольте халата, а бугорковая попка натянула на себе ткань домашней одежды. Володя забыл про завтрак и, поднявшись со стула, подошёл к жене сзади. Он завернул ей халатик и прижался взбодрённым приятелем к заветному кладу.
- Володенька у меня в руках бутерброды!
- Какой же ты проказник…
Ксюша упёрлась локтями о стол и выгнула спинку. Мохнатая виноградная улитка улыбнулась Володе, и он внедрил бравого солдата туда, где он ночью раздвигал баррикаду и срывал с двери замок душевой.
- Любимое моё солнышко, моя обожаемая Ксюшенька,- говорил Володя, ритмично наседая на жену, подставив свои ладони под качающиеся груди, скребущие их выросшими сосками до размера первой фаланги мизинчика.
Недолго погуляв в тесном лабиринте Ксюшиной радуги, семейная пара натощак два раза зажгла бенгальские огни любви и, обнявшись в поцелуе, ещё несколько минут стояла на кухне перед столом.
- Милый, кофе остыл!
- Давай снова: я в душ, а ты разогрей кофе,- дружелюбно сказала Ксюша и розовым кроликом удалилась в ванную комнату.
Что-то молодые не выходят на связь, пора собираться потихоньку к завтрашнему отъезду,- сказали папа Генрих и мама Марта, войдя в номер к сватьям.
- Дело молодое,- лукаво ответил Михаил Михайлович, посмотрев на жену, а затем на родственников.
Глава 6 «Холодное утро Рейн-Вестфалии»
Сложив приданое в багажник Мерседеса, Ксюша слёзно попрощалась с мамой и папой. Сватья и Володя на прощание крепко обнялись с родителями Ксюши и молодая интернациональная семья, вместе со свёкром и свекровью, сделав круг почёта по Подольску, взяла курс на Рурский регион северной Германии. На первый ночлег остановились в Белгороде. Ничего особенного не произошло, все рухнули, как убитые и спали себе, не чувствуя ног. Потом Ксюша и Володя, укаченные дорогой, спали на заднем сидение автомобиля. Изредка Ксюша просыпалась и спрашивала то маму Марту, сидевшую за рулём, то папу Генриха:- «Где мы?».
- По Украине едим дочка,- отвечала мама Марта.
- Где мы?
- К Бресту подъезжаем дочка,- отвечал папа Генрих.
Пройдя таможню и с ветерком прокатившись по Польше, приняли ранний завтрак и отоспались в Сквежине на выезде из страны. Таким образом, отдохнув, и ближе к вечеру снова отправились в путь. Всю дорогу Володя не выпускал из своей руки Ксюшину руку. Он периодически целовал её и поглаживал, успокаивая жену в связи с внезапными переменами. Она принимала его заботу и продолжала спокойно дремать на его коленях.
- Германский паспортный контроль,- сказал папа Генрих и протянул в открытое водительское окно пачку документов. Проверяя документы, в салон заглянул таможенник.
- Ой, как немецкий солдат в русских фильмах, что-то мне жутко стало,- шепнула на ухо Ксюша Володе.
- Это без привычки,- улыбнувшись, успокоил её Володя.
- Ну, дети мои и жена моя, теперь мы почти дома.
- По автобану мы быстро доберёмся до Эссена.
- А там и до дома рукой подать, правильно сказал?- весело спросил, обернувшись к молодым, папа Генрих и плавно тронулся с места.
- Правильно,- смеясь, ответили Ксюша и Володя.
- Мама включи, пожалуйста, Чайковского «Вальс цветов»,- попросил Володя.
Под душистый шелест цветочной музыки они мчались по ночной Германии, как по маслу.
- А народ то здесь практически спит.
- Не то, что у нас колобродничает,- удивлённо заметила Ксюша.
- Это точно,- согласился Володя.
