- Нет нет, скажите мне, пожалуйста, - Попросил Макс, снова вынув изо рта большой палец Ритыной правой ножки. - Ладно тогда. Макс, там находятся уголовники, особенно те мужчины, которые совершили сексуальные преступления, типа изнасилований или избиений своих жён и подруг. Вместо обычной тюрьмы, некоторые из них попадают к нам, на коррекцию. И конечно же, коррекция таких мужчин довольно жёсткая, Макс. Мы точно так же работаем с их яйцами, но немного в другом направлении.
Если на первых двух этажах мы стимулируем, тренируем, увеличиваем и качаем вам яйца, то на третьем мы в основном применяем методы болевой терапии, тем самым заставляя преступников осознать свою вину, ощутить на себе всю тяжесть и боль, и способствуя искоренению даже злобных мыслей в будущем.
- Что же вы с ними там делаете? - спросил озадаченный Макс.
- Лучше пару раз увидеть, чем про такое слушать, Макс, особенно сейчас, когда у вас у самого яички опухшие... Но я вам могу сказать сразу, Макс, что вы можете оказаться не готовыми воспринять эту информацию. У вас ещё слабенькие яички, Макс, хоть и временно увеличены сейчас. Но если вы так сильно хотите это знать, то ладно. Мы жестоко мучаем и пытаем яйца уголовников, Макс. Да-да, сами преступники называют это зверским издевательством над ними. Но то, что они делают со своими жертвами, это они почему-то не называют издевательством.
Очень часто мы кастрируем их. Иногда односторонне. Обычно мы удаляем им правое яичко, а левое оставляем в мошонке, но повреждённым. Так что эти люди уже не смогут совершать сексуальные преступления. Ещё один оправдавший себя метод коррекции преступников, это когда мы вскрываем им мошонку, и извлекаем их яйца наружу. Мошонку мы либо оставляем постоянно открытой, либо удаляем вообще от тела. Яйца клиентов тогда висят на своих семенных канатиках, отдельно одно от другого.
В таком положении, вне мошонки, их лучше и удобнее накачивать и мучать. Мы вытягиваем им семенные канатики до предела, иногда на длину всей ноги, до самого пола. Конечно же, мы ставим уколы в их яйца. Ну и, само собой разумеется, преступники получают ежедневно сильнейшие удары ногами по яйцам, от наших медсестёр. Как вы наверное заметили, Макс, наш персонал очень хорошо обучен, натренирован, в прекрасной спортивной форме, а так же владеет базовыми приёмами каратэ и кунгфу.
Поэтому девушки очень болезненно отбивают уголовникам яйца своими ногами. Пока что не отключились от страха, Макс? Прекрасно! Тогда пару слов о кастрации. Особо злостным преступникам мы не вводим наркоз, и тогда они должны на живую чувствовать, как мы отрезаем им яйца. Иногда мы отрезаем сразу всё вместе, и член, и мошонку с яйцами. Иногда только член, иногда только яйца, иногда только мошонку, иногда одно яйцо и член, иногда пол-члена. Иногда мы пересаживаем им яйца.
Да-да, Макс, мы вживляем им яйца ослов, верблюдов, кабанов. И тогда, через некоторое время, уголовники становятся похожи на этих животных немного. Во время пребывания тут у всех пациентов сильно увеличены яйца. Однако уголовникам мы увеличиваем яйца до совсем невероятных размеров. Частенько мошонка лопается сама по себе от такого натяжения. Иногда мы сами вскрываем её и удаляем. Иногда мы отсекаем преступнику по половинке каждого яичка, и он живёт тут дальше, нося в паху оставшиеся половинки.
А иногда мы делаем уколы таким раствором, что от жестокой боли, через где-то пару недель мучений, преступник умирает. Это в особо тяжёлых случаях, конечно же. Другими способами кастрации у нас являются раздавливание яичек, перетягивание канатиков до омертвления тканей, и простое вырывание яичек из паха пациента. При раздавливании, медсестра осторожно наступает на каждое из яичек по очереди, и давит своим весом на них до того момента, пока яички не лопаются. Кстати, Макс, вот эта пяточка, которая сейчас у вас во рту, продавила примерно 50 яичек!
