наблюдая за мужиками, которые, кто украдкой, а кто явно, пялились на идеальные Лиины груди, увенчанные торчащими в небо сосками, которые не мог скрыть никакой купальник. Лия шептала мне на ухо, что все женщины поблизости уставились на мои плавки, не видя у меня никакой реакции.
– Смотри, у всех мужиков всё торчит, а у тебя ни члена, ни яиц не видно. Все думают, наверно, что ты кастрат! Видели бы они! Кстати, как ты чувствуешь, что он там сейчас делает?
– По-моему, пытается выбраться из ведра!
К нам подходили мужики, по одному и группами, предлагали Лие то сыграть в волейбол, то покататься на скутере или катере, то обещали угостить шашлыками и шампанским. Меня, при этом, похоже в расчёт уже не брали. Когда приставания стали настойчивыми, Лия надела на себя свою «спецодежду» из бесформенных кофты и джинсов, и мигом превратилась в ту самую «лахудру», которую я встретил на вечеринке. После этого она взглянула на незадачливых поклонников таким взглядом, что они мигом потеряли к нам интерес.
– Ну, что же, пора выручать нашего «арестанта», – шепнула она мне, и мы отправились домой.
Пока мы ехали к дому, я немного расслабился и войдя в квартиру мы увидели просто ведро с молоком, из которого ничего не выглядывало. Я протянул руку, чтобы проверить, где наш «пленник» прячется, но Лия остановила меня.
– Подожди, я его сейчас выманю! Смотри на меня!
Она включила музыку и стала медленно раздеваться. Это было целое представление. Хотя мне казалось, что я давно изучил каждый миллиметр её роскошного тела, на этот раз она превзошла саму себя. К тому времени, как она сняла с себя последнюю часть туалета, я хотел её так, как никогда ещё до этого. Я смотрел только на неё и только краем уха слышал какой-то плеск в ведре. Она взглядом показала мне на это ведро, хотя я и так знал, что там можно увидеть.
Действительно, мой член торчал из ведра, как палка, напоминая кобру, завороженную флейтой факира.
– Вот он, мой родной, соскучился без мамочки! Сейчас я тебя приласкаю! – Лия склонилась над ведёрком, и я почувствовал, как её нежные губы мягко обнимают головку моего сокровища. Она нежно ласкала её своими губами и язычком, пока твёрдая от неимоверного внутреннего давления головка постепенно скрывалась у неё во рту. Вот она уже полностью скрылась из глаз, но член продолжил движение, втягиваемый внутрь как насосом. Этот процесс длился и длился, молоко стекало по Лииному подбородку и по её груди, а член, казалось, никогда не кончится! Наконец над поверхностью молока появились мои яички, увенчанные браслетиком, как короной.
Лия выпрямилась и посмотрела на меня. Весь член поместился у неё в пищеводе, а может достиг желудка, снаружи осталось только колечко, и свисающие на подбородок яички. Думаю, такого зрелища ещё никто никогда не видел! Видно было, что её шея немного увеличилась в диаметре из-за распиравшего её члена. Она поворачивала голову из стороны в сторону, наклоняла её, и я очень хорошо чувствовал все эти движения. Кончилось всё тем, что перевозбуждённый член выстрелил порцией спермы прямо ей в желудок. Это был потрясающий оргазм! На некоторое время я почти отключился, член расслабился, и Лия извлекла его наружу. Как в тумане я видел, как Лия споласкивала под душем этот, потерявший временно чувствительность почти сорокасантиметровый «шланг», раскладывает его на полотенце во всю его длину, вытирает его, делает с ним ещё что-то, может массаж, но мне уже было всё равно, глаза мои закрылись.
Когда я проснулся, Лия спала рядом, а на подушке около моей головы лежал мой член, завязанный узлом. Никогда не думал, что это возможно. Со стоящим членом такого не сделаешь. Лия просто воспользовалась моим сном.
А потом, через несколько дней, Лия исчезла.
Ночью мы, как обычно, занимались разнообразным сексом, а наутро от неё не осталось и следа, один браслет на моих причиндалах. Она исчезла так же неожиданно, как появилась в моей жизни. Случайно осталось несколько её фотографий, сделанных моим телефоном, когда мы гуляли по городу. Фотографий было много, но они все исчезли вместе с ней, оставшиеся сохранились только потому, что я однажды сделал их копии на рабочий компьютер, и Лия про них не знала. Я пытался её искать, звонил в милицию, больницы, даже в морги, но внутренне я знал, что это бесполезно. Так прошло два месяца, и я получил от неё письмо. Оно пришло не по почте. Просто, когда я однажды вернулся с работы, на столе лежал чистый не заклеенный конверт и на нём стоял небольшой термос. В конверте было напечатанное на принтере письмо и фотография. С фотографии на меня смотрела Лия, обнимавшая двух мальчиков примерно пяти лет. Лия выглядела немного старше, чем на моих фотографиях, а дети были похожи друг на друга и … на меня
.
Письмо было такое:
------------------------------------------------------------------------------------
Костя, любимый!
Прости меня, пожалуйста, но я должна тебе объяснить хотя бы что-то. Ты ведь понимаешь, что наша встреча не была случайной. Ты был моим первым и последним заданием, и первой и последней любовью. Время в нашем мире идёт по-другому и задерживаться я больше не могла, и так пропустила все сроки.
У нас были очень большие проблемы, но с помощью тебя и ещё нескольких человек с Земли они благополучно решаются. Наш мир – это не планета (мы давно уже не живём на планетах), но неважно. У нас развилась демографическая катастрофа, которую мы не сразу смогли распознать и найти причины. К тому времени, как мы нашли способы борьбы с этим явлением, было уже поздно – у нас практически не осталось мужчин. Нужен был свежий генетический материал.
Ещё раз, прости меня, но я не смогла сказать тебе всю правду. В обмен на твои потрясающие сексуальные способности, которые ты получил вместе с браслетом, и на два месяца неземного сексуального наслаждения, мы взяли у тебя твой генетический материал, точнее ВЕСЬ твой генетический материал. В переводе на твой привычный язык, мы взяли у тебя твои яички. Теперь у тебя больше не будет детей, полученных естественным способом. С тестостероном у тебя не будет проблем, его у тебя вырабатывает сейчас другая ткань, а вот твои сперматозоиды оказались нам нужнее. Может быть, тебя успокоит мысль о подрастающих миллионах твоих детей в нашем мире, и о двух наших с тобой сыновьях, единственных за последние восемьдесят лет мальчиках, зачатых и рождённых естественным путём. Они займут в нашем мире особое положение, как первые знаки надежды.
Прощай, мой единственный, любимый! Мы не сможем больше общаться. Через два ваших года мне уже исполнится 80 лет. Теперь ты понимаешь, что у меня не было мужчин до тебя, так же, как и не будет их потом.
Твоя ЛИЯ.
PS. Если ты всё же захочешь иметь земных детей, я сохранила немного твоей спермы, достаточной для зачатия десяти малышей, даже по вашим несовершенным технологиям. Она в термосе.
------------------------------------------------------------------------------------
Сейчас я сижу за столом и дописываю свою историю. Сперму из термоса я сдал на хранение в специальное хранилище, вдруг пригодится. Если Лия написала правду, сейчас ей уже больше восьмидесяти лет. Я смотрю на её фотографии и чувствую, как распрямляется и набухает мой член в банке с молоком, стоящей на столе. Иногда он плещется там, как большая рыба в аквариуме.
