Денис, дядюшка Френки не одобрит…
- Я и без его одобрения кончу – Денис сбрасывает трусы и перешагивает борт ванны.
- Ты считаешь, с женщиной уходит меньше сил на секс, чем, скажем, с Максом? – Жанна задирает ноги за голову.
- Бля, с Максом я выкладываюсь, как в бою, а с тобой так баловство… - Денис легко вгоняет член в мокрое влагалище.
***
- Жанночка, я же люблю тебя, я хочу забрать тебя отсюда – шепчет недавно вышедший из больницы Игорек – Один бой отработаю, и мы с тобой уедем…
- Мне и здесь не плохо – Жанна сворачивает тугой пучок, чтобы волосы не мешали тренироваться.
- Ну, приподними маечку…
- Тебя, что мама грудью не кормила? – смеется Жанна.
- Твои грудки самые лучшие – Игорек подхватывает губами сосок, рука вползает под резинку шорт.
- Ты руки мыл, за клитор хватаешься?!
***
- Дядюшка Френки, я не хочу уезжать в Питер – Жанна жмется ко мне, как котенок. – Я уже привыкла здесь, мужики меня не обижают, а там, в обществе одних баб, я с ума сойду за целый год? Они порвут меня как дикие кошки…
- Я здесь мелкая сошка, не могу повлиять на планы Днищева, тот Питерский клуб сделает тебе документы, правда, ты будешь по паспорту на два года старше… – я зарываюсь носом в её душистые волосы. – Контракт Днищев подписал на год, еще вернешься, это нормальная работа - постановочные бои, не как у ребят,… Честно говоря, я рад за тебя.
- Зачем я тогда такую массу набрала? – Жанна шлепает себя по бедру.
- Ты отлично выглядишь Солнышко! Спи, давай…
В мае Жанну забрал какой-то очень престижный Питерский Ночной клуб для участия в кетче и постановочных костюмированных сватках. Хозяйка этого клуба в спорте ничего не смыслила, зато любила смотреть, как крепкие девчонки мутузят друг друга. И еще скажите мне, что она не лесбиянка!
Клуб процветал и Днищев нажился на Жанне, отдавая её туда всего на год, набивая цену: на больший срок не могу – самому нужна.
Я прекрасно понимал, что без моих уколов и тренировок по нашему жесткому плану, через год от её формы ничего не останется, и Днищев это тоже понимал.
Я думал малыши станут скучать без «куклы», но оказалось больше всех скучал Игорек, который, видимо, кроме Жанниных сисек и своего хера ничего больше никогда в руках не держал.
Бои шли как обычно раз в месяц. За лето «Малыши» пару раз ездили после боя в больницу, но ненадолго. Их соперники, на мой взгляд, становились все сильнее и сильнее от боя к бою. То ли у «Малышей» уже накопился опыт, то ли они были находчивыми ребятами по жизни, они находили слабые места у всех пар и выигрывали.
Всего за полтора года они провели за Днищева девять боев. Немного, скажете вы, очень много, скажу вам я, столько не провел никто.
В августе мне позвонила женщина и просила позвать Дениса или Максима к телефону. Я был удивлен, что кто-то кроме меня, Днищева и его соратников, знает этот номер. Я высказал «Малышам» за это, но они сказали, что дали телефон подруге своей сестры в виде исключения и это первый и последний звонок из внешнего мира.
***
- Еще один бой для ровного счета - прищуривается Днищев, - За выигрыш дам премию - по диплому престижного ВУЗа, настоящие дипломы…
- Мы вчера попрощались с публикой – Денис спокойно собирал сумку.
- Можно снова поздороваться, никто против не будет – Днищев закурил, трудно было расставаться с теми, кто поднимал его авторитет до уровня серьезного делового человека, знающего толк в развлекательном бизнесе. – Вы вчера устали, я понимаю, соперники были резвые как мартышки, но в вашем возрасте усталость быстро проходит…
- Мы не устали, мы завязываем с этим делом – Максим нагло сидел перед боссом на диване, разбросив ноги. – Дипломы нам пока не нужны, вы нам так и не дали обещанные военные билеты, так что мы сходим сначала в Армию, все равно Родина заставит, а потом займемся образованием…
-Я обещал вам военные билеты? – засомневался Днищев.
- Босс, ты мне говорил, помнишь? – вмешался я в разговор - Я решил подбодрить ребят как-то, ну и проболтался, виноват…
- Я не говорил, что сделаю, пытался, но не вышло – выкрутился Днищев – Ну что с боем 21 сентября, а?