Я точно не считаю конечно, но примерно где-то так. Пятками лучше всего давить яйца, Макс. Ну вот, при перетягивании яички лишаются доступа крови, и отмирают вскоре. Это мы видим по их чёрном цвету. После отмирания мы скальпелем удаляем их от тела. А при вырывании, Макс, мы обычно сперва удаляем мошонку, оставляя только тонкий слой кожи мошонки, что бы не мешала нам. Разделив яички одно от другого, девушки берут в руки по яичку клиента, и тянут со всех сил в разные стороны. Естественно, вскоре семенные канатики не выдерживают, и рвутся.
Сессия подошла к концу, Рита поблагодарила Макса за оральный сервис её ножек, и попрощалась с ним.
Макс никак не мог соредоточиться. Боль в яйцах, ноги Риты, её рассказы, всё это заведение, вся эта коррекция. Макс думал, что попал в дурдом. Но, тем не менее, ему тут нравилось. Сексапильные медсёстры, которые тренируют парням яички, необычные ощущения, которые никто никогда в обычной жизни не испытывает. И Макс снова и снова забывался в сладком сне. Сон частично помогал забыть о жжении в яйцах, и одновременно доставлял Максу массу удовольствия, так как там, во сне, он видел всякие разные картинки и сценки, и с ним, Максом, и с Ритой.
Всё это было очень приятно.
Последущие дни Рита навещала Макса не так часто, и не так долго. Она довольно быстро ставила ему очередные уколы в яйца, спрашивала о его самочувствии, и вскоре уходила снова. Макс тосковал по ней, по сексу, и по общению с женщинами. Он понимал, что, как часть терапии, ему не разрешается ни дрочить, ни общаться с женщинами. Иными словами, Макса тут посадили на голодный сексуальный паёк. Одновременно Макс ощущал резко усилившееся желание и влечение.
Было ли это из-за увеличения рамера его яиц? Или же Рита вкалывала ему специальные растворы с возбудителями? Или же он просто влюбился в Риту и от этого сам не свой был? Макс не знал точного ответа. У него в голове была какoфония, и он чувствовал себя неким осликом, с которым Рита играется.
Это одновременно и бесило, и возбуждало Макса. Со временем он так же узнал, зачем Рита частенько смазывала его оголённую головку члена, после чего у него там ужасно пекло. Оказалось, что Рита наносила ему на головку очень едкую мазь, тонким слоем, после чего у Макса временно пропадала эрекция.
Условный рефлекс жжения головки перекрывал рефлекс желания возбудиться. Член не поднимался после едкой вредной мази. Иногда, когда Рита наблюдала в Максе готовность вот вот не сдержать себя и разорваться в оргазме, тогда она наносила более толстый слой этой едкой мази, либо же закапывала пипеткой едкий раствор прямо Максу в уретру. Жидкость попадала в мочевой канал, и вызывала острый зуд и щипание. Эрекция не приходила. А иногда Рита даже ставила Максу уколы в головку члена. Это было больно.
Такие уколы тоже мешали появлению эрекции. Макс понял, что он влип на целый год. Целый год его будут держать за яйца! Ничего не оставалось, как свыкнуться с этой мыслью.
Прошли первые две недели, и Макс был полностью обкатан, как это сказала Рита недавно. И на самом деле, он чувствовал себя чудесно. Не считая постоянной ноющей тяжести в яичках, Макс был полон сил и оптимизма. Общение с Ритой дало себя знать, и Макс уже давно не был таким сексуально озабоченным. Каждый день Макс получал уколы в яйца. В основном это были уколы жгучего и увеличивающего свойства. За две недели Рита хорошенько обколола каждое яичко Макса со всех сторон.
Последний укол она ему поставила в самое болючее место, туда, где к яичку подходят семенные канатики, немного проколов при этом придатки яичек Макса.
Но, сам не веря себе, Макс постепенно стал привыкать к диким ощущениям в яйцах. К постоянным уколам, жжениям, зуду, чесотке, давлению, тяжести, лёгкой боли. Рита часто повторяла Максу, что у всех ребят в ЯКе постоянно болят яйца, и что это нормально. Надо всего лишь к этому привыкнуть. И вот теперь, по прошествию двух недель, ознакомившись с основами деятельности ЯКа, Макс был готов быть использованным на полную катушку.
Рита снова появилась в дверях его палаты. - Сегодня, Макс, как и обещала вам, я познакомлю вас с двумя другими этажами ЯКа. Прошу вас! И они вышли из его палаты, направляясь к лестнице на второй этаж. Там было порядком шумно и многолюдно. Если на первом этаже клиенты были почти всегда у себя по палатам, то тут царил хаос, ажиотаж, нервоз, как казалось. Рита пригласила
