- он передал штопор и подошёл ко мне. - Вставай, блядина!
Я встала и отряхнула колени. Знать, пришла очередь второго. 'Очередь тридцатого настала. Девушка уже почти рожала...'- пронеслись слова забытой песенки из далёкого детства. Может быть, они меня после этого отпустят?
Он потрогал мою попку, потом чулочки, зачем-то оттянул резинку от пояса и отпустил ее. Она больно, со звоном щелкнула по бедру. Он сделал несколько кадров моей киски, заставил раздвинуть губки и чуть ли не засунул фотоаппарат во влагалище. Прямо врач-гинеколог! Потом несколько раз снял меня в полный рост в разных позах. Интересно, не подрабатывает ли он на свадьбах фотографом?
- Встань на четвереньки и немного подставь попку, - ласково проворковал Слон.
- Как это, 'подставь'? - Спросила я.
- А то, ты не знаешь! - Возмутился он. - Как для ебли!
Я стала на четвереньках, подставляя свой зад хладнокровному оку фотокамеры.
- Ты прелесть! – подытожил Слон, закончив фотосессию.
После этого он изрядно выпил вина, запил пивом и ему явно похорошело. Не торопясь, он подошёл ко мне и расстегнул ширинку.
- Ну-ка, возьми за щёчку, пизда!
Они получали удовольствие от произношения грязных и бранных слов, от их звучания, от вида оскорблённых людей, кому эти слова были адресованы. Есть такая категория людей.
Он вытащил свой инструмент, который в неэрогенном состоянии уже имел приличные размеры. А что же будет потом? Он же порвёт меня! Как будто услышав мои мысли, мужик криво и цинично ухмыльнулся, обнажив свои черные от табака зубы, схватил своей клешней мою руку и прижал ее к своему потному и волосатому паху. Я смотрела на него, как кролик на удава. В его глазах я увидела скотскую похоть по молодому и стройному телу и желание кобеля получить свою сучку. Я попыталась вырваться, но это ещё больше его завело. Он заломил мне руку за спину и резко осадил меня на колени. Как только я открыла рот, член сразу же вошел в него и стал проникать все глубже и глубже. Я почувствовала, как он набухает там и увеличивается в размерах. Вдруг член проник так глубоко, что я поперхнулась. Выпустив его изо рта, я произнесла шёпотом и жалобно:
- Только, пожалуйста, не надо так глубоко! - И взяла в рот опять.
Теперь у меня не было выхода, оставалось только подчиняться этому кобелю, и я решила помочь ему, в надежде, что кончив, он отпустит меня. Я стала обсасывать его головку, делать поступательные движения, массировать кончиками пальцев яички. Слон тихо стонал, член стал твердым, как резиновая дубинка, яички напряглись. Я стала повышать частоту поступательных движений, понимая, что то, насколько он быстро кончит, зависит теперь только от меня. Член входил и выходил, входил и выходил, и от напряжения у меня заболела шея. Я присела на корточки.
- Колян, - со стоном проговорил он, - ну-ка, сфоткай меня!
Засверкала вспышка, но я уже не обращала на неё внимания. Наконец яички начали приподниматься, и мужчина напрягся всё сильнее, его движения стали резче и грубее. Я уже устала держать рот настолько широко открытым, чтобы зубы не мешали движению члена. Теперь я стала помогать руками и дрочить член, удерживая кончик головки во рту. Ну, давай же, давай, милый, кончай! Я заметила, что вошла в азарт и возбудилась. На кончике головки выступала жидкость, которую я постоянно слизывала языком.
Возбуждение росло и я, как будто помимо воли, начала надсадно постанывать и шептать: "ну давай же, мальчик, кончай", и сама не верила, что говорю такое. Стало уже все равно! Ну, когда же он кончит? И вот, когда этот момент должен был настать, он вдруг вытащил член и замер.
- Ты думаешь, я тебе кончу в рот? А вот хер угадала!
Выждав несколько секунд, он взял бутылку с пивом и допил её двумя глотками. Потом развернул меня к себе задом и заставил наклониться. Я оперлась о стену, чтобы не упасть, и он мог свободно созерцать мою роскошную задницу. Вдруг он шлёпнул меня больно по ягодице.
- Ну что, кобыла, готова к скачке? - Продолжил он издеваться.
Не дожидаясь от меня ответа, Слон прижался ко мне. Член его упёрся в место между анусом и губами. Нащупав промежность, он развёл губы пальцами, вставил головку в щель и резко вошёл в меня. Я вскрикнула: его член был слишком широк для меня.
