если –напротив, Вы мной недовольны. Это – заключительная часть ритуала…
Я нависла над распростёртым телом своего невольника. Чёрт возьми! До чего же он хорош!! Неужто он всецело принадлежит теперь мне и душой, и телом??? Я не могла в это поверить. Опустила плеть рукоятью вниз и провела ею по центральной ложбинке Степановой груди, под натянутой цепью. Довела до лобка. И перешла на внутренние поверхности бёдер… Сначала левой ноги, потом – правой. До самых щиколоток. Пошевелила кончик пениса, жадно выглядывающий сквозь отверстие колпачка пояса смирения. Почувствовала, что он напрягся… Степан вздрогнул… Пора было заканчивать хулиганить, иначе неизбежно пришлось бы наказывать это такое роскошное распростёртое передо мной тело. А я не хотела его бить. Сейчас не хотела.
-Вставай, лодырь! Одевайся, а я пока посижу! Да поживее у меня! А то поставлю дома второй станок и будете с Денисом болтать всю ночь напролёт в туалете!
Дважды приказывать не пришлось. Не прошло и пяти минут, как все позорные символы рабства были скрыты цивильной одеждой. Я встала, подошла вплотную к молодому мужчине и, одной рукой нежно ероша его пушистую шевелюру, вытащила уже ставшую ненавистной мне цепь. Я видела: он хотел прижаться губами к моей ладони. Но не посмел! За что был вознаграждён от меня поцелуем в висок. Медленным и почти неосязаемым! Его глаза закрыла поволока неги. Но расслабиться я своему рабу не позволила: дёрнула за поводок и вывела из комнаты на площадку перед лифтом.
-Всё!! Я почти уже здесь работаю, и мне плевать на то, что здесь требуют по уставу от сумасшедших клиентов! Вниз мы идём пешком! Это всего 2 пролёта! Вперёд! В ответ я услышала ликующее:
-Гггггааааввв!
Проходя мимо конторки охранника, я помахала ему рукой. Совсем скоро его здесь не будет. Здесь всё будет совсем другим. Таким, как этого захочу я. Или меня здесь не будет. Я не сомневалась в этом ни минуты.
Наконец-то мы на улице! Свобода!! Как же хотелось прогуляться пешком! Подышать питерской влагой…Но… «Опель» стоял на своём месте и ждал, когда мы займём свои места. Перед моими глазами живо нарисовалась картинка: задняя левая дверца отворяется и оттуда на четвереньках, точно в такой же амуниции, в какой сегодня вынужден разгуливать мой жених, но вдобавок. ещё стянутый по «периметру» корпуса – через бёдра и предплечья кожаным ремнём так, чтобы он не мог выпрямиться, выползает Денис. Тонкая стальная цепь удерживает его возле машины на расстоянии не дальше метра.
Она приварена и к кольцу в основании рамы пола автомобиля, и к его ошейнику. На ошейнике кодовый замок. «Это идея!! Я сменю свой гнев на милость и сделаю его своим сторожевым псом! Завтра нужно будет обговорить это с Сашкой. В мыслях АА для меня уже был просто Сашкой. И ещё нужно в пояс верности вмонтировать маячок. Чтобы можно было отслеживать передвижение невольника. Я уже предвкушала всю приятную суматоху по поводу перевоплощения в новую роль Дениса. Но вначале он должен до конца отработать свою первую роль – туалетной бумаги. Я специально терпела и не пошла в туалет в офисе – всё несла ему, домой!!!
Степан бросился открывать мне разблокированную заднюю дверцу – благо я выпустила из руки поводок, а то или он бы меня уронил на асфальт, или же сам удавился. И умудрился-таки успеть улечься перед этой самой дверкой. Дескать, шагайте, барыня, по мне!
-Встал, идиот!! Это тебе что, джип что ли? Кстати, у меня есть предложение по поводу моего свадебного подарка. Собираем со всех презенты валютой, добавляем вырученное от этой колымаги и покупаем… ну там посмотрим из того, сколько будет в наличке!
Стёпа встал.
-Не уходи далеко – сними с меня эти чёртовы туфли! Всё!! Домой понесёшь меня на руках! У меня сил больше топать нет!
Степан явно довольно улыбнулся….
-Продать эту «колымагу» не удастся, мээээм! – нараспев протянул он, поворачивая ключ зажигания в замке. – А потому и покупать любую другую машину не имеет смысла.
-Это почему ещё не удастся? Теперь нам всё удастся!
-Это – «служебная» машина. Я ей владел до тех пор, пока был невольником Дениса – по договору.
