и более того я искала повода, что бы окончательно подчиниться, я просто не могла сопротивляться, мне хотелось делать все, что он прикажет. Глупо, нет, не глупо, хоть в голове еще вертелось слово «нет», но я уже молча, твердила «да». Он подошел так близко, что я ощутила его запах, почувствовала, как он дышит у меня около уха.
- Положите руки себе на коленки, - сказал он так спокойно, так легко, что я тут же подчинилась и положила свои руки себе на колени.
- Подтяните юбку к себе.
Я так и сделала, пальцы не дрожали, я даже этому удивилась, я спокойно подцепила край юбки и потянула ее на себя.
- Еще, - сказал он.
Я еще потянула ее на себя, открывая свои ноги, видел ли он их, не знаю, я сидела за столом, и ноги были спрятаны под ним.
- Еще, - сказал снова он.
Я перебрала пальцами конец юбки и чуть более решительней, потянула ее на себя, чем больше я оголяла свои ноги, тем легче мне становилось.
- Раздвиньте их.
Не надо было переспрашивать, кого раздвинуть, я развела ноги в коленях в стороны. Он молчал, я не решалась спросить, и не решалась, что бы то ни было сделать, я ждала его указаний.
- Что вы сейчас хотите? – все так же спокойно спросил он.
Я отрицательно покачала головой, давая понять, что не знаю на него ответ. Я ждала дальше, но он молчал. Я ощущала его присутствие всем телом, как будто он меня держит, прикасается ко мне, было чуть стыдно, но желание угодить ему было гораздо больше.
- Что мне делать? - не дождавшись от Олега указаний, спросила я.
- Снимите с себя все.
Ответ был быстрый, как будто он только этого и ждал.
- Нет, - тут же ответила я, не успев даже подумать над своим ответом.
- Да, - все так же спокойно сказал он, - да, – повторил он.
- Я.., - было начала говорить, но он прервал меня.
- Да, вы снимите с себя все, - это было сказано утвердительно, - и это вы, то же знаете.
Что я могла знать, что, что вот встану и разденусь перед ним, перед своим учеником, вот так просто только по тому, что он сказал, что он так захотел, я разденусь, что бы он мог на меня смотреть, на меня голую, да голую, голую… Да, я этого хотела, хотела, что бы он смотрел на меня, что бы щупал, нет не гладил, а щупал, мне хотелось не только ему подчинятся, но испытывать это унижение, которое он мне сейчас давал почувствовать.
- Я выключу свет, - сказал он, и его шаги быстро удалились от меня, погас свет.
Была поздняя осень, пасмурно, и не смотря на то, что еще было только три часа, на улице уже было сумрачно. Свет погас, и казалось, что кабинет утонул в темноте, только свет шел от открытой двери, что вела в класс. Мне стало легко.
Я отодвинула стул от стола, встала, я не хотела поворачиваться к нему, не хотела смотреть ему в глаза, я боялась, что у меня вырвется слово «нет».
- Что мне снять? – на всякий случай спросила я.
- Все, - был короткий ответ, - все, - повторил он
- Все? - как бы переспросила я.
- Да, вы должны остаться голой.
- Зачем? – чуть помедлив, спросила я.
- Это я должен у вас спросить, зачем.
Действительно зачем. Все шутка, розыгрыш, игра, мне стало обидно, до слез обидно за себя. Я рукой поправила юбку.
- Снимайте все, снимайте, - он снова сказал это так легко и спокойно, что обида, которая во мне начала разрастаться, тут же растаяла.
И мне снова захотелось ему подчиниться, не спрашивая зачем, просто сделать то, что он сказал. Пальцы расстегнула пуговицы на пиджаке, я легко его сняла, за тем шум расстегивающейся молнии на юбке заполнил небольшую комнатку. После я расстегнула пуговичку на юбке и аккуратно ее сняла, положила на стол, что бы она не помялась, так же не спеша и аккуратно я сняла колготки, а после и плавочки. Я не поворачивалась к нему, я чувствовала его взгляд на своем теле, мне это очень нравилась, нравилось то куда он смотрит и как смотрит. Я до сих пор испытывала стыд, свою незащищенность и желание подчиняться своему ученику, наверное это меня еще больше толкало на безрассудный поступок.
Теперь я стояла перед ним по пояс обнаженной, я знала свои формы, какие у меня бедра, какие ягодицы и какая тонкая талия.
- Ты хочешь меня? – собравшись духом, спросила я.
- Сними все, - был его ответ.
Я начала расстегивать блузку, пальцы начали чуть дрожать, я с трудом справилась с последней пуговицей, сняла ее и положила рядом с остальными вещами, не дожидаясь дальнейшего указания, я расстегнула лифчик. Замочек чуть щелкнул, и грудь сразу немного провисла. Теперь я была совершенно голой, так как он хотел. Появилось желание прикрыть себя руками, но я не пошевелилась, глупо прикрывать, если ты сама его раздела.
- Все, - сказала я, как бы подведя итог своих действий.
- Вижу, - все так же спокойно ответил он.
Его спокойствие меня начало выводить, хотелось сделать, что-то такое, что бы он возможно даже сорвался, просто хотелось его вывести из себя.
- Я оденусь? – спросила я, и потянулась за одежной.
- Нет! – быстро сказал он.
- Что ты сейчас хочешь? – шепотом спросила я.
- Вас.
- Нет, - был мой ответ, сердце забилось так сильно, так сильно, что можно было видеть, как вздрагивает грудь под его ударами.
- Да, и вы это сделаете, - он говорил утвердительно, как будто все решено, но теперь его голос изменился, он уже не был таким спокойным.
- Нет, я не намерена, - и прикоснулась рукой к лифчику.
- Вы сделаете то, что никогда еще не делали.
