тумбочки шнурки, которыми мы всегда перетягивали мне член и яйца. Димка взял один и обмотнув его у самого основания, спросил меня.
- Как затягивать?
- Как хочешь, я всё равно не чувствую даже твоих рук, как ты к нему прикасаешься.
- Ты что серьёзно – удивился Димка.
- Да – ответил я.
Димка завязал узел и стал затягивать его. Член сжимался всё больше и больше и вот он сдавил его почти на две трети и стал обматывать ещё и снова узел и снова пара витков и так пока не закончился шнурок. Хоть член ещё и не успел полностью возбудиться. Но выглядел он вполне прилично и покачивался перед его лицом.
- Ну как, так пойдёт – спросил он.
- Вполне – ответил я.
Димка сел на кровать и поднял ногу. В ступне торчала колючка. Как она сюда попала, я даже не знал. Он вытащил её и повертев перед глазами спросил.
- Эти колючки ты толкал, ну в бане про чё рассказывал.
- Ага, эти – согласился я.
- А счас можешь – спросил Димка.
- Запросто, только за ними сходить нужно – ответил я.
- Пошли сходим и проветримся, пока совсем не развезло – согласился Димка.
Димка оделся, а я просто накинул рубаху и трико и мы отправились за деревню. Чертополоха и прочих колючек там росло полно и мы сразу сорвали несколько стеблей и пошли обратно. Во дворе я настриг их короткими кусочками и взял пинцет.
- А это ещё зачем – удивился Димка.
- Сейчас увидишь – сказал я и оттянув крайнюю плоть взял пинцетом один кусочек стебля с шипами и протолкал между головкой и крайней плотью на столько, сколько он мог войти. Димка просто светился от восхищения и после того как я затолкал уже несколько кусочков стебля чертополоха, он попросил меня.
- А можно я попробую.
- На, попробуй – ответил я и подал ему оба пинцета.
У него тоже стало получаться почти с первого раза и так быстро, как будь то, он работал медиком и знал всё это давно. Вскоре всё пространство между крайней плотью и головкой было заполнено кусочками стеблей с колючками, и он выдохнул.
- Всё, больше толкать некуда.
Он отпустил член и тот упав, ударился головкой о ступеньку крыльца, на котором я сидел.
- И часто ты так - спросил он.
- Нет, иногда когда совсем скучно становится и делать нечего – ответил я.
- А что ещё пробовал – спросил Димка.
- Дикую крапиву – ответил я и не успев продолжить, как услышал удивлённый возглас Димона.
- Дикую?! Так она же жалится сильно.
- Ну и что, я и стебли её толкал под кожу – гордясь своими достижениями, ответил я.
- А при мне попробуешь – поинтересовался Димка.
- Если хочешь ею меня попарить, то хоть сейчас, а если вместо колючек, то завтра.
- Я согласен. Может, тогда ещё раз прогуляемся – предложил он.
- Пошли, только я больше одеваться не буду, а то сними, то одень – ответил я.
- А как ты пойдёшь тогда – спросил Димка.
- В одной рубахе – ответил я уже весёленьким голосом.
Пиво давало о себе знать, и мы пошли проветриться. Дикой (конопляной) крапивы было кругом полно и мы вышли на берег озера через огород и пошли вдоль берега. Мой дом был четвёртый с краю и вскоре мы оказались за пределами деревни. Дальше было проще. Было уже поздно и хотя ещё светло, но вряд ли кто мог шататься по полю и нас видеть и мы не скрываясь отправились прямо к зарослям крапивы. Я подал Димке рукавички и сказал.
- Выбирай какая тебе понравится, только выше не хлещи и показал рукой уровень чуть выше члена.
- Ладно, - ответил Димка и стал рвать крапиву.
Первый удар или лёгкое похлёстывание мне показалось не очень сильным, но вскоре Димка понял, что можно и посильнее и стал охаживать меня и по попе и по члену, а потом попросил развести ноги пошире и стел хлестать между ними сразу по яйцам. Он был на взводе и не обращал на меня внимание, а я от возбуждения с интересом за ним наблюдал. Мой член был перетянут и в полу возбуждённом состоянии находился почти параллельно земле и поэтому ему сильно доставалось. Я даже немного подался вперёд и выставил его ещё больше, чтоб оградить случайное попадание по животу и Димка резвился. Не зря говорят, что хмель делает человека немного дурным. Так вот он был именно таким, да и я не лучше же. Ведь если бы голова немного хоть думала тогда, что после всего этого мне ещё придётся потом отходить и восстанавливаться. Но я тогда не думал об этом и веселился вместе с Димкой. Даже что то поддакивал ему. Типа.
