"...Распростёр объятияИ смотрюсь я в зеркало,Словно бы с распятия..."Gyula HavasДорогие мои читатели, если только когда-либо вы у меня будете! Милые мои друзья, которых я покину в тяжкое время! С невесёлым сердцем пишу я рассказы о себе и своей жизни, горько и больно вспоминать мне многие моменты её! Но однажды сев за клавиатуру, я не могу обмануть вас и не сказать того, что должен сказать. Когда-то вы, мои дорогие друзья, прочитаете эти, осмелюсь сказать, произведения, и может быть, поймете мои чувства. "Рассказ правдивый о печальной были", - так сказал Луис де Камоэнс. И он был мучеником любви, и я борюсь со страстями, но выше всех страстей желание сказать мучительную или радостную правду.Милые мои друзья, соратники мои! Дорогие читатели, не брезгуйте моими скромными записками, я их пишу для вас, и желаю вам только счастья.Первый рассказ я написал не так давно, и он поведал об одном парне - Сереже, Сергуньке, милом мальчике, с которым нас связала мимолетная страсть. Я и сейчас, когда вспоминаю трепетное тельце этого паренька, не могу сдержать слёз. Я вспоминаю его дорогое личико, его обаятельную улыбку... и меня душат слёзы. Как всё-таки бывает... один только эпизод жизни, а сколько он вызывает бурь и эмоций!Но я отвлекся. Зовут меня Даниил, а для вас я Деня. Закончил я медицинский институт, но врачом ни дня не работал, ибо медицина полностью лишилась авторитета, а жить на зарплату в нашей несчастной стране стало невозможно.Поэтому моя история - это история коммерсанта-неудачника, так как я легко зарабатывал деньги и ещё легче их тратил. После окончания института я занимался нефтяным бизнесом, лесоторговлей, продажей продуктов оптом и многими другими вещами. Дела шли неплохо, и через некоторое время я обзавелся автомобилем БМВ, квартирой в хорошем доме, отличной одеждой, книгами. При всём этом я был одинок и грустен. Приходя вечерами в двухкомнатную квартиру в престижном районе, я сидел за компьютером и старался отвлечься от тягостных мыслей.Я страдаю давно. Моя мечта - это верный друг и любовник, парень, для которого хотелось бы сделать невозможное.Но и жизнь не стоит на месте. Я разорился, я влез в долги, я продал всё (да, всё). И к моменту описываемых событий у меня всего лишь однокомнатная квартира на 14 этаже, и я всё начинаю сызнова.Страсть к Сереже озарила мою жизнь ярким светом на несколько месяцев, и я с удвоенной силой стал заниматься бизнесом, но деньги тратил осмотрительно и никаких роскошеств не покупал, а тихонько складывал валюту в мешочек и надеялся на то, что когда-нибудь найду ей достойное применение.Сережа уехал за границу, и я трезво подверг анализу наши отношения. Ведь по сути это было чисто физическое удовольствие, удовольствие, которое можно получить от любого милого паренька - ведь попочка есть у всех. Я даже не рассмотрел как следует Сережин член, я ошалело тыкался в его проход и ничего не видел. А потом безжалостно отпрепарировал свои чувства и свёл их к механике и алкоголю.Я торжествовал... даже такой миленький мальчик как Серёжа, не смог помутить мой разум! Я сам, добровольно, прервал секс с ним на самом интересном месте и потом гордился своей бесчувственностью! Поистине, вкусив запретного плода, убеждаешься... не очень он и сладок в общем-то.Я с радостью выкинул из головы Сережу и отдался работе. Через некоторое время я уже мог опять считать себя довольно обеспеченным человеком, нопока не спешил уехать из своей скромной квартирки. Я смеялся над собой и думал уже о том, сколько будет удовольствий на Лазурном Берегу или в Италии. Ведь я могу там жить хоть год! Как я мог задумываться над страстями и чувствами, если всё падает к моим ногам и милые мордашки рады мне прислуживать!Боже мой, дорогой читатель! Если бы я знал, какой крах ждёт меня впереди, я бы убежал быстрее собственной тени на край белого света! Но нам не дано ничего предвидеть, мы можем только подчиняться судьбе.Я, интеллектуал и обеспеченный человек, раздавлен и унижен, я просто грязная тряпка, я Никто. Вы спросите... да что же, опять разорение? Нет, нет, бизнесу я научился и уже не выпускал из рук деньги и связи.