- О, да ты уже вся мокрая! - Обрадовался он.
Действительно, пока я ему отсасывала, я сама не понимая почему, возбудилась, хотя, казалось бы, повода для этого не было.
И Слон принялся меня долбить. Он со всей дури врывался в меня глубокими резкими толчками, будто боялся, что не успеет довести дело до конца. Несколько раз я ударялась головой о стену, но он не обращал на это внимания. Всё происходило в ужасном темпе. Мне было так мерзко на душе - никогда меня еще не пользовали, как дешевую шалаву.
На глаза выступили слезы еще немножко, и я зарыдала. Он же, услыхав мои страдальные стоны, еще больше ожесточился. В моем влагалище уже все хлюпало от моих выделений. Постепенно боль стихла, уступая место более приятному ощущению, испытываемому при каждом вводе - теперь пенис скользил опьяняюще мягко. И сквозь горечь и слезы я опять почувствовала начавшее притупляться возбуждение, и вдруг усмехнувшись, осознала, что мне даже приятно! Приятно испытывать удары здорового самца...
Я сама не заметила того, как мои стоны поменяли оттенок - из страдальческих они превратились в сладострастные!
- Что, нравится тебе, сука! - Засмеялся Слон, не сбавляя темпа. - Что ж ты, блядь, специально, что ли в магазины голой ходишь!
"Господи, я блядь, меня трахают, как дешёвую блядь, я и есть блядь", - проносилось у меня в голове. Но волны оргазма всё подступали и в какой-то момент переполнили всё моё естество. Я закричала во весь голос, забилась в судорогах и обмякла.
Слон приостановился.
- Я не понял, кто здесь кому доставляет удовольствие? - С этими словами он вытащил свой член из меня. Я продолжала стоять, опираясь о стену, не в силах двигаться. Вдруг я почувствовала, что его палец залазит мне в сфинктер. Только этого не хватало! Я дёрнулась, пытаясь, освободиться.
- Ты что зашевелилась, курва! - Он ударил меня свободной рукой по заду. - Стой, не рыпайся! - И продолжил смачивать мой анус моими же выделениями.
- Не надо туда, умоляю! – Взмолилась я. – Очень прошу!
Наверное, у него что-то зашевелилось в душе, потому что он убрал руку от моей попочки и начал вставлять свой член во влагалище.
- Ладно, в жопу я тебя потом выебу! – И вдруг усмехнулся, легко входя в мою киску. - Да ты вообще, проститутка по натуре. Может тебе ещё и денег дать?
И Слон задвигался во мне, сначала медленно, потом распыляясь всё больше и больше. Вскоре он вновь набрал первоначальный темп и уже вводил толчками, будто что-то забивал. Сначала я тяжело дышала и извивалась, потом я начала непроизвольно постанывать (что за дурная привычка, прямо действительно, блядь какая-то!), даже немного подмахивать в такт движениям члена, получая с каждым вво¬дом нарастающее удовольствие. Это, конечно, не сегодняшний мальчик! Кстати, я даже не спросила, как его зовут.
Парень вводил минут десять. Руки затекли, было неудобно, но приятно. Его толчки достигли немыслимого придела. Вдруг в преддверии оргазма он схватил меня за волосы и дернул на себя. Я взвизгнула от боли. Он ещё несколько раз ввёл член, и плотно прижавшись ко мне, до боли сжал мои бёдра и замер. Я почувствовала, как мощная струя семени брызнула во влагалище. И вместе с ним, задрожав всем телом и содрогаясь в конвульсиях, я испытала оргазм. Хорошо, что месячные у меня только закончились, и не было риска залететь.
- Всё,- выдохнул Слон. - Кончил. Ничего, сучка, только крикливая.
Он хлопнул меня по заду, вытаскивая ещё твёрдый член. По ноге и чулкам потекла сперма.
- Это еще не всё, - прохрипел насильник. – Ну-ка, обсоси елду!
От члена шёл острый запах, но другого выхода у меня ведь не было. Я находилась, как под гипнозом, подавленная властностью этого человека. Он держал меня за волосы, сильно оттягивая их, с явным садистским наслаждением и подталкивал член ко рту. Я насухо облизала его, но противно не было. После этого Слон оставил меня на некоторое время в покое и отошёл в сторону.
- На хрена ты в неё кончил? Теперь купайся в твоём дерме! - Обиделся Колян. – Слышь, сука, а ну вытрись!
- Подожди! – Отстранил его приятель.
