захотят напоить тебя как-то по-другому, чтобы тебя тем самым унизить как-нибудь по-новому.
Я отложил стакан в сторону. Госпожа приказала мне опять лечь на спину, и когда я лег, она опять села мне на лицо своей жопой. Посидев так немного, Госпожа развернулась и села на мое лицо уже киской. Мои нос и губы оказались между ее половых губ и были плотно прижаты к ее пизде. Дышать, также как и уткнувшись в жопу, было невозможно, и Госпожа иногда приподнималась, чтобы я мог маленько подышать и затем опять опускалась на мое лицо всем весом. Госпожа сидела у меня на лице и смотрела телевизор, постоянно переключая с канала на канал.
Посидев так минут двадцать, она начала тереться пиздой об мое лицо. Через некоторое время ее влагалище начало выделять слизь, и Госпожа, продолжая тереться, размазывала эту слизь по всему моему лицу. Где-то еще через пять минут, Госпожа, наконец, кончила, обдав мое лицо новой волной слизи. Затем она слезла с меня и легла на спину, раздвинув ноги. Я, не дожидаясь приказа, начал вылизывать ее киску.
Когда ее киска снова стала чистой, я попросил разрешения сходить в туалет по малой нужде. Госпожа мне разрешила, предупредив меня, чтобы я быстрее возвращался. Туалет я нашел быстро, он тоже оказался на первом этаже дома. Зайдя в него, я обратил внимание на свое отражение в зеркале.. Мое лицо было покрасневшим от сидения на нем и трения об него, и его почти полностью покрывали подсыхающие половые выделения Госпожи.
Справив нужду, я быстро пошел обратно в комнату. Когда я вернулся, Госпожа приказала мне лечь на спину, головой в сторону телевизора и согнуть ноги в коленях. Я лег, как было велено.
- Эта поза будет называться «кресло». Будешь всегда принимать эту позу, как только тебе скажут это слово. Понятно, мразь?
- Да, моя Госпожа.
- А, поднимая или опуская колени, будешь регулировать угол наклона спинки такого кресла, чтобы Госпоже твоей было удобней сидеть.
Госпожа села мне на живот, прислонившись спиной к моим бедрам, а ноги поставила мне на лицо. Она сидела и смотрела телевизор, а я продолжал лежать неподвижно, изображая кресло. Но не прошло и десяти минут, как Госпожа встала с меня.
- Ну что, раб, меня приспичило посрать, так что пришло время попробовать тебе моего говнеца. Подставляй свои ладони.
Госпожа присела на корточки, а я подставил свои ладони под ее анус. Она пернула в них, и затем из ее ануса стала появляться колбаска ее говна и ложиться мне на ладони. В мой нос сразу ударил запах говна. Я старался аккуратно распределить вылазившую какашку по ладоням, чтобы на пол ни чего не упало. Первая ее колбаска оказалась длинной где-то двадцать пять сантиметров, темно-коричневого цвета, с твердым по консистенции началом и по мере ее продолжения слегка смягчающаяся. Следом за первой какашкой, на мои ладони стала ложиться вторая. Она, в отличие от первой, была покороче, где-то сантиметров пятнадцать, уже в диаметре, и помягче. И следом за второй, как бы в довесок, упала еще одна маленькая и мягкая какашка.
Закончив срать, Госпожа встала, а я продолжал стоять перед ней на коленях, держа на ладонях ее говно.
- Ну что замер? Понюхай его для начала – приказала Госпожа.
Я поднес руки с говном ближе к лицу, склонился над ним и начал нюхать, и как было ранее велено, изображая при этом удовольствие. А чтобы сделать Госпоже приятное, я даже выразил свое восхищение запахом ее говна, сказав, что оно очень приятно пахнет, хотя на самом деле запах был далеко не приятным.
Пока я нюхал ее говно, Госпожа взяла фотоаппарат и сфотографировала меня за этим действом.
- Теперь полижи его маленько..
Я выполнил и этот приказ, лизнув несколько раз ее говно. И также был сфотографирован за этим занятием.
- А теперь, давай, жри его. Съешь сначала вот эти какашки, что помягче, затем приступай к моей первой какашке, но съешь только часть ее, вот досюда - она пальцем показала часть ее первой колбаски, которую я должен съесть, ограничив тем самым более твердое ее начало, размером где-то сантиметров шесть-семь. – Остальное, положишь себе в рот, и будешь посасывать как леденец, не жуя, пусть просто тает у тебя во рту. И когда будешь жрать дерьмо своих Госпожей, всегда тщательней его прожевывай, чтобы лучше ощутить его вкус. Приступай.