Его слова повисли в воздухе. Что я не делала, сразу завертелось в голове, что? Но не найдя ответ, я взяла в руки лифчик, но одевать его не стала, а повертев в руках положила его на место. В душе все раздирало, наверное я знала, что я хочу, но боялась в этом себе признаться.
- Что мне сделать? – упавшим голосом спросила я у него.
- Ты хочешь, что бы я… - он не успел закончить, как я ответила.
- Да, - я сама удивилась своему ответу, и повторила, - да.
- Я сделаю это с вами так как, - и чуть помедлив, добавил, - как вы никогда еще этого не делали.
И в знак согласия я кивнула головой. Я услышала, как он снимает с себя одежду, сердце бешено колотилось, сейчас он коснется меня. Я посмотрела на грудь, соски торчали так, будто их привязали и тянут, они вздрагивали вместе с сердцем.
- Вы готовы моя сучка? - эти его слова были для меня как пощечина, это был не вопрос, а факт того, что он как самец готов.
Он отошел от меня, тело покрылось испариной, стало невыносимо душно.
- На колени сучка, - каждый раз, когда он произносил это слово, мне хотелось стать именно ей, стать сучкой готовой для спаривания, показать ему свою безукоризненную покорность, подчиниться его похоти и стать на данное мгновение его самкой.
Я чуть отошла от стола, встала на колени, ладонями уперлась в пол и опустила плечи к полу, так, что груди коснулись холодных досок, но я не вздрогнула, а таз я приподняла в верх, так высоко как могла, и последнее, что я сделал как покорная сучка, развела ночи в коленках в стороны. Теперь я была готова услужить ему, принять его, я этого хотела и ждала с нетерпением.
Я слышала как он дышит, чувствовала куда он смотрит, я чуть сильней прогнулась в спине подставляя себя его взгляду, что бы он мог лучше рассмотреть меня. Мои губки, что, до сих пор были столь сильно сомкнуты, чуть чавкнули и разошлись, я почувствовала как их слюнки потекли у меня по ногам. Я очень, очень хотела его.
Он прикоснулся ко мне, руки были горячими, они погладили меня по спине, в знак благодарности я еще чуть больше прогнулась, приподымая чуть выше свою попку. Он взял обеими руками меня за бедра, и сжав пальцы чуть потянул на себя. Мое тело пошло за ним. Легкая дрожь в коленках, истома в груди и паху. Я почувствовала как он коснулся меня своим мальчиком, мне хотелось взять его в руки и направить в себя, но я не могла допустить этого, не могла согласиться с тем, что сама, сама это теперь сделаю.
Я стояла перед Олегом на коленках, высоко подняв свою попку вверх и прогнувшись в пояснице, подставила себя его юному мальчику. Я чувствовала себя его сучкой, мне хотелось, что бы он владел мной так как он того пожелает.
На какое-то мгновение я поняла, что он ни разу не занимался подобным, что перед ним ни разу не было женщины готовой для него в эти минуты на все, я это почувствовала. Его мальчик лежал на мне, как будто Олег был растерян, что теперь дальше ему делать, в нем еще не проснулся инстинкт самца. Я чуть наклонилась вперед, его мальчик начал соскальзывать между двух половинок ягодиц, вот он коснулся второго отверстия, которым я еще ни разу не пользовалась как женщина, но это не сейчас, потом, нет не сейчас. Олег чуть сильней сдавил мои бедра и потянул на себя. Его острый мальчик уперся в сжатое от посторонних отверстие, он дернул меня на себя, но я не позволила ему раздвинуть кольцо.
- Нет, не спеши, я сама, - только и смогла я ответить на его просыпающиеся инстинкты самца.
Я снова чуть поддалась вперед, он не мешал мне, мальчик, что чуть углубился в меня, выскользнул, я приподняла попку чуть выше и теперь он без проблем попал в раскрытую для него пещерку. Олег ощутил, что теперь он у цели, снова сжал мои бедра и с силой дернул мое тело на себя. Я вскрикнула, он проник мгновенно и весь сразу, я не испытала боли, просто вскрикнула от неожиданности. Теперь его рефлексы проснулись, я не сдерживала его, он сжимал мои бедра, я не чувствовала боли, я ощущала только триумф покорности, я наслаждалась состоянием самки, сучки в руках этого молодого мальчика. Я улыбалась сама себе, все время пока он врывался в меня, расталкивая мои ненасытные губки, мне хотелось еще и еще. Я готова была зарычать от удовольствия, от того, что мной овладели, от того, что я приручила своего зверя, от того, что мне просто по-женски было приятно.
* * *
Взгляд, что он из себя представляет? Так движение зрачка в глазном яблоке, что это такое, так все просто и в тоже время непостижимо, просто не объяснимо. Сколько мимо нас проходит людей, а сколько из них мы помним их взгляд, сколько, так единицы, а порой и вообще ничего не запоминаем, но иногда, иногда все меняется, буквально все.
Взгляд, все так просто, но его взгляд я до сих пор ощущаю на себе, я могу находиться далеко, но стоит подумать о нем, как я чувствую его взгляд на себе, мурашки пробегают по спине и тот жар, да жар от головы до кончиков ног покрывают потом мое тело. Взгляд, он так много может сказать, не нужно слов, а просто посмотреть и все станет ясно, что хочет сказать человек, его эмоции, его желания. Взгляд это наверное наша душа, которая порой раскрывается посредством того как мы смотрит, на кого и когда.
Я стою в той маленькой комнатке, лицом к окну, глаза закрыты, он там, где-то там, но я его ощущаю, вот всем телом. Озноб, пальцы чуть дрожат и теребят пуговицы на блузке. Я дышу чуть-чуть, так, что бы грудь, не шевелилась, а пальцы продолжают перебирать пуговицы на блузке.
