извивающихся, как змей, трепещущих нитей побежали в глубь животика, сладострастно сжимая напряженную матку.
Язык Сергея вращался, танцевал вокруг торчащего, упругого сосца, нежно втягивая его в себя, как в те далекие времена, когда она кормила грудью, заставив её тяжело задышав, сильнее прижаться к нему.
Нет, это было ни с чем несравнимое ощущение!
- «Хорошо, … ой, … как хорошо …, - слетело с чуть приоткрытых губ. – Можешь сильнее, … не бойся …»
Его ладонь накрыла коленку, скользнула на внутреннюю сторону бедра, и Лариса поняв его намерения, покорно развела ножки в стороны, открывая доступ к пылающему лону. Дрожащие пальчики коснулись в промежности влажной ткани трусиков, заскользили по пухлым, налитым кровью вареникам, с огнедышащей, испускающей соки, расщелиной.
Мочка пальчика скользила между ними, вдавливая ажурную ткань в ущелье, которая не позволяла ей дальше углубиться.
- «Мешают? – услышал он тихий шепот. – Давай сниму …»
И не дождавшись ответа, Лариса встала, изящным движением сбросила трусики. Не отводя от него взора отстегнула одну застежку за другой поддерживающую черные чулочки. Медленно сняла их, скатывая по стройным ножкам, расстегнула пояс и абсолютно голая присела опять на край дивана. Наклонила голову и поцеловала в губы сына, и его рука сразу скользнула между расставленных ножек.
Пальчик, не встретив больше препятствия, сразу проник во влажную расщелину. Он нежно двигался в пылающем разрезе, чувствуя, как соки обильно вытекают из него. И она ответила ему, проникая языком глубоко в рот, когда он коснулся спелой вишенки клитора, танцуя там ведомым только им танцем.
Голая мать и сын, слились в сладострастном поцелуе, исследуя языки и полости рта друг друга, пока Сергей, не в силах больше справиться с желанием ощутить влажный жар женского чрева, тихо произнес:
- «Ляг на диван, … на спину …»
И Лариса беспрекословно легла, на освобожденное место сыном. Она лежала абсолютно голая, медленно сгибая ножки в коленках и разводя их в стороны, приглашая сына. Грудь, при каждом движении соблазнительно слегка покачивалась, алая щель приоткрытого влагалища испускало слюни, готовая принять член, как тогда, той ночью, когда он увидел её ласкающую себя.
Но он в оцепенении смотрел на неё, не в силах поверить в своё счастье. Огромный член выглядывал из под нависшей над ним краем футболки.
Пауза затянулась и она не выдержала, задыхаясь прошептав:
- «Иди ко мне. Я хочу тебя …»
Сбросив футболку, он медленно подошёл, неспешна встал на колени между широко расставленных ног, не отрывая от неё взгляда.
Опухшие губы с готовностью разошлись в стороны, как только головка Сергея коснулась их, пропуская во влажную пылающую расщелину. Она была так влажна, а вход в глубину животика так открыт, что ей не составило большого труда нежно проскользнуть внутрь.
- «Ой, … ой, … как хорошо …», - застонала Лариса, почувствовав распирающую чрево мужскую плоть.
Сергей уперся руками по обе стороны тела матери, словно вися над ней и мог видеть эрегированный грибочек клитора, покрытые слизью половые губы жадно обхватившие толстый ствол.
- «Какой он у тебя …, - стонала мать. – Не могу поверить, … как хорошо …»
Он медленно, то погружался, то выходил из женского чрева, оставляя его широко приоткрытым, дразня половые губки, клитор, словно наслаждаясь состояние матери, пытающейся удержать его внутри, двигая бедрами ему навстречу.
- «Трахни, … трахни меня, … как последнюю шлюху …», - стонала женщина, потеряв последние остатки разума от нахлынувших чувств.
Она не могла сопротивляться своим самым низменным желаниям, как только он опять погрузил во чрево толстую плоть. Неистово задергав бедрами, Лариса крутила ими по спирали, словно стараясь дотронуться им до самых потаённых уголков женского чрева.
Блестящий от её соков, он то выскальзывал немного, то вновь с силой врывался внутрь, заставляя женщину всё громче стонать.
Стенки влагалища сократились, сладострастно обхватили железный стержень двигающийся внутри животика, волны наслаждения побежали по телу и неожиданно тело потряс первый оргазм.
