она охая вытащила затычку, и как могла вытерла гель с нее и со своей попки. Жжение не прекратилось, и мысленно обматерившись она опять сдвинула крышку унитаза.
Закончив она, открыла сумочку, и у нее вмиг перехватило дыхание. Большой пробки там не было, она оставила ее на сиденье! Видимо кто-то из коллег обрадовался неожиданному подарку или… О нет! Она живо представила, как Тамара Васильевна кричит на весь салон: «Девочки, кто в туалете анальную пробку забыл? Большую такую, черную!«. Жжение вроде немного стихло, но не прекратилось, гель протек внутрь ее ануса. Матерясь вполголоса, Таня встала раком, взяла из сумки полупустую бутылку с водой и открутив пробку, вставила горлышко себе в зад. Пролив часть воды на пол и одежду она кое-как промыла прямую кишку, но гель по большей части уже впитался. Чтобы кое-как унять зуд она снова засунула пробку в зад. Забрав все, она выбежала в зал. Что-то промямлив хозяйке, моя жена выбежала на улицу.
Поясню сразу насчет геля: я тут не при чем, как и Влад, это Оксана по запарке баночки перепутала. Она потом дико извинялась дико.
Это было какое-то дежавю: она опять в смятении, опять бежала, на ней опять не было белья, короткое платьице, а в заду опять была пробка. Она попыталась взять себя в руки и успокоиться, сосредоточившись на своих ощущениях: «Зуд кажется стихает, хорошо, пробка почти не мешает. Даже наоборот, очень даже наоборот, а если задом вильнуть? Ой! Надеюсь этого никто не заметил…» Действительно при ходьбе были лишь приятные ощущения легкого массажа, она решила пройти дворами, где в середине дня было малолюдно, что позволяло идти сексуально виляя бедрами. Она была немного в шоке от своего поведения, но черт как приятно после нескольких лет унылой рутины решиться на что-то дерзкое, как тогда с Сергеем. «Нет, надо навсегда забыть о Сергее, если муж узнает… Лучше уж пробка в заднице» .
Она наконец добралась. Скинула с себя всю одежду, и включила стиральную машину. Халат одевать не стала, ей нравилось ходить по дому обнаженной, когда движении легкий холодок ласкает кожу.
Дома было тихо пусто и неуютно, как бывает по вечерам, когда дочь уже спит, а Паши нет в городе. Когда лежишь одна в холодной постели и так тоскливо, что хочется выть. Кажется что стены сжимаются и душат тебя, и ты готова биться о них головой. Она попыталась прогнать эти мысли.
Все не так плохо, муж скоро будет дома, и я приготовлю для него подарок — развратно улыбаясь думала она — Он не откажется, уж точно, сейчас почти все мужики мечтают баб своих хоть раз в зад оприходовать. Она представила, как раздвигает перед ним свою попочку и он удивлением видит там торчащий кончик анальной пробки. Он вынимает ее и видит ее чуть растянутый анус, что зовет его, просит его заполнить. С недоверием он пробует его пальцами, но вдруг ставшая податливой плоть легко принимает их один, два, три… Он уже возбужден, он в нетерпении, и сбросив одежду бесцеремонно входит в нее. Прямо туда, в пока еще растянутое колечко ей немного больно, но она потерпит, потерпит для него и для себя тоже…
Она внезапно опомнилась, осознав, что ласкает себя спереди и одновременно шевелит пробку сзади. Нужно было дождаться мужа, но ждать не было никакой возможности. Что Владик и Оксана сделали с ней? Она пришла к ним с серьезной проблемой, которая теперь кажется мелочью. Бритая… волосатая, внезапно она превратилась в похотливую сучку, готовую принимать во все дыры. Похоже Влад прав — это действительно гормоны, хронический недотрах тупо свел ее с ума. Нет, она уже не сможет остановиться, по крайней мере сейчас. Вдохнув, она сняла трубку телефона.
- Мама привет, слушай забери Леночку к себе до завтра… Нет, я не заболела. Нет, мам, я потом тебе все объясню… Спасибо, люблю тебя.
