Кончилось это тем, что эту девушку изнасиловали этот гость со своими дружками. А меня до конца вечеринки посадили в клетку, которая стояла в подвале дома. Оттуда я слышала, как веселятся гости и как визжат девушки, пытаясь спастись от распоясавшихся и изрядно подвыпивших кобелей.
Мне стало так обидно, что я решила уйти от Госпожи. Когда наверху всё стихло, Леди Диана спустилась в подвал и отперла клетку.
- Никогда так больше не делай, - сказала она строго, - Ты могла всё испортить.
- Ах, простите, моя дорогая Госпожа! – кривляясь, поклонилась я, - Как же я сама не догадалась! Только ты эти сказки другой дуре рассказывай! А что ты скажешь Ти, как ты её называешь? И другим девушкам что ты скажешь?
- Как ты смеешь так со мной говорить, ничтожная рабыня! – вдруг заорала Леди Диана.
Мы схватились и начали драться. Но Хозяйка оказалась сильнее меня. Ко всему прочему, она была сильно пьяна. В конце концов, ей удалось повалить меня на пол и сесть сверху. На её зов прибежали охранники. Они связали меня, предварительно раздев догола, заткнули рот, чтобы я не кусалась, и потащили наверх.
Когда мы очутились в большой комнате, я увидела, в каком состоянии были остальные рабыни: порванная одежда, у многих "сияли" на теле синяки, у кого-то была рассечена губа. Ни сидела в углу на корточках, держась за живот, а под ней образовалась большая кровавая лужа.
- Прекрати реветь, рабыня! – рыкнула на неё Хозяйка, - Не смертельно. Ну, трахнули тебя пару раз. Завтра Госпожа Анна подлечит. Будешь, как новая.
- Госпожа Анна не придет, - возразил один из охранников, - Мы же в Питере.
Но Леди Диана уже не слушала его. Ткнув меня в бок каблуком своей туфли, она приказала на всю ночь привязать меня к столбу в холле. Когда её распоряжение было выполнено, Госпожа пристально оглядела меня мутными от вина глазами и, шатаясь, ушла в свою спальню. Рабыни тоже разбрелись по комнатам. Только служанка Ни так и осталась сидеть в углу.
Я стояла, привязанная к толстому столбу в центре огромного зала, дрожа от холода и злобы. Я видела, как Ни, превозмогая боль, сумела подняться и ушла в свою кмнату. У меня сжалось сердце от жалости к этой маленькой худенькой девушке. Но помочь я ей ничем не могла.
Наступило утро, а вместе с ним и похмелье. Леди Диана с распухшим лицом сползла вниз и уставилась на меня шальными глазами.
- Я тебя всю ночь ждала, - заплетающимся языком промямлила она.
- М-м, - только и смогла ответить я.
Госпожа быстро распаковала мне рот и стала распутывать ремни, которыми её доблестная стража прикрутила меня к столбу. Освободив меня, она стащила с себя пеньюар и накинула мне на плечи.
Когда мы поднялись в её спальню, я напомнила этой идиотке, что произошло. Мы пулей слетели вниз и ворвались в комнату Ни. Слава Богу, кровотечение остановилось, но девушка была бледной и слабой. Вызывать неотложку Диана не стала, а сама занялась лечением девушки. Как оказалось, она неплохо разбиралась в женских болезнях.
Я махнула на неё рукой, мол, пусть делает, что хочет, а сама побежала проведать других рабынь. Но с остальными было всё в норме. Крепкими оказались эти "девочки". Они только сидели и посмеивались надо мной.
Когда я вернулась к Ни, Хозяйка, окончательно протрезвевшая и осознавшая, что произошло, самолично кормила с ложечки свою служанку какой-то белой массой, отдаленно напоминавшей творог.
- Прости меня, моя маленькая, - шептала она, отправляя в рот девушки очередную порцию, - Я тебя вылечу.
Я не стала смотреть на эти кошачьи нежности, быстро собрала свои вещи и ушла. Две ночи я спала на вокзале, а потом сняла вот эту комнату, устроилась в больницу санитаркой.
***
Кристина замолчала. За окнами начинался рассвет. Мне пора было собираться в аэропорт.
- Скажи, - не выдержал я, - Для чего ты всё это мне рассказывала?
- Я снова решила вернуться к Дине, - вдруг заявила девушка.
- Зачем? – чуть не задохнулся я от удивления, - Понравилось быть рабыней? Ты понимаешь, что твою "Госпожу" надо судить со всей её компанией!
- Не надо никого судить, - спокойно ответила Криста, - Пусть каждый выбирает то, что ему по душе.
- А когда она тебя снова измордует, ты опять от неё сбежишь? – не унимался я.
- Нет, Иво, - Кристина замотала головой, - Не уйду.
- Ты уверена?
- На все сто!
- Это почему же?
- Потому что я – рабыня!