- Давай его парь сильнее. Поддай ещё. – ну и что то в этом роде. Это заводило Димку ещё сильнее и после того как он измочалил один веник, он нарвал ещё один и продолжил. Ох и досталось тогда моей заднице и ногам тоже, а особенно члену и яйцам. Когда мы вернулись домой радостные и воодушевлённые нашим чудачеством и расправой с моим членом и яйцами, то даже сразу и не заметили, что до этого раздутая и напряжённая головка под крайней плотью которой были натолканы колючки, немного кровоточила. Мы всё ещё были перевозбуждены, и Димка то и дело говорил мне.
- А ты видел как я по нему снизу ударил?
- А как по яйцам тебе прошёлся?
- А по залупе то как попало? – восхищался он.
Да, это был не тот Димка, с которым мы в детстве играли, да и на трезвую голову он такое себе бы ни за что не позволил. А я и сам хорошо – успокаивал я себя. Пора было спать и мы стали распутывать шнурок. Он уже перетягивал мой член часа полтора и член весь посинел. Потом мы стали оттягивать крайнюю плоть и вынимать колючки. Как всё было убрано, мы оголили головку и увидели, что изнутри в нескольких местах кожа была порезана колючками или кромками кусочком стеблей. Наверное от сильных ударов прямо по головке подумал я тогда. Отмывшись мы прижгли ранки и легли спать. Болтали ещё долго, так как я не мог уснуть. Воткнувшиеся в кожу шипы от крапивы раздражали и не давали мне успокоиться. Я чесался то там, то там. А когда Димка уснул, я пошёл в баню и там мочалкой ещё долго растирал тело, вытирая и вымывая колючки. Под утро правда вздремнул немного, но Димка проснулся рано и забрякал и разбудил меня.
Протрезвев, Димка первым делом спросил меня.
- Ты как. Вроде мы вчера немного перебрали и переборщили – сказал он.
- Ну было немного, зато весело всё получилось – сказал я и свесил ноги с кровати. А когда убрал одеяло, то даже сам удивился. Мой член и всё вокруг него было покрыто волдырями готовыми вот-вот лопнуть. А головка вообще распухла, вернее крайняя плоть вокруг неё.
- Да, вроде точно перестарались – сказал я.
Димка открыв рот и сделав глаза по пять копеек молча рассматривал мой член. Не говоря ни слова. Потом спросил.
- Что теперь делать то.
- Думаю пройдёт за неделю ну за две то уж точно – успокоил я его, хотя сам ещё ничего не знал. До таких волдырей я себя и свой член ещё не доводил. Но мне не хотелось пугать друга, сам виноват сам и справлюсь совсем этим. А то снова потеряется и не приедет никогда – рассуждал я переворачивая с боку на бок свой член, который лежал на бёдрах как разжиревший поросёнок который не в состоянии даже пошевелиться.
- Ты на меня серьёзно не сердишься – спросил Димка.
- Нет конечно, я такое много раз проделывал и целыми ночами голый по крапиве шастал и не такое было – соврал я ему чтоб успокоить и снять напряжение и его вину в этом.
- Ну ладно тогда. Давай сегодня не будем ничего делать – сказал Димка.
- Давай – ответил я и узнал того Димку из детства, который всегда в моих проступках винил себя.
До вечера мы много ещё говорили и я всё ему рассказал о себе, только всё что проделывал со мной брат, я выдал как будь то это делал я сам. Димка был в шоке от моих рассказов, а вечером я его проводил. На остановку не пошёл, а то бугор спереди сильно выпячивал. Пригласил его приезжать и не забывать ко мне дорогу и он пообещал что как будет время, обязательно приедет.
Этим летом Димка ещё много раз приезжал ко мне, почти каждые две недели. Дважды мы с ним чудили под хмельком после пива и мне как и после перового раза доставалось изрядно. Когда он уезжал, то я зализывал раны к следующему его приезду. О том что кроме крапивы мы с ним делали, я уже писал в других рассказах и повторяться не буду. Брат был занят дома и в этом году вообще ко мне не показывался. Забот с маленьким сыном было полно, не до развлечений.
Прошёл год и наступило новое лето. Особо ничем оно не запомнилось, как и следующее. Димке начали приедаться наши с ним развлечения и он стал ездить реже, а может жена стала выговаривать что. Когда племян
