Часть 1
Дневная жара нехотя уступала место теплому южному вечеру, наполненному непередаваемой смесью ароматов раскаленных за день камней, цветущей акации и моря.
Павел вышел из своего домика, потянулся и вздохнул, жмурясь от удовольствия. Он любил эти южные вечера. Спокойные и неторопливые, самой природой предназначенные для отдыха.
Солнце неспешно валилось за гору, заставляя небо, бледнея, сменять дневную невыносимую синь на мягкую вечернюю дымку. Скоро должен был подойти официант и накрыть легкий ужин, а потом… Павел снова зажмурился от удовольствия. Потом он немного посидит, любуясь восходящей луной и яркими южными звездами, и пойдет плавать.
Днем наслаждаться морем ему не позволяла очень белая кожа. Непривычная к южному темпераменту светила и практически сразу краснеющая под его лучами. Купаться в одежде Павел не любил, предпочитая всем телом ощущать ласковое касание моря, и поэтому уходил плавать по ночам.
Последнее время он мог позволить себе два раза в год отправиться на любой курорт мира, но предпочитал летом ездить в Крым, наслаждаясь ни с чем не сравнимым запахом и морем.
Луна вошла в свои права, утвердившись на небосводе и подернув невысокую рябь волшебными бликами. Павел встал, поведя плечами, и снова потянулся. Настало его время. Время единения с морем. Он собрал волосы в хвост, нацепил на лоб очки для подводного плаванья, с ненавистью посмотрел на костыль и, прихватив специально сконструированный для него моноласт, неуклюже поковылял к нежно вздыхающей полосе прибоя.
Левая нога, больная, изуродованная шрамами, была надежно привязана к здоровой моноластом, и Павел, вздохнув, боком нырнул в ласковую воду.
Плавать он обожал. В воде не болела спина, в воде не надо было опираться на больную ногу, а плыть он мог бесконечно долго.
Берег остался уже далеко позади. Из открытого моря были видны огоньки прибрежных городков, а если прислушаться, то можно было услышать музыку пляжных дискотек.
Павел плыл, наслаждаясь движением и прикосновением к коже теплой воды; переворачиваясь на спину, он рассматривал крупные виноградины южных звезд и пролитый кефир Млечного Пути, разделяющий ночное небо пополам…
Неожиданно рядом с ним с выдохом появился дельфин. Фыркнув, всплывая, он толкнул Павла носом к берегу.
Про такое Павел только читал. В Сети было много статей о дельфинах, спасающих тонущих. Но он-то не тонул, о чем он и не преминул проинформировать своего спасителя:
— Да не тону я. Отстань. — Павел снова попытался улечься на волны спиной. И только потом понял, что разговаривает с дельфином.
А тот никуда не делся. Плавал рядом, рассекая волны серой масляной спиной. Аккуратно толкал носом в бок, давая понять, что не отстанет, и уходил в глубину, чтобы снова вернуться.
Павел с сожалением бросил взгляд на Млечный Путь и, расстраиваясь, что не рассмотрел его подольше, неторопливо отправился к берегу. Над его мостками путеводной звездой сияла яркая лампочка. Он еще немного поплавал около берега, проклиная неожиданного спасителя.
Небо неотвратимо светлело на востоке, зеленой кромкой гася звезды. Спать Павлу не хотелось. Он подтянулся на руках, усаживаясь на пристань и всматриваясь в предутренне-спокойное море. Где-то там, в невысоких волнах, плавал его псевдо-спаситель. Ночная встреча Павла не удивила. Он вообще не умел удивляться. Еще немного посидев на пристани, он похромал к домику.
Часть 2
Эту базу отдыха он нашел несколько лет назад, когда впервые решил приехать в Крым. Несколько небольших домиков со всеми удобствами и персональными пирсами, очень хороший сервис, качественная еда… Стоило все это, конечно, недешево, но Павел уже давно мог себе позволить отдыхать так, как хочется. Обладая очень высоким интеллектом, два раза в год он давал мозгу отдых, уезжал к морю и ничего не делал. Читал смешные детективы, плавал по ночам и просто сидел в кресле, глядя на горизонт.
Хромая по каменистому пляжу, Павел пожалел, что оставил костыль на террасе. Как бы он ни ненавидел его, ходить с ним было гораздо проще.