-А теперь всё, чем владел Денис, плавно перетекает в твои карманы, лопушок ты мой! Тоже по договору, который мы сегодня заключили. А так как ты, в свою очередь, перетекаешь в моё вечное пользование – пока или ишак не сдохнет, или падишах не помрёт, то – в конечном итоге ко мне! Теперь уже снисходительно улыбалась я, трепля наконец-то без стеснения своего первого секс-раба по голове.
Он понял, что сейчас можно, я не рассержусь за ослушание и приник лицом к моей раскрытой ладони. Обхватил мою руку своими и начал покрывать страстными поцелуями. Сначала- робкими, едва прикасаясь к коже своими пересохшими губами. Но потом всё более смелел, поцелуи становились всё более настойчивыми, продолжительными… У меня заныло между ног, заёкало… Меня охватила такая истома желания, что я испугалась, что мы будем не в состоянии стронуться с места. Пора было заканчивать с этим маскарадом. А значит – ехать домой. Благо было уже почти 11 часов вечера. Вечерние сумерки белых ночей были в самом разгаре. Пробки поуменьшились: нормальные люди давно были дома, поэтому на дорогу обратно мы должны были затратить намного меньше времени, чем сюда.
-Всё, остынь! А то придётся водой тебя из холодильника поливать! Кстати, давай попьём лимонадику, а то у меня ощущение такое, словно мы в конторе полдня провели!
С видимым сожалением Степан выпустил мою руку из своих и выполнил приказание. Я вновь потрепала его по волосам. Привыкала к обращению с цепным кобелём: я теперь уже не намерена была так быстро расставаться с Денисом. Пока мои ещё в моём родном городе – это точно. А там посмотрим.
Как я и предполагала, обратная дорога заняла у нас всего минут сорок. Ура! Наконец-то показался угол стёпиного, нет – моего дома!
6.
Прибыли. Припарковались на удивление удачно. Не понятно каким образом, но прямо напротив нашего парадного было свободное место: по-видимому, кого-то нелёгкая понесла куда-то на ночь глядючи. Впрочем, это и понятно: пора Белых ночей – пора гостей в Северной Пальмире. А сейчас – время развода мостов. Вероятно, кто-то из наших соседей повёз своих родичей или знакомых любоваться этим зрелищем. Я это видела уже несколько раз в прошлые свои визиты в Питер. Вроде, и ничего такого: ну развели мосты, но прошли в почти кромешной тьме( несмотря на Белые ночи, мы почему-то всегда попадали в пасмурную погоду с сыном на развод) баржи… Там и не видно-то практически ничего кроме огней на кораблях и мостах… Но таинственная магия этого действа завораживает…
После того, как помог мне обуться – с обязательным опусканием на колени, Степан закрыл салон, проверил сигнализацию и, вновь подойдя ко мне, опустился передо мной в позе повиновения..
-Мы ещё не дома! Хорош собирать грязь коленями! Я домой хочу!
Невольник молча встал, наклонился и легко, так, словно я была пушинкой, взял меня на руки. Подъезд открывала я. Вот и наша дверь. Невольно прислушалась: тишина. Хотя как бы Денис пошумел бы, если бы даже и захотел? Стеклянный кляп-каплю самостоятельно и с руками-то свободными не вытащить. А уж в станке-то – тем более.
Поворот ключа – это тоже сделала я, потому как мой верный раб и не подумал поставить меня на пол, и мы – дома!!!!!!!!!!
Внеся меня в коридор, Степан, не спуская меня с рук, плавно, словно боялся расплескать полную чашку с водой, опустился на колени. Лишь после этого он поставил меня на пол и прижался губами к моим туфлям.
-Обалдел!! Прекрати облизывать грязь! Немедленно! А потом будет меня целовать этими же губами, обормот!
Степан поднял на меня полные слёз восхищения глаза и вновь опустил голову к самому полу- теперь уже целуя мне стопы ног, которые по очереди вынимал из туфлей.
Я испытала неземное блаженство!!!
-Замкни дверь, а я – в туалет!!!
Терпеть больше не было мочи.
Я влетела в туалет. Посредине, как мы его и оставляли, стоял на четвереньках, заключённый в станок Денис. Кляпы были на месте. Подошла к ванне, стащила с себя всё – всё было потным, липким, уже почти вонючим… Плевать!!! Пусть они на меня любуются! – авось не сглазят!!) На минуту задумалась с чего начать: принять душ или же наконец-то сесть на унитаз. Моч