Я взял в рот сначала ту какашку, которая упала самой последней. Тщательно ее прожевал и с трудом проглотил. Вкус был достаточно не приятным. Во рту чувствовалась горечь. Затем я откусил кусочек от ее второй какашки. Также тщательно прожевал ее и проглотил. Следом откусил еще, прожевал и проглотил. И так я съел всю ее вторую какашку.
Я ни как не мог поверить в происходящее – я ем говно. А Госпожа опять же сфотографировала меня, теперь в процессе поедания ее испражнений.
Съев, как было велено, сначала ее более мягкие какашки, я приступил к поеданию ее первой какашки, которая была более твердой по консистенции.. Также частями откусывая ее и тщательно прожевывая, я съел отмеренную мне Госпожой часть этой какашки. А остаток, самый твердый кусок ее дерьма, я положил себе в рот и начал посасывать его.
Госпожа приказала мне открыть рот и на высунутом языке держать этот кусок какашки. И когда я это сделал, она сфотографировала мое лицо с близкого расстояния. После чего я опять, закрыв рот, продолжил посасывать кусок какашки Госпожи.
Затем Госпожа легла на живот и приказала мне тоже лечь, и засунуть свое лицо между ее ягодиц. Я лег между ее раздвинутых ног и разместил свое лицо между двух половинок ее задницы, губами упершись ей в анус.
Я лежал, уткнувшись лицом в жопу Госпожи, а во рту у меня таяла ее какашка. Я постоянно сглатывал, по мере накопления у меня во рту слюней и растворяемого в них говна. По истечении где-то получаса, кусок говна моей Госпожи почти полностью растворился у меня во рту, а оставшийся маленький кусочек я просто проглотил. После чего я поблагодарил Госпожу за ее какашки.
- Я надеюсь, тебе понравилось мое говно?
- Очень, моя Госпожа. Оно было очень вкусным – с горечью в душе произнес я, продолжая лежать, уткнувшись лицом в ее попку, приподнимая его лишь для того, чтобы говорить.
- Хорошо. А теперь давай вылижи мою попу, чтобы она была чистой.
Я начал лизать. Вылизал сначала область вокруг ануса, полностью очистив ее от остатков говна, затем начал просовывать язык в анус и там им работать, вертя им из стороны в сторону, иногда высовывая и обсасывая его. Анус Госпожи также был вычищен. Закончив, я уведомил Госпожу, что ее попочка стала чистой.
- Молодец, хорошо служишь, раб. Чувствуется, ты уже полностью вошел в новую роль.
- Спасибо, моя Госпожа, стараюсь.
- В основном, срать мы тебе будем сразу в рот, конечно, если не захотим чего-то другого..
- Хорошо, Госпожа.
Госпожа села на диван и приказала мне полизать ей ножки.. Что я и начал делать. Прошелся языком по каждому ее пальчику на ногах, полизал верхние части ее ступней.
- Ладно, хватит, уже поздно. Пора ложиться спать – остановила меня Госпожа.
Госпожа куда-то вышла, а когда вернулась, принесла с собой небольшую подушечку, которую, как вошла в комнату, тут же бросила на пол, и детские девичьи колготки голубого цвета с как бы выбитым на них узором в виде пересекающихся линий и образующих среднего размера ромбики.
- Это чтобы ты этой ночью ни на минуту не забывал о своем статусе в этом доме. Как я раньше обещала, мы даже на ночь будем оставлять тебя в униженном положении. Открывай рот.
Когда я открыл рот, Госпожа засунула в него часть этих колготок, предназначенную для ступней, а верхнюю их часть, одела мне на голову. Благо на этот раз колготки оказались чистыми, или, по крайней мере, ношенными может только раз.
- Ложись спать, и смотри, колготки с головы не снимай и не выплевывай их, а то я тебя накажу, как следует, мало не покажется.
Я лег на пол, нащупал рукой, брошенную Госпожой, подушку и подсунул ее себе под голову. Госпожа ушла.
Я долго не мог заснуть. Я чувствовал, как от меня пахнет говном и половыми выделениями Госпожи, которые подсохли у меня на лице. Да еще эти колготки на голове и во рту, не привычно было так спать. Я лежал и думал о происшедшем за сегодняшний день, о своей будущей жизни в этом доме. Сколько еще таких дней мне предстоит прожить. Скольким еще Госпожам придется подчиняться, служить им в качестве туалета, всячески ублажать их. Думал и о том, что помимо взрослых женщин, мне предстоит еще подчиняться и малолетним девчонкам, которые на много младше меня, и которые наравне со взрослыми женщинами будут унижать меня и издеваться надо мной. Для меня началась абсолютно новая жизнь, о которой я ни когда не мог даже вообразить. Через некоторое время сон все-таки застал меня и я заснул.
