юбки, Таня даже вздрогнула от неожиданно полыхнувшего пламени между ног. И в тот же миг ощутила, как внутри обожгло, словно кипятком, и она инстинктивно сдвинула ляжки, чтобы не дать горячему соку излиться. Регина осторожно поглаживала Танины бедра, задирая короткую юбку вверх. Таня поняла и, поспешно расстегнув три пуговки на боку, стянула юбку и бросила ее на пол под тахту...Она не заметила, как ладонь Регины устремилась к гладкому, чуть припухлому животу, затем к паху, к тугой резинке трусиков. Потом ладонь спустилась дальше, к сомкнутым ляжкам и решительно протиснулась между ними, легла на шелк трусиков прямо на налившиеся, истерзанные сладким томлением губы, рельефно проступившие под шелковым треугольником.И вдруг Регина отдернула ладонь и начали покрывать тело падчерицы поцелуями. Ее горячий рот упрямо искал Танины губы. Нашел. Регина прижималась к губам что есть силы. Таня ощутила, как острый горячий язык смело прорвался сквозь преграду ее губ, проник в рот и наконец достиг языка. Оба языка слились, сплелись, точно две улитки. Одновременно Регина раздвинула руками ее бедра и стала неистово гладить насквозь пропитанный липкой влагой шелк трусиков, которые остались единственной хрупкой преградой на пути к охваченному приятно-мучительной болью влагалищу. Таня чуть было не отбросила руки Регины, потому что теперь она уже не просто покорно принимала ее ласки, но сама была до крайности возбуждена и охвачена желанием.- Тебе нравится? - впервые нарушила тишину Регина. Ее голос прозвучал точно издалека.- Это чудесно... - прошептала с жаром Таня. - Это невыносимо... приятно. Еще!- Сейчас! - сказала Регина более спокойным голосом. - Но сначала я хочу, чтобы ты совсем разделась.Таня слегка улыбнулась и проворно стянула майку и тонкие трусики с бедер. Регина по-кошачьи изогнулась и положила голову ей на живот. Она протянула руку к треугольнику светлых волос на Танином лобке и провела пальцем по набухшим алым губам. Она трогала Таню осторожно, медленно, круговыми движениями, потом нежно раздвинула губы и мягко вонзила палец в горячий влажный колодец.- Нравится? - шептала Регина.- Да-а, - едва слышно ответила Таня, морщась от сладостной боли. - Глубже, прошу, глубже! И быстрее!- Как скажешь, дорогая, - с улыбкой шепнула Регина и, погрузив палец до отказа, стала аккуратно вращать кончиком, дотрагиваясь до рифленых влажных стенок. - Скоро ты почувствуешь ни с чем не сравнимое наслаждение, дорогая! Скоро это придет.Таня лишь стонала - сначала приглушенно, потом все громче и громче и, уже не владея собой, устав сдерживаться, закричала в голос от невыносимо-сладостной муки удовольствия. Но тут Регина вытащила палец.- Еще не время, - прошептала она на ухо Тане и обняла ее обеими руками за ягодицы. Сжав покатые белые половинки крепкого девичьего зада, Регина приникла ртом к левой груди падчерицы и кончиком языка стала облизывать сосок. Язык, точно маленькая пугливая змейка, то бегал вокруг соска, застывая на самой его вершине, то убегал обратно в рот, там замирал, словно набираясь новых сил, и выстреливал обратно, утыкаясь в мягкую кожу груди, и потом возвращался на пупырчатое кольцо вокруг коричневого коротенького пальчика с крошечным отверстием посередине.Танино сердце бешено колотилось, грозя разорвать грудную клетку и вырваться наружу. И точно так же яростно бился огонь желания, пробегая от паха вверх по позвоночнику к затылку.Регина оглядела обнаженное тело Тани восхищенным взглядом. Она раздвинула тяжелые большие груди падчерицы и уткнулась лицом в потную горячую ложбину. Отпустив оба полушария, она позволила им слегка сжать ее щеки. Регина застонала. Она высунула язык и неторопливо провела по ложбинке вверх, а потом вниз.Таня ощущала каждой клеточкой своего тела, как поднимается волна неизъяснимого, неведомого наслаждения, и старалась задержать это в себе как можно дольше, оттягивая свое падение в блаженство...Регина оторвалась от ее груди, убрала руки. Таня открыла глаза и увидела, что Регина медленно снимает халат. Под халатом таилось великолепное тело. Таню поразил лобок мачехи: он был совершенно гладко выбрит. Под лобком начиналось ущелье с большими алыми краями, на самом верху ущелья торчал, точно игрушечный солдатик, отросточек бурого цвета.