Традиционно /МЕМУАРЫ: секс в СССР был ЧАСТЬ ДЕВЯТАЯ СПЛОШНОЙ ОБЛОМ, ЛАРИСА
насаживаясь на моего «дружка». Было приятно чувствовать, как он двигался в ее узком влажном «жилище». Скорее всего, мои ощущения передались и подруге, потому что вскоре она начала тихонько постанывать, получая удовольствие от каждого движения внутри себя. Правда, может быть, это была женская провокация, стимулирующая мое возбуждение. Однако в стимуляции я не нуждался, потому как мое «орудие» работало, казалось, независимо от чьего бы то ни было возбуждения.
Единственное, что я сделал, услышав тихие женские стоны, прибавил в темпе, надеясь усилить наслаждение распластанной передо мной женщины. По всей видимости, этого удалось достичь. Стоны усилились. Частое дыхание превратилось в тяжелое дыхание, словно, Лариске перестало хватать воздуха. Тогда я прибавил еще темпа, желая ускорить сексуальный взрыв подруги. И в один из моментов, когда я ей в очередной раз загнал член по самые яйца, стукнув ими ее попу, Лару скрутило. Мой конец так сжало внутри, что я испугался, как говорят в народе, защемления. Однако когда самые сильные судороги закончились, и из горла Лариски послышался стон облегчения, влагалище отпустило моего «мальчика».
- Все, я больше не могу! — еле слышно проговорила подруга. — Если ты продолжишь, то я сойду с ума или со мной случится инсульт после очередных судорог и взрывов в голове.
- Хорошо, я сейчас выну его из тебя.
- Нет, подожди, не сейчас, — воскликнула женщина, испытывая посторгазмическое блаженство. — Боже, как же мне хорошо с тобой! Я не понимаю, что происходит…
Я промолчал, хотя ее признание пролилось амброзией на мое мужское самолюбие. Удивительно, но сейчас у меня с ней отсутствовало желание орального или анального соития. Я и раньше замечал, что когда женщина со мной кончает от вагинального секса, не брезгуя оральным, об анальном сексе я даже не вспоминаю. Да и оральный секс мне нужен только для того, чтобы лишний раз убедиться, что подруга занимается со мной сексом не только для собственного здоровья и удовольствия. Но потому, что ей нравится этот «хоботок», как частичка меня самого, она дорожит им, как и мной в целом, а потому целует и ласкает его, поскольку это доставляет, во-первых, удовольствие ей самой, а, во-вторых, дает власть надо мной.
Женщина, которая поняла, что мужское самолюбие сильно затрагивать, а тем более, оскорблять, нельзя, будет жить в уважении и мире. Остальные, которые не следуют этим правилам, несмотря на свою хозяйственность и сексуальность, скоро перестанут быть объектом обожания и уважения. И, как правило, такие союзы распадаются…
Желательно, чтобы женщина в быту была на порядок умнее и тактичнее мужчины, хитрее и изворотливее. Однако, к сожалению, 20-й век настолько сильно раскрепостил большинство женщин, что они, как существа более энергичные и прагматичные в быту и сексе, воспользовались своим преимуществом в полной мере, подавив предоставленными обществом правами и природной истеричностью мужской домострой. Однако взамен ему они не смогли создать ничего нового и жизнестойкого, а попытки взять на себя не свойственные им мужские функции, привели их к разладу с собственным природным «эго».
Так, видимо, и не поняв происходящее, Лариса решила перенести размышления о вечном и сущем на более поздний период. Она зашевелилась и с очень большим нежеланием свела ноги вместе, давая понять, что секс здесь и сейчас закончен. Я специально очень медленно стал вынимать член из мокрого влагалища. Эта медлительность чуть не довела ее до смены принятия решения, но преодолев нарастающее желание, женщина, сделав движение назад, избавилась от моего «дружка», но не смогла сдержать стон разочарования.
Член вылез наружу, но не повис, а остался торчать горизонтально полу, готовый вновь проникнуть во «влажное жилище». Лариска, чтобы не передумать, даже не стала на него смотреть, а отвернулась от меня и начала натягивать колготы. Одевшись, она немного успокоилась, но, посмотрев в мою сторону и, увидев, что я еще не одет, извиняющимся тоном произнесла:
- Хороший мой, у нас еще вся ночь впереди…
Я кивнул головой, а подруга неожиданно встала передо мной на колени, взяла моего «мальчика» в руку и начала целовать и облизывать то, что доставило ей так много сладострастных мгновений и наслаждения. Однако не помогли и оральные ласки. Все стояло, но не кончало. Пришлось натягивать штаны на стоячий член, потратив много времени на осторожное застегивание ширинки. Удалось застегнуть без травм, но его в штанах было так много, что идти в таком виде я не соглашался, хотя Лорик, умирая от смеха, просто настаивала, чтобы я предстал перед ее одноклассницами именно в таком виде.