- «Ах, … ой, … ещё, … сильнее …, - закричала она, сильно прижимая руками его бедра к своим. – Ой …»
Лариса кончала так, как не кончала давно. Раз за разом по телу бедной женщины пробегали судороги, она сильно сжимала его в объятиях, беспрерывные крики и стоны вырывались из горла. Сексуальная неудовлетворенность четырех, а может и больше лет, вырвалась наружу, сметая всё на своём пути, не останавливаясь ни перед какими препятствиями и нормами морали.
Но самое странное, что женщина не была полностью удовлетворена. Обрушившиеся оргазмы только раззадорили страсть и похоть, вызвав ненасытно желание близости.
Сергей всё быстрее и быстрее двигался внутри животика, жадно врываясь в маленькую, сладострастную киску, вызывая в ней восхитительное волнение ощущения твердого, ненасытного члена распирающего чрево. Ой, как она любила это состояние!
Она изгибалась, стараясь, как можно глубже принять член во влагалище, дергаясь в ритм движения сына, разводила шире ноги в стороны, терлась спелой вишенкой клитора о жесткие волосы его лобка. Волны удовольствия заполняли женское чрево, заставляя ещё неистовей извиваться под сыном.
- «Хорошо, - хрипела Лариса. – Ой, как хорошо. Трахай меня трахай, … сильнее, … ещё сильнее, … заставь меня кончить …»
Она ухватилась руками за его худые бедра и с силой дергала на себя всякий раз, когда он старался глубже проникнуть в неё, сама насаживаясь на железный вертел, как курочка на шомпол гриль.
- «Глубже, … ещё глубже, - шла бедрами ему навстречу. – Трахай маму своим большим членом! Трахай, как последнюю шлюху. Я твоя шлюха, и только твоя …»
- «Говори так, … говори …, - застонал Сергей, увеличивая частоту и амплитуду движения бедер. – Это ужасно заводит …»
Секс с сыном был страстным и до неприличия грязным, но Лариса не могла сопротивляться своим темным убеждениям, когда перешла грань и стала участником своего похотливого желания, а сейчас ещё более безумная от возбуждения, окончательно потеряв контроль над собой, прошептала:
- «Тебе нравится слушать такое? Нравиться, что мама развратная шлюха? Шлюха, но твоя, только твоя! Делай со мной что хочешь, … обзывай, … как заблагорассудится …»
И не дождавшись от него ответа, Лариса высоко подняла длинные ножки и положила лодыжки на дергающиеся плечи, из-за интенсивных движенияй его тела, таранящего истекающее влагалище.
Сергей воспринял её слова, как какую-то игру, и торжествующе посмотрел сверху вниз на мать, продолжая вгонять член между распухших вареников половых губ:
- «Ты изголодавшаяся маленькая шлюшка?»
- «Да! Я - твоя изголодавшаяся маленькая шлюшка! Люблю чувствовать твой огромный член внутри животика! Трахать меня, истекающую соками сучку!»
Чавкающие звуки и хлопающие удары живота о бедра разносились по комнате каждый раз, когда он с силой вгонял в неё разгоряченный член. Нет, такого дикого возбуждения Сергей не испытывал никогда!
- «Да, … сильнее, … глубже …, - подвывала Лариса. – Тебе нравится это? Нравиться трахать мать в истекающее влагалище?»
У неё появилась ненасытная потребность чувствовать каждый миллиметр пульсирующего члена стенками влагалища, прикосновения головки к шейки матки, приятное заполнение внутренности плотью сына.
- «Трахай, трахай меня! Я – маленькая ненасытная шлюха! Трахай маму!»
Сергей ещё сильнее поднял её ноги, яростно врываясь между раскрасневшихся абсолютно лысых вареников половых губ. Лариса чувствовала, что его огромный член с каждым разом всё сильнее таранит матку, наполняя влагалище необычайным чувством. Почти истерично, она старалась попасть в ритм движения сына, окончательно сведенная с ума неистребимой жаждой последних лет по крепкому молодому члену.
- «Ой, … кончаю, … кончаю …, - закричала она, обхватывая его плечи. – Ещё, … ещё, … трахай меня, … трахай свою мать – шлюху …»
Влагалище пульсировало от неудержимого оргазма, издавая клокочущие звуки, когда он врывался в него. Стремительная, всё сметающая на своём пути волна зародилась в самых