Теперь ничего мешало, приятное чувство вседозволенности будоражило воображение. Пробка это приятно, но сейчас ей этого мало, та вторая подошла бы, но увы. Вытащив пробку, она облизав попробовала ввести туда пальцы, один, два, три пальца вошли легко, но тут же Таня чуть не вскрикнула от боли. Чертовы ногти! Она осмотрела их: модный дорогой маникюр не хотелось портить. Лихорадочным взглядом голодной самки она осмотрела кухню. Должно же быть что-то подходящее! А ведь это несколько раз проходила мимо сексшопа, единственного в городе, но так и не решилась зайти! Она переворошила всю кухню, открыла все ящики. Ничего подходящего размеру так и не нашлось. Она присела, и тут ее взгляд упал на скалку, она взяла ее в руки. «Немного великовата, порву себе все», — оценила Таня ее и положила было на место. Но зуд от желания, никуда не делся, даже усилился при виде этого толстого предмета.» Может если только аккуратно, потихонечку, утром попка вообще целочка была, а вот растянулась. Зато как приятно будет, да и не особо толстая она», — уговаривала себя Таня. Вдох, выдох, Таня поднялась со скалкой в руке, взяла детский крем и презерватив.
Ручка вошла легко, постепенно вводя ее глубже, Таня дошла до широкой части и тут стало больновато, но она продолжила потихоньку давить. Медленно, миллиметр за миллиметром ее плоть сдавалась, пока наконец пошла без сопротивления, она осторожно ощупала анус — он был растянут, но не кровоточил. Она перестала давить, и прислушивалась к своим ощущениям: боль уходила, а ощущение сильной растянутости было весьма приятным. Осторожно она двинула скалку вперед — она двигалась вполне легко. Тане было интересно, насколько глубоко она сможет проникнуть и она потихоньку давила, пока не уперлась во что-то. Посмотрев в зеркало, она ахнула: почти тридцать сантиметров скалки было внутри нее! Нет, это был перебор, чуть вынув скалку, она потихоньку начала двигать ей вперед-назад. Сначала совсем потихоньку. Потом чуть быстрее, быстрее, и быстрее. Приятное тепло начало разливаться по телу…
Я вошел в комнату и увидел ЭТО. Она была ко мне спиной и не сразу заметила и продолжила свое занятие, ее глаза были закрыты, лицо искажено похотью, руки ритмично работали, одна ласкала клитор, зато другая… Другая ритмично раздалбывала очко немалых размеров предметом, в котором я не сразу опознал скалку.
У женщин есть какой-то природный антирадар. Я не знаю, как это работает, но стоит нам мужикам начать на них пялиться, как они почти сразу это чувствуют. Этот раз не был исключением. Она вскрикнула и выпустила скалку, которая некоторое время оставалась торчать из ее тела, затем с характерным хлюпающе-пердящим звуком выпала из раздолбаного ануса.
Знаете, есть расхожее выражение: «от стыда готова была провалиться сквозь землю». До того случая я думал, что это лишь литературный штамп. Но сейчас у моей супруги было как раз такое выражение лица. Она смотрела на меня ошалело-непонимающим взглядом, словно пытаясь наконец проснуться, хотела что-то сказать, но губы не слушались. Потом жена поняла, что я таращусь на ее раздолбаный, широко раскрытый анус. А я таращился, еще как таращился, ибо никогда не думал вживую увидеть что-то подобное.
- Не смотри! Не смотри туда! — заорала она выйдя из ступора — Пожалуйста, не смотри туда! — кричала она, пытаясь прикрыть свой позор рукой. Я молча начал подходить к ней, расстегивая брюки.
- Уйди! Уйди! — истошно кричала она. Скалка, просвистев в сантиметрах от моей головы, ударилась в стену.
Но я не ушел и не остановился. Осознав, что сейчас произойдет, она свернулась калачиком и закрыв лицо руками зарыдала. Наскоро избавившись от одежды, я двинулся к ней. Желание бурлило во мне, я решительно раздвинул ей ноги и прижал предплечья к кровати. Она тяжело дышала, слезы катились из глаз, вырваться она не пыталась, да это было и бесполезно. Знаете, когда долго живешь с человеком можно и не слушать, что она говорит, слова лгут. Тело, тело не лжет, ты начинаешь чувствовать это. Не сразу, но через некоторое время. И знал, что сейчас она мне хочет, стыд и унижение не дают сказать это вслух, да это и не нужно. И я сделал ЭТО, я закинул ее ноги к себе на плечи и вошел в нее. Прямо туда. Когда мой член погрузился до конца ее раздолбаное очко, она чуть всхлипнула, но я точно знал, что это не от боли. Дальше в памяти все немного затуманено. Я помню ее стоны, мои непрерывные усилия, чтобы успеть дать ей кончить. Это было трудно, слишком приятен был сам процесс. Но я сумел, и после разрешил своему пульсирующему