***
Павел Знаменский родился совершенно нормальным ребенком. И его отец — фанат хоккея — задался целью сделать из сына вторую «Русскую Ракету», он даже назвал мальчика в честь своего кумира. В четыре года Павел впервые вышел на лед. И начались тренировки. Особыми талантами он не отличался, но его отец верил, что рано или поздно количество перерастет в качество.
Он менял спортивные секции, пристроил сына в спортивную школу, но все тренера в один голос твердили: «В мальчике нет главного спортивного качества — желания победить». Он исправно тренировался, беспрекословно выполняя все требования, но не было в нем азарта и спортивной злости, так необходимой настоящему спортсмену.
Все прекратилось мрачным февральским утром, когда десятилетний Павел попал под машину. Несложная травма позвоночника и раздробленная левая нога навсегда перечеркнули надежды его отца вырастить из сына новую легенду спорта.
Знаменский-старший еще попробовал бороться, заставив врачей из осколков кости «собрать» ногу, надеясь, что сын поправится и снова выйдет на лед. Но все было тщетно. Кости срастались криво, ранки вокруг спиц воспалялись и гноились, металлические пластины не приживались и отторгались организмом. Нога росла и развивалась неправильно… И тогда отец бросил Павла с матерью. Ему нужен был сын — знаменитый спортсмен, а не инвалид.
***
Павел дохромал до своей террасы и с облегчением сел в кресло, вытянув больную ногу. Небо уже стало совсем светлым и по-утреннему прозрачным. Павел любил именно этот момент — за несколько мгновений до восхода солнца — и старался никогда не пропускать его.
День прошел спокойно. Павел дочитал очередной романчик, подремал в кресле на веранде и, как обычно, после заката отправился к морю.
***
Дельфин появился неожиданно. Вынырнул рядом с тихим вздохом и снова толкнул его носом к берегу. На берег Павлу не хотелось. Было еще слишком рано, и он еще не накупался, но дельфин проявлял настойчивость, плавая кругами и подталкивая.
— Рыба ты глупая, — от отчаяния вырвалось у Павла. — Ну отстань, а? Я хорошо плаваю! Если не доверяешь, можешь просто рядом быть. Не гони меня!
Он, конечно, понимал, что разговаривать с диким животным бесполезно, но то ли слова, то ли интонация заставили того отступить. Он больше не тыкал Павла в бок, но и далеко не отплывал, и Павел вскоре перестал обращать на него внимание, покачиваясь на невысоких волнах. К берегу он вернулся с рассветом. Дельфин проводил его практически к самому пирсу, дождался, пока Павел вылезет на мостик, и только потом исчез.
С утра и до обеда Павел изучал Интернет в поисках информации о дельфинах. Подобного произошедшему с ним не описывал никто. В естественной среде эти животные сторонились человека, не подпуская никого к себе. Описывалось несколько случаев спасения тонущих моряков, но чтобы вот так, всю ночь плавать рядом… Захода солнца Павел дождался с трудом. Ему было интересно, появится ли сегодня дельфин?
Он появился. Как обычно, вынырнул рядом с тихим вздохом и начал плавать кругами, не делая попыток направить Павла к берегу, потом приблизился, нырнул и появился с другой стороны, пискнул. Снова ушел под воду и, вынырнув, замер, словно ожидая чего-то. «Он что, приглашает меня поиграть?» Павел решил проверить свое предположение и, глубоко вздохнув, проплыл под ним. Дельфин снова пискнул, нырнул и вдруг выскочил из воды и перепрыгнул через лежащего на ее поверхности человека. Такое не раз проделывали дрессированные животные в дельфинариях, прыгая через обруч. «Может, он сбежал? — предположил Павел. — Сбежал, а теперь тянется к людям и демонстрирует свои навыки в надежде на угощение?» Как бы подтверждая эту догадку, дельфин ткнулся в ладонь Павла, снова перепрыгнул через него и потерся плавником об руку.
— У меня нет ничего, — с сожалением пробормотал Павел и подумал, что надо заказать свежей рыбки к следующей ночи.
Дельфин снова проплыл под ним и коснулся плавником другой руки. «А может, он предлагает поплавать с ним?» Свои предположения Павел решил проверить и аккуратно взялся за спинной плавник. Дельфин, как будто только этого и ждал, аккуратно заскользил по волнам, увлекая за собой человека. Это было так здорово! Павел даже засмеялся от удовольствия и поудобнее перехватил руки. Весь остаток