Пока мы препирались, член стал терять в размерах, а когда, выйдя из класса, поднялись в актовый зал, он уже почти превратился в расслабленного мажора.
- Где это вы так долго отсутствовали? — поинтересовалась сразу же Ольга, завидев нас в зале.
- На Кубу ездили, — ответил я, не дав раскрыть рта своей спутнице.
Такого ответа Ольга снова не ждала, поэтому не нашлась, что ответить. А мы пошли с Лариской танцевать. В танце мое орудие снова ожило. Лорка хихикала и прижималась сильнее, отчего в штанах у меня все прибывало и прибывало. Когда танец закончился, мне пришлось прикрывать причинное место скрещенными руками, чтобы не смущать женскую часть, находящуюся в данном помещении. Однако от любопытных бабских глаз скрыть всю картину не удалось. Ольга сразу же что-то зашептала стоящим рядом с ней одноклассницам. Те, бросая взгляды на мои руки, начали хихикать, а Ольга поздравила Ларису с богатым мужчиной. Та, не смутившись, ответила ей на ухо так, чтобы слышали и другие:
- Он не только богатый мужчина, но и мастер.
- Ой, может быть, он мне кран в ванной отремонтирует? — спросила все та же Ольга, плотоядно водя язычком по губам.
- Так у тебя, как я вижу по кольцу на пальце, есть муж!
- Муж — объелся груш! — пренебрежительно ответила она.
Я посмотрел на Ларису. Та с жалостью смотрела на Ольгу.
- Что, действительно, все так плохо? — удивился я.
- Алкаш! — односложно пояснила подруга.
- То есть не муж и не мужик? — спросил я у Ольги.
- Вообще нелюдь! — с ненавистью сказала женщина.
- А в чем проблема? Найди другого.
- Другого, с двумя детьми? — воскликнула Ольга.
- Живи одна. Зачем помимо двух детей содержать алкаша?
- У нас двухкомнатная квартира, и он там прописан. Самый лучший размен — это большая однокомнатная и комната в коммуналке. Но в коммуналку муженек ехать не согласен. Да и в однокомнатной квартире с разнополыми детьми жить можно до определенного возраста, а дальше?
- Олечка, тогда надо решить, что для тебя важнее — развод с алкашом или квартирные условия… в любом случае, чем-то придется поступиться. Можешь терпеть — терпи, а там, кто знает, может быть, еще встретишь человека, который полюбит тебя и примет с двумя чужими детьми. Могу одно сказать — алкаши долго не живут. И если он у тебя не буйный, потерпи годика два-три… только не давай повода ревновать тебя.
- Да ему наплевать, где я, с кем я…
- Не скажи! Алкаши в этом плане не предсказуемы… лучше поостеречься.
- Ладно. А ты смог бы жениться на женщине с двумя детьми?
- Не знаю, не пробовал. Я пока не встретил такой женщины.
- А Лариса?
- Во-первых, Лариса замужем, а, во-вторых, мы с ней сегодня только встретились после пятнадцатилетней разлуки. А в любовь с первого взгляда я уже давно не верю.
- И после второго тоже?
- Точно. Сейчас уже я предпочитаю сначала, как следует узнать и понять человека.
- А ты женщину воспринимаешь как человека?! — удивилась Ольга.
- Конечно. На самом деле мы не сильно отличаемся друг от друга, разве что гениталиями, которые у одних они наружу, а у других все внутри.
- Но, как раз именно это и определяет разницу в устойчивости наших нервных систем, восприятие мира, природы, работы полушарий мозга.
- Олечка, не обманывай себя концепциями ученых. Смотри на мир не так философски. Главное и основное отличие между мужчиной и женщиной — в их природном предназначении. Самец забрасывает семя, самка принимает и вынашивает из семени плод. Почему иногда мужчину сравнивают с пахарем-крестьянином, а женщину с бороздой в земле от плуга.
- Точно, точно! Старый конь борозды не испортит, но и глубоко не вспашет…
- Есть такая поговорка, но к ней следует относиться очень индивидуально…
-