иными словами в моем понимании быть голым перед доктором было не стыдно – так я тогда понимал «врачебную тайну».
Нехотя я подчинился и даже сам спустил штаны до колен, но Кате этого было мало, и она совсем их сняла с меня, и на стол положила – больше мебели в комнате-то и не было. У меня тоже плавки любимые были, еще с прошлого года, трикотажные темно-синие, красивые. Конечно не такие как у Андрея с карманом и поясом, но тоже крутые. Правда к этому лету они уже мне маловаты стали, но красота требует жертв! Только не в медпункте у Кати! Из-за их малого размера мой писюн поднимал их шатром и отрывал резинку от живота. Я через этот зазор даже своего дружка видел. Катя, видимо, еще шутить хотела, поэтому спросила: «Ой, а что это такое у нашего мальчика? У маленьких мальчиков так быть не должно!». Вроде серьезно говорила, а глаза смеялись. Взялась она двумя руками за резинку, и тут я глаза вверх задрал, в потолок, чтобы позора своего не видеть! Доктор-то она доктор, но ведь это моя самая страшная тайна.
«Так-с, посмотрим, что у нас тут болит!» - весело начала Катя, но вдруг смолкла. И после паузы длинной спросила: «Сильно болит?». Я головой покачал, но вниз посмотрел. На лице Катином не улыбка, а какое-то испуганное выражение. Я ниже глаза опустил и остолбенел! Таким огромным я свой хер никогда не видел, даже когда спускал пару раз. Сейчас он был сантиметров 12 длиной с темно-бордовой головкой на подосиновик похожей. Катя мой столбик около яиц придерживает и под головкой пальчиком водит: «Здесь болит? А здесь? Сильно давит?». Я головой качал и иногда говорил: «Нет». Она начала немного головку сдавливать между пальцами, я дернулся. Она разжала руку: «Больно?». «Да» - говорю. Она: «Потерпи, я сейчас все поправлю» - и пытается сплющить головку и кожу на нее натянуть. Тут я жопой задвигал, действительно больно стало.
Катька в панику впадать стала! Не хочу о людях думать плохо, но мне кажется, что оценила девушка ситуацию верно, и первым делом о себе подумала. Похожа эта ситуация зеркально на ту, какая у Андрея с Маринкой произошла. Взрослая тетка соблазнила ребенка, а у того хер раздуло, и если она не придумает ничего за полчаса, может этот ребенок инвалидом стать. Уголовка, суд, срок и пиз@ец всей жизни! А что она придумать может? У нее образования-то кот наплакал! Это даже не перелом – травма тяжелая, но обычная, при котором основные действия даже санитары и милиционеры знают. А что с членом пережатым делать? Вскочила она, к шкафу бросилась, дверцы распахнула и давай искать чего-то.
Андрей на койке встрепенулся и сел. То на Катьку бешенную смотрит, то на мой писюн торчащий – ничего понять не может. «Что случилось?» - спросил он Катю, а та отмахивается: «Отстань!». Прикиньте, то «Вы» и сверхвежливость, а тут, чуть не матом! Перепугалась она очень сильно! Наконец нашла, что искала – вазелин. И снова ко мне бросилась. Плавки одним движением с меня сорвала и в сторону бросила. Андрею скомандовала: «Дверь запри!». Ноги мне раздвинула, и начала головку вазелином мазать. От вазелина прохлада приятная, но не долгая. От горячего хера вазелин плавился и по члену к яйцам стекал. Тоже ощущения интересные. А Катька головку намажет, пузырек отставит и опять пытается кожу на залупу натянуть. Ни первый раз, ни второй, ни третий не получается у нее, только больнее мне делает. Скользкая шкурка, вывернутая под головкой, из скользких пальцев ее выскакивала и на залупу не лезла.
Совсем растерялась Катя и вслух сказала; «Как же залупу-то прикрыть?». Я подумал, что она меня спросила, и ответил: «А он когда маленький становится, то залупа почти сама прячется» - я же опытный уже! Оторопела Катя и на меня посмотрела: «А когда он уменьшится?». Тут Андрей веское слово сказал. Он когда дверь запер, так за Катиной спиной и встал. Пока она с вазелином ковырялась, видно и до него дошло, что случилось. И опыт у него, видимо, аналогичный был: «Надо, чтобы Витя кончил, тогда его член уменьшится». Пауза повисла, эти двое, о чем речь вели, поняли, только, как проблему решить не знают. А я и не понял, что за дела вокруг такие, и чего они смурные.
Катя помолчала и сказала, тихо так, почти шепотом: «Я попробую, только Вы Андрей отвернитесь, пожалуйста». Андрей подумал и отвернулся к окну, т.е. вполоборота к нам стал. Катя на колени между ног моих встала, письку мою (при 12 сантиметрах – наверное, член уже) в руку взяла, и начала вверх вниз двигать, т.е. дрочить мне стала. Смазанная вазелином, ее теплая ладошка охватывала мой хер и плавно скользила по нему все быстрее и быстрее. Приятно было неимоверно! Легкое сжатие и нежное движение Катиной руки не шло ни в какое сравнение с моими дерганьями за письку, когда я дрочил сам себя. Причем она еще периодически то сжимала член, то почти отпускала его, в такие моменты я просто улетал – «Вот, что такое еб@ться!» - наконец, понял я: «Никакие девчачьи секреты для этого не нужны совсем! Вот она главная тайна! И я ее узнал! А все мои предатели теперь в полной жопе!». Вы не поверите, что можно думать о чем-то ином, когда тебе дрочит красивая женщина, но я думал, но не мог пока придумать, как обретенная тайна возвысит меня в моем кругу. Я не знал, как донести до них мысль о том, какие они идиоты, и какой я самый суперский пацан!
Прошло минут пять, у меня раза три подкатывал оргазм, но я не знал, что это такое и сам подавлял свое желание «кончить». Когда раньше я сам доводил себя до эякуляции, такого состояния я не испытывал и поэтому не знал, что это именно то что нужно. Катя ощущала эти моменты и приговаривала: «Ну, давай, маленький мой, еще чуть-чуть!». Но я-то все равно не понимал это «чуть-чуть» и сдерживался. Катя устала, но немного успокоилась. Не взирая на ее активную дрочку, моя залупа не выросла и не посинела, видимо кожа не пережала все сосуды и кровь хоть и медленно, но все-таки обменивалась в моей непомерно распухшей головке.
Катя перестала двигать рукой по моему члену и начала его внимательно разглядывать и шевелить кожу под головкой. Невероятно, но видимо ее движения разгладили кожный валик, и он теперь уже не был вывернут наизнанку. Была просто кожа, собранная в гармошку под головкой, теперь ее давление снизилось, и кровь легче циркулировала по члену и в залупе. Но когда Катя снова попробовала натянуть кожу на головку, у нее опять ничего не вышло. Стягивалась кожа с головки, когда она была значительно меньше чем сейчас. Т.е. получалось, что Андрей прав – пока я не кончу, залупа не уменьшится, а пока она не уменьшится, кожа ее не закроет. Катя еще немного подвигала рукой по моему достоинству, скорее всего, просто по инерции, было видно, что она глубоко задумалась.
Если вы думаете, что Андрей так и стоял, повернувшись к окну, то вы ошибаетесь. Хватило его от силы на минуту, потом он сначала оглядывался, а затем совсем повернулся и, засунув руку в плавки, нещадно дрочил свой здоровенный ху@. Когда Катя перестала меня мастурбировать, Андрей отвернулся, но руку из плавок не убрал, и оглядываться не перестал. И пока Катя в задумчивости перед залупой моей сидела, решил он уже снова повернуться, но тут Катя решение какое-то приняла и воровато на Андрея взглянула. Он тут же в окно выпятился, типа, интересно ему там.
Не заметила девушка его финтов и такое устроила, что я в осадок выпал! Она чуть колени разогнула и наклонилась вперед. Я еще подумал: «Может она встать хочет? Дрочить же так неудобно…». Не додумал я, не успел! Наклонилась Катя еще ниже и… лизнула мою залупу! Не взлетел я только потому, что на спинку перед этим откинулся. А Катенька провела языком вокруг всей головки и еще раз ее лизнула. Еще раз провела вокруг, да и взяла хер мой целиком в рот, аж до самых яиц! Только в самом конце ей хода чуть не хватило, так она его проглотила. Еще ничего и не случилось особо, но понял я, что был полный мудак когда думал, что сношаются, когда женщина мужику дрочит.
Обдумать новый вариант е@ли я не успел, потому что Катя сразу взяла быстрый темп. Она то почти полностью выпускала мой писюн изо рта, то пускала внутрь только головку и облизывала ее языком внутри своего ротика. Потом Катя закладывала член за щеку и гладила эту щеку рукой. Опять выпускала почти все, но продолжала играть языком с моей залупой. Или внезапно, как первый раз, глубоко