- Прощайте, Илья Афанасьевич! Спасибо вам за все и дальнейших успехов в бизнесе…- совершенно серьезно сказал Денис.
- Мы будем вспоминать вас добрым словом не раз, но больше денег нам не надо, огромное спасибо! – Максим даже приобнял немного Днищева.
Потом они пошли прощаться с Митей, Стасом-массажистом, с ребятами, которых едва знали. Я хотел спрятаться, чтобы не расплакаться от ужаса надвигающейся разлуки, но они нашли меня, расцеловали и дали мне телефон, по которому с ними можно будет связаться.. Это меня наивного немного подбодрило.
Референт болтался на улице, они прошли мимо него, но вдруг остановились. Они налетели на него с двух сторон, прижались, и комично расцеловали, расстегивая все имеющиеся застежки.
- Счастливо Пашка! Ты все болтал, что хочешь к нам прижаться… - смеялся Денис – Вот и сбылась твоя мечта…
Днищев хотел подвезти их, но они отказались, пошли пешком до железнодорожной станции.
***
Следующий 1998 год был для Днищева не очень удачным, его пару раз пытались посадить, но не смогли – выкрутился. Это был последний год моей работы с ним.
Сейчас я живу в своей крохотной однокомнатной квартирке, в небольшом подмосковном поселке. Я работаю тренером, веду секцию бокса в местном спортклубе, У меня нет учеников, которые бы могли стать хотя бы Мастерами Спорта, ну и не беда, зато они получают удовольствие от занятий, вообщем я не зря работаю.
С 1998 года, то есть уже 9 лет, я совсем один. Я пробовал встречаться с одной поварихой из кафе, но так и не смог ее, как следует трахнуть. Она, кажется, обиделась, и наши отношения прекратились. Соседняя воинская часть изобилует желающими отсосать за деньги. Я пару раз пользовался услугами солдат, они вроде старались, но всё было не по мне. А что я хотел? Пацаны просто снимаются за деньги и жрачку, у них куча комплексов и проблем… такие забитые и облезлые они меня не возбуждают ни капли.
Единственное, что у меня осталось это воспоминания и дрочка, От дрочки я кончаю, как и в 20 лет – значит я еще не импотент. На женщин я смотрю с отвращением, на голубых тоже, совратить какого-нибудь натурала в лейтенантских погонах, мне не по силам, двух слов связать не могу с ними.
Я звонил по оставленному телефону 7 лет, и все время шли длинные гудки, словно телефон был, а аппарата не было. Я узнал через справочную службу, по телефону адрес. Меня это совсем не утешило. Адрес находился в Калининградской области (Кенигсберг) и был записан на человека, о котором я никогда не слышал. Я попытался узнать о нем, и у меня появилось ощущение, что его вообще не существует, может быть, он давно умер или пропал, что-то в этом роде.
Я всё же иногда звонил, но все реже и реже. И вот я не звонил уже 2 года и думал, что потерял телефон, но, выбрасывая старую куртку, я вывернул карманы на предмет оставшихся мелких купюр и нашел бумажку с телефоном. Да я и так помнил его наизусть, в первый месяц после разлуки я набирал его по 300 раз в день…
Я набрал телефон без особой надежды.
- Привет! Дядь Федь… - услышал я знакомый голос и слезы навернулись у меня на глазах.
– Ты узнал? Это Макс…
- Макс, Дорогой, откуда ты знаешь, что это я?
- Только тебе мы давали этот телефон…
- Где вы болтались 9 лет? – я уже во всю рыдал.
- По телефону не расскажешь всего, приезжай…
- В Калининград? – опешил я.
- Ну да. Мы вышлем тебе денег на билет – Макс шепнул что-то мимо трубки. – Последний шикарный клиент нашей сестренки оставил нам наследство недалеко от этого милого города, ничего не поделаешь…
- Я приеду, деньги у меня есть…- всхлипывал я.
- А адрес?
- И адрес есть - (я зачитал адрес с бумажки)
- Раньше был дом № 34… на большом участке земли. Дядь Федь, там рядом наша гостиница… ты не заблудишься, но лучше мы тебя встретим.
На работе я хотел взять отпуск, но мне не дали, тогда я взял и … уволился!
Сегодня поздно вечером я сяду в самолет и завтра увижу их – своих «Малышей».