По истечении четырёх часов робко наступил рассвет. Дорога пошла на возвышенность и замысловато тулилась между невысоких гор. Ксюша ещё подумала:- «А вдруг за этим поворотом появятся персонажи сказок братьев Гримм, например Гензель и Грета, вот было бы здорово!».
Её фантазии рассеяло предупреждение Володи:
- Папа, в горах на дороге может быть изморозь, сбавь скорость.
- Fater, in den Bergen auf der Straße kann ein Nieselregen werden, zu verlangsamen,- продублировал Володя уже на немецком.
- Ноль градусов,- еле слышно прошептал он.
- Spielen!
- Слушаюсь!- повторил папа.
Как вдруг выезжая на приличной скорости из-за каменного уступа поросшего кустарником, в свете фар мелькнул силуэт косули.
- Fater, Hirsch!- крикнул Володя. Женщины завизжали.
Папа Генрих нажал на тормоз, резко повернул руль влево, чтобы избежать столкновения и машина полетела в овраг.
- Всем на пол, держитесь!- крикнул папа…
***
1-го сентября после обеда чёрный катафалк подъехал к торцу здания больницы Elisabeth-Krankenhaus города Эссена. Морговские санитары на глазах многочисленных родственников медленно выносили четыре гроба и загружали их в похоронную машину. Моросил мелкий дождик, в воздухе пахло гниющей листвой, противно каркали вороны. Владимир Гейнце с перевязанной головой держал под руки отца и мать. У папы Генриха пластырем был заклеен лоб и левая бровь, у мамы Марты на правую руку было наложена гипсовая лонгета и зафиксирована бинтовой повязкой.
- Да, в эту ночь кому-то крупно не повезло,- грустным голосом тихо произнёс Володя.
- Пойдёмте быстрей проведаем нашу Ксюшеньку,- сказал папа Генрих и потянул за собой сына и жену.
Они вошли в уютную палату. На койке у окна смотря на них, лежала и улыбалась Ксюша.
- Guten tag Frau Xenia Heinz,- сказал Володя, следом туже фразу сказали папа Генрих и мама Марта.
- Guten tag,- ответила Ксюша.
Папа Генрих бросился к Ксюше. Он опустился на колени возле её койки и волнующим голосом произнёс:- «Ксюшенька, дочка прости меня, я тебя чуть не убил. Ich bin ein altes deutsches Schwein!».
- Я старая немецкая свинья,- перевёл он.
И мама Марта заплакала навзрыд, гладя мужа по голове.
- Ничего страшного, у меня всего одно ребро сломано,- скоро заживёт.
- Папа встань,- сказала Ксюша и захихикала, представив его старой немецкой свиньёй.
- Мне смеяться больно,- обхватив себя за живот, шептала Ксюша.
- А как машина?
- Машины больше нет,- ответил Володя.
- Жалко. Хорошая машина была.
- У нас, у капиталистов дома ещё три таких машины стоят,- сказал Володя. И все хором засмеялись.
Эпилог
Тёплый октябрь опадающей листвой стучался в окошко спальни Владимира и Ксении Гейнце. Она лежала на муже и целовала его в губы.
- У меня для тебя есть сюрприз,- загадочно сказала Ксюша. И уже на ушко произнесла:- «У нас будет маленький».
- Ура!
- Первым будет Гюнтер!- радостно закричал Володя.
- А второй Машенька,- сдержанно сказала Ксюша.
- Мария, это есть корошо!- громко сказал Володя.
- А у меня для тебя милая тоже есть сюрприз.
- Совет «семейных директоров» постановил: первое. Предложить твоим родителям работать у нас в ресторане администратором и управляющим. Второе. Подарить им маленький домик на соседней улице,- гордо отбарабанил Володя.
- Правда!?- не веря своим ушам, переспросила Ксюша.
- Вот это класс!
- Можно я позвоню маме и обрадую её новостями?
- Не можно, а нужно,- с доброй улыбкой сказал Володя.
- Мама, мама!- эмоционально закричала Ксюша в мобильный телефон…