Беда настигла меня с другой стороны. Ей одно имя - Игорь.Господи, я плачу сейчас навзрыд. Я не могу вспомнить его и не зарыдать, я ору и плачу, как самая последняя институтка, если наткнусь на его фотографию в столе. Год, который мы были вместе с Игорем - это год безмерного счастья и в то же время - пролог к трагедии. Поздно вечером я гоню свой джип по мокрому асфальту и предвкушаю, как сейчас дома напьюсь чаю и вытяну стаканчик джина. На обочине - человек в кожаной куртке, машет рукой. Останавливаюсь.Вот с этого момента жизнь моя изменилась напрочь.-одбрось до ***, - парень весь вымок под дождём и дышит тяжело, будто бежал марафонскую дистанцию.-Садись, - отвечаю я.Трогаю с места и рассматриваю пассажира. Высокий парень (метр восемьдесят пять, наверное), круглолицый, широкоплечий, коротко стриженый, куртка старая, уже зашитая возле кармана. Глаза темные, как спелые вишни, брови черные, пухлые губы.Дрожь проходит у меня по телу. Я чувствую безотчётный страх, совершенно неосознанный. - Гоша меня зовут, - кратко поясняет парень.- Деня, - представляюсь и я.- Деня? А полностью как? - Даниил.- Смешное имя, никогда не слышал такого.- А в Библии Пророка Даниила не читал?- Я? Нет, не читал. То есть читал, да не помню.- Как - не читал, читал? Так читал или нет?-Начал было, да скучно показалось, - зевнув, ответил Игорь.-Почему же?-Я заповеди не хуже пророков знаю, - опять изрёк мой спутник.-Ну и какие заповеди?-Ну как? Не убий, не укради, не свидетельствуй ложно...-Ещё?-Не пре-лю-бо-действуй, - с трудом произнес Игорь.-Ха-ха! И ты не прелюбодействуешь?Игорь посмотрел на меня с недоумением.-У меня жены нет, а с кем попало не могу, - кратко изрёк он.-Да? И...с кем же ты...извини...-Ни с кем.-То есть...-То есть, что слышишь. Не ебу никого.Я чуть не выпустил из рук руль.-Погоди... а сколько лет тебе? Двадцать?-Двадцать два.-И ты... без секса живёшь в двадцать два?-Без секса. -И... давно?-Да года два уже. Пришел из армии, девчонку свою нашел, уговорил на это дело, а она через месяц вышла замуж за толстую харю с деньгами. Я - то без денег, гол как сокол...-А при чем тут секс?-А я не хочу. Я любить хочу. А так - и под душем можно вздрочить, вот и облегчение.Я всё больше задумывался.-Ладно, Игорь, вон и дом твой. А рядом мой. Приехали.-Спасибо, Деня. Мы соседи получается.-Да, так оно вот. Ты где работаешь-то?-Где... можно сказать, нигде.-Ладно, спокойной ночи, Гоша.И я пошел домой. Эпизод с пассажиром меня насторожил, но не очень. Конечно, странно, что такой лось никого не дрючит, а с другой стороны... может у него что не в порядке?И с этой гадкой мыслью я завалился спать.Утром я проснулся оттого, что солнце пробивалось своим назойливым лучиком сквозь занавеску и падало мне прямо в левый глаз. От вчерашнего ненастья не осталось и следа, и даже лужи уже почти подсохли. Натужный скрежет лифтов говорил о том, что население нашего дома - башни отправляется на работу.Привычка жить скромно меня теперь не тяготит, уж лучше накопить денежек, а не разбазаривать их на коньяки, сигары и устриц. Я хоть и не покупал эти мерзкие продукты почти никогда, но, бывало, в ресторане оставлял круглые суммы.Теперь я не такой, теперь я варю сосиски по утрам и самостоятельно готовлю картофель и твёрдую польскую капусту, из которой при тушении почти не выделяется вода и капуста остаётся безупречно твёрдой либо просто подгорает. На этот раз, поглощая яйцо всмятку, я смотрел на плюющийся чайник и мне лень было подняться и выключить его. В голове мелькали вчерашние разговоры в офисе об очередной партии гнилого товара, который прибудет на будущей неделе, о развалившейся рыбе, купленной на Камчатке и раз десять замороженной - размороженной по дороге, убытки от которой мы считаем уже месяц, ещё что-то про подсунутые нам компьютеры, полностью собранные из бывших в употреблении компонентов... "Боже мой, и это жизнь," - говорю я себе, "а ведь было же... были же и Тициан, и Мурильо, и Тернер, был же Рийксмузеум, галерея Тейт...словно вихрем унесло...и теперь ковыряемся в товаре, скандалим относительно раздела выручки... гоняем на машинах на какие-то разборки,