Регина присела.- Ты можешь выполнить одну мою просьбу? Только прошу тебя - не обижайся. И не бойся.Таня смотрела на мачеху: эта женщина была головокружительно прекрасна. Ее тело блестело при свете ночника, и от него, казалось, отражался голубоватый свет телевизионного экрана. Груди Регины победно торчали вверх и в стороны, темные соски напряглись, отяжелели. Таня опустила взгляд вниз, на широко раздвинутые ляжки мачехи.Регина повернулась к Тане спиной, уперлась локтями в тахту и встала на колени, высоко задрав ягодицы. - Полижи меня сзади!Таня почувствовала, как по ее телу вновь пробежала уже знакомая волна пугающего наслаждения. Она тоже встала на колени и, приблизив лицо к округлым половинкам зада, вытянула язык. Она дотронулась кончиком языка до входа и стала медленно двигать им по часовой стрелке.- О, как же приятно! - воскликнула Регина. - Как здорово у тебя получается! Теперь сунь туда палец! Поглубже! Повращай там пальцем! Сделай же что-нибудь отчаянное!Таня, повинуясь властному приказу, попыталась просунуть язык поглубже, и ей это удалось. Потом нежно раздвинула большие ягодицы и вонзила кончик пальца в лаз. Глубже, глубже. Она боялась сделать Регине больно, но в то же время понимала, что ей не больно, а приятно.- Теперь другой палец - спереди! - приказала Регина.Таня пальцем левой руки быстро нащупала главный вход. Ворота были раскрыты настежь. Ее палец ткнулся в маленькое затвердение. Регина вскрикнула.- Попала! - хрипло крикнула она. - Давай!Таня сжала выступающий отросточек и стала быстро-быстро гладить его двумя пальцами. Под подушечками пальцев отросточек набух и, кажется, еще увеличился в размере. Подножие отросточка было все перемазано липкой слизью. Уже три ее пальца были в ущелье, которое теперь казалось бездонным и необычайно широким. Внутри все пылало, точно в печи. Тело Регины начало мелко подрагивать. Дрожь усиливалась, и скоро Регина стала рывками извиваться под Таниными пальцами.- Не останавливайся! Не вздумай останавливаться! Еще чуть-чуть!Таня от напряжения закусила нижнюю губу. Она быстро погружала пальцы во влагалище и вынимала их оттуда, боясь ослушаться приказа мачехи. И вдруг Регина замерла, изогнувшись назад. Ее живот напрягся и втянулся, Регина громко застонала, потом ее высокий стон перешел в низкий, почти звериный рык - она закричала "А-а-а!1!" так истошно и отчаянно, что Таня перепугалась не на шутку. Регина чуть отстранилась и упала на бок. Несколько минут она лежала молча, не шевелясь. Казалось, она потеряла сознание. Бедная Таня сидела на тахте не шелохнувшись и смотрела на нее. Наконец Регина открыла глаза. В них светились такая нежность, такое умиротворение, что Таня сразу все поняла: Регина испытала оргазм. Душа Тани преисполнилась радости.- А это не грех? - тихо спросила она у мачехи.Та рассмеялась и возразила:- То, что двое делают с любовью, с нежностью, со страстью - не может быть грехом. Грех - это то, что делают грубо, жестоко, с ненавистью или насмешкой.Она придвинулась к Тане и крепко ее поцеловала. В поцелуе уже не было эротической чувственности, а были просто нежность и ласка. Регина выключила телевизор, потушила ночник. Они легли под одеяло и обнялись. Так, прижавшись друг к другу, и уснули.На следующий день, проснувшись рядом с мачехой, Таня в первую секунду ничего не могла понять, но тут же вспомнила происшедшее накануне вечером и похолодела. Она была не в силах поверить, что в той безумной экстатической любовной игре вчера участвовали она, Таня, и ее мачеха.Регина положила свою теплую сонную руку Тане на грудь и нежно провела пальцами по соску. Таня вздрогнула и повернулась к мачехе.- Вам вчера было... - начала она вопросительно.- Мне вчера было восхитительно, чудесно, - прошептала с улыбкой Регина. - А вот ты, бедная девочка, так своего счастья и не дождалась. Но это поправимо. Сегодня вечером - да? А сейчас нам надо вставать, прибраться в доме, сходить на рынок. Подъем?Таня улыбнулась.- Подъем!Вечером все началось так же, как вчера